сказано:
«Овладеть Крымом, который, будучи авиабазой противника, представляет особенно большую угрозу румынским нефтяным районам».
30—31 августа 11-й армией Шоберта был захвачен плацдарм на Днепре у Берислава (Каховки). В начале сентября плацдарм был расширен, и 11 сентября с него развилось наступление немцев в направлении Крыма.
Поворот основных сил немцев в Крым создал благоприятную обстановку для реализации стратегии «иглоукалывания» и нанесения контрудара во фланг. В связи с этим в штабе Южного фронта сложился замысел о ликвидации прорвавшейся с Каховского плацдарма немецкой группировки под Мелитополем.
Началась подготовка операции с рокировки сил с правого фланга фронта. 18 сентября командующий фронтом Д.И. Рябышев в порядке реализации своего замысла о наступлении в полосе 18-й и 9-й армий решил взять из 12-й армии 270-ю стрелковую дивизию и передать ее в 18-ю армию. Одновременно в распоряжение фронта прибывало из Грузии свежее соединение — 4-я стрелковая дивизия под командованием И.П. Рослого. Она еще не участвовала в боях, являясь в то же время ветераном финской кампании. Дивизия была полностью укомплектована по штатам военного времени: 550 автомашин, 3000 лошадей, 72 орудия и 66 минометов. Также в район Мелитополя прибывали 2-я и 15-я танковые бригады, 520-й, 531-й артиллерийские полки ПТО из Подольска и 65-я истребительная авиадивизия. 19 сентября замысел наступательной операции 18-й и 9-й армий был проработан в деталях и передан на утверждение в Ставку. Не дожидаясь ответа, командование фронта 20 сентября поставило войскам этих армий наступательные задачи. Начало операции намечалось на 23 сентября.
Однако на фоне катастрофы под Киевом командование не поддержало инициативу командования Южного фронта и в ночь на 22 сентября ответило директивой за подписью Б.М. Шапошникова:
«Ставка Верховного главнокомандования считает, что в данный период времени не накоплено достаточных сил для того, чтобы провести операцию по установлению непосредственного сообщения с Крымом, а поэтому предлагает от этой операции временно воздержаться».
Были разрешены лишь частные операции. 25 сентября Б.М. Шапошников подтвердил свое мнение:
«Переход в общее наступление 18-й и 9-й армий нецелесообразен».
Дальнейшая история носит полудетективный характер. Операция, которая не была одобрена маршалом Шапошниковым, состоялась! Немцы назвали ее «наступление у противотанкового рва у Тимошевки». Видимо, это циклопическое сооружение от Днепра до Азовского моря, наследник Великой китайской стены, произвело неизгладимое впечатление на всех, кто его видел. По иронии судьбы в немецких и румынских дивизиях, действовавших на этом направлении, не было ни одного танка.
Командующий 11-й немецкой армией Эрих фон Манштейн сосредоточил свое внимание на захвате Крыма и оставил против наших 18-й и 9-й армий только части румынских горно-стрелкового и кавалерийского корпусов, 170-ю и 72-ю пехотные дивизии, выведя XXXXIX горный корпус Людвига Кюблера в свой резерв. В дальнейшем предполагалось использовать горных егерей в Крыму. С воздуха немецкие войска в районе Мелитополя прикрывались II группой 77-й истребительной эскадры на самолетах Bf109E.
Наступление основных сил 9-й и 18-й армий началось 26 сентября. Удар северного крыла наступления пришелся по румынскому горному корпусу. 18-я армия наступала параллельно течению Днепра при поддержке танков и артиллерии. В первый же день наступления ей удалось продвинуться на 10 километров, 4-я румынская горно-стрелковая бригада была разбита, потеряв основную массу своей артиллерии. Наступление было остановлено только в районе населенного пункта Большая Белозерка, где находившийся на отдыхе 13-й горно-егерский полк собрал отходившие в беспорядке румынские войска вокруг себя. Южная ударная группировка (9-я армия) нащупала стык между 170-й и 72-й пехотными дивизиями и стала пробиваться на Епизаветовку, продвинувшись на 10 км и обойдя фланг 170-й пехотной дивизии.
Однако немецкое командование не отнеслось серьезно к советской атаке и распорядилось отправить XXXXIX горный корпус в Крым. Только тяжелая артиллерия и противотанковые батальоны дивизий корпуса, а также корпусная артиллерия все еще оставались в полосе наступающих советских армий с целью стабилизации положения румынских войск. В тот же день 26 сентября были взломаны укрепления на Перекопе и пересечен Татарский вал, что делало поддержку горных войск весьма актуальной. Горные егеря Кюблера в ночь с 26 на 27 сентября совершали марш по раскисшим дорогам ногайской степи, думая о теплом полуострове с привычным горным рельефом вместо степей Украины.
Но шагающие в пелене дождя егеря не знали о том, что в 16.30 26 сентября командующий 18-й армией А.К. Смирнов подписал приказ о наступлении. 27 сентября ситуация для немцев стала критической. Надо сказать, что замысел операции был достаточно интересным — правый фланг ударной группировки 18-й армии прикрывался Днепровскими плавнями. Одновременно войска 18-й армии обрушились на центр построения румынского горного корпуса. Не в силах противостоять удару 4-й и 164-й стрелковых дивизий, 2-й танковой бригады полковника И. Р. Лашко, румынские бригады бегут. Их обломки под руководством командующего артиллерией XXXXIX горного корпуса полковника Винтергерста судорожно строят к югу от Малой Белозёрки оборонительный рубеж. Оборона 11-й полевой армии оказывается прорвана на глубину 20 км и на фронте 35 км. Вследствие этого XXXXIX горный корпус, который к тому времени удалился от поля сражения на 70 км, достигнув Ивановки и Нижних Серогоз, был вынужден развернуться на 180 градусов и вновь десятки километров месить грязь в темноте сентябрьской ночи. Отмечаю этот факт как свидетельство того, что не только советское командование было вынуждено разворачивать подчиненные соединения и бросать их в утомительные марши. Успех сопутствовал тому, кто организованно совершал марш и был после него в состоянии вступить в бой.
Близкой к кризисной, хотя и менее драматичной, была обстановка в полосе наступления 9-й армии, вклинившейся между румынскими кавалеристами и XXX армейским корпусом. Немцы были вынуждены подпирать оборону румын боевой группой Шольтица из подразделений 22-й пехотной дивизии (пехотный полк, разведывательный батальон, противотанковый батальон и дивизион артполка), большей частью находившейся на берегу Сиваша.
Атакованные ранним утром с воздуха, горные егеря днем 28 сентября с марша вступают в бой с прорвавшимися советскими частями и пытаются восстановить целостность рассыпавшейся обороны. Немцы традиционно встречают трудности в поражении Т-34 и KB, множество 37-мм противотанковых пушек оказываются раздавленными. Только 50-мм ПАК-38 в благоприятных условиях поражали KB и Т-34. Но в отличие от румын горный корпус Кюблера уже имел опыт таких боев. Более того, он был одним из первых соединений вермахта, встретившихся с KB и Т-34: уже 25 июня 1941 г. горные егеря столкнулись с массами новых танков 4-го механизированного корпуса в Яновских лесах у Львова.
Противотанковый ров у Тимошевки — одна из достопримечательностей южного сектора советско-германского фронта. Танков у немецких войск на
