Переправившись, группа начала наступать на восток, выходя в тыл обороняющимся на шоссе. Тем самым командир 3-й танковой дивизии Г. Брейт сумел продвинуться глубоко вперёд, к Плавску, и вынудил советские войска отступить к Туле. Здесь 26 октября наступающих встретили части 108-й танковой дивизии (3 KB, 7 T-34, 23 лёгких танка на 16 октября), вышедшей из брянского «котла». На следующий день 3-я танковая дивизия тем же приёмом (форсирование реки севернее заслона на шоссе) вынудила обороняющихся отступить на подготавливаемые с начала октября позиции Тульского боевого участка. Следующим препятствием стала 290-я стрелковая дивизия, опять же недавно вышедшая из брянского «котла». Наконец, 29 октября немцам удалось прорвать её фронт. Однако продолжившееся наступление на город по шоссе Орёл — Тула натолкнулось на сопротивление остатков 154-й и 217-й стрелковых дивизий, опять тех самых, уничтожению которых Г. Гудериан уделил так мало внимания в начале октября. Поддержку обессиленным после длительных маршей по тылам противника войскам оказывали поставленные на прямую наводку зенитные орудия ПВО города Тулы. Атаки XXIV корпуса армии Гудериана на Тулу 1 и 2 ноября были успешно отбиты. Ситуацию несколько ухудшил выход в район Тулы соединений 2-й и 4-й полевых армий. Однако их встретили направленные в полосу Брянского фронта ещё в первых числах октября 194-я и 238-я стрелковые дивизии, а также вышедшая из окружения 258-я стрелковая дивизия. Г. Гудериан пожинал плоды своего бездумного рывка вперёд без образования плотных заслонов на пути окружённых армий Брянского фронта. Искусством отрываться от пехоты и вызывать тем самым неудовольствие командования он овладел в совершенстве, а вот техника «кессельшлахта» (сражения на окружение) у него хромала на обе ноги. Благодаря вмешательству вышедших из окружения остатков соединений ситуацию в районе Тулы удалось стабилизировать. Тем временем 20 октября командованию Дальневосточного фронта был отдано распоряжение отправить на запад 112-ю танковую и 239-ю стрелковую дивизии. Командование Юго-Западного фронта получило приказание направить в район Тулы 2-й кавалерийский корпус П.А. Белова. Этим соединениям суждено будет сыграть решающую роль в обороне Тулы в ноябре 1941 г.
Ополчение.
Одним из наименее соответствующих действительности образов осени 1941 г. под Москвой является картина, изображающая безоружного ополченца, бросаемого под немецкие танки. В действительности московские ополченческие дивизии в качестве собственно ополчения в бою не участвовали. В бой подавляющее большинство из них пошли, уже будучи переформированными в обычные стрелковые дивизии.
В истории московского ополчения просматриваются две волны формирования. Первая относится к июлю 1941 г., когда после выступления И.В. Сталина по радио началась запись добровольцев в армию. В этот период были созданы двенадцать московских дивизий народного ополчения — 1-я, 2-я, 4-я, 5-я, 6-я, 7-я, 8-я, 9-я, 13-я, 17-я, 18-я и 21-я. На командные должности в звене дивизия — полк в ополченческих соединениях ставились кадровые военные. Например, первым командиром 6-й ДНО стал преподаватель академии им. М.В. Фрунзе генерал-майор Н.М. Дрейер, а 18-й ДНО — полковник П.К. Живалев, участник войны с Финляндией, кавалер ордена Красного Знамени.
Сформированные ополченческие подразделения, однако, отправились не на фронт, а на строившуюся в тылу Можайскую линию обороны. Там они занимались боевой подготовкой и строительством укреплений. Таким образом, первую проверку ополченцы прошли не с винтовками, а с лопатами в руках. Они копали окопы, противотанковые рвы, эскарпировали берега рек. Часть личного состава дивизий была по итогам первых недель жизни новых соединений комиссована по возрасту и здоровью. В августе на московском направлении царило относительное затишье, а в сентябре дивизии народного ополчения были переформированы по штатам обычных стрелковых дивизий Красной армии. Характерным примером является 6-я ДНО Москвы, в истории которой мы можем прочесть следующее:
«Согласно приказу Народного комиссариата обороны СССР о реорганизации и перевооружении дивизий народного ополчения, 6-я дивизия народного ополчения в конце августа была переведена на организационную структуру и штаты стрелковых дивизий сокращённого состава военного времени, с сохранением существовавшего номера и наименования. Дивизия получила пополнение из состава военнообязанных в количестве 3750 человек, прибывших из подмосковного города Дмитрова»
(Струнин В.И. Брестская Краснознамённая. М.: Икар, 1995. С. 8, выделено мной).
В боях под Ельней ополченцы участвовали лишь несколькими небольшими отрядами, подчинёнными обычным стрелковым дивизиям. От 6-й дивизии был направлен сводный отряд численностью 700 человек, вооружённый лучшим стрелковым оружием соединения.
В сентябре 1941 г. 6-я ополченческая дивизия, вместе со своими собратьями, уже официально была переформирована в линейное стрелковое соединение Красной армии:
«После освобождения Ельни части дивизии приступили к строительству рубежа обороны и занялись боевой подготовкой. В период нахождения на рубеже обороны 24-й армии дивизия решением Народного комиссариата обороны 19 сентября 1941 года (директива № ОР/2/540129) была включена в кадровый состав Красной армии, получив войсковой номер: 160-я стрелковая дивизия. Общевойсковые номера были присвоены также частям и подразделениям дивизии»[112].
Аналогичную эволюцию прошли и другие ополченческие дивизии. Некоторые из них сохранили свой номер при переходе из ополчения в обычные соединения Красной армии. Например, 2-я, 8-я, 17-я, 18-я дивизии народного ополчения стали, соответственно, 2-й, 8-й, 17-й и 18-й стрелковыми дивизиями (От Москвы до Берлина. М.: Московский рабочий, 1966. С. 21). По общевойсковой нумерации двенадцать ополченческих дивизий стали, соответственно, 2-й, 8-й, 17-й, 18-й, 29-й, 60-й, 110-й, 113-й, 139-й, 140-й, 160-й и 173-й стрелковыми дивизиями. Они унаследовали номера дивизий Красной армии, сгинувших в сражениях июля-августа 1941 г. В частности, номера 60, 139, 140 и 173 принадлежали соединениям, прекратившим своё существование в уманском «котле». Номера 2, 8, 29 и 113 соответствовали дивизиям Западного фронта, окружённым в первые дни войны под Белостоком.
К моменту вступления в бой в начальной фазе операции «Тайфун» стрелковые дивизии народного ополчения были хорошо, по меркам 1941 г., укомплектованными соединениями. В частности, первой из бывших ополченческих соединений ставшая гвардейской 18-я стрелковая дивизия к 20 сентября 1941 года имела в своём составе: 10 668 человек, автомашин грузовых — 164, карабинов — 6345, самозарядных винтовок СВТ — 1366, станковых пулемётов — 129, ручных пулемётов — 164, пистолетов-пулемётов ППД — 160; орудия: пушки 76-мм — 28, 37-мм зенитных — 14, гаубиц 122-мм — 8. При этом нужно отметить, что на 3 сентября 18-я стрелковая дивизия была укомплектована хуже всего из дюжины ополченческих дивизий. Из вяземского «котла» дивизия смогла вырваться, и в дальнейшем 18-я дивизия сражалась под Волоколамском плечом к плечу с панфиловцами и сибиряками А.П. Белобородова. Уже к началу сентября все ополченческие дивизии были на 100 % укомплектованы стрелковым оружием, причём это относилось не только к винтовкам, но и к новейшим пистолетам-пулемётам. Из 162
