Читаем без скачивания Смежный сектор - Андрей Ливадный

Эмпирического вывода, требующего материальных доказательств промелькнувшей догадки: в системе Проксимы Центавра действительно сошлись в схватке три флота, два из которых принадлежали ИНЫМ — новые популяции машин, созданные как универсальные колонии элементарных модулей, шагнули на следующую ступень кибернетической инволюции, отвергая все громоздкое, сложное, обладавшее остатками рассудка.

Что может быть проще, логичнее нескольких основополагающих инстинктов: существовать, размножаться, защищаться от деструктивных воздействий?

Они не приняли волю своих создателей, повернулись против них, вот почему второй флот, двигавшийся к Земле, изменил курс — он поспешил в систему Ксеноба, где Чужие, воспользовавшись столкновением двух радикально отличающихся поколений ИНЫХ, попытались использовать свой последний шанс.

Итог простирался вокруг «Тандема» в виде десятков тысяч бесформенных обломков.

Инволюционировавшие формы ИНЫХ победили, и их корабли-колонии легли на новый курс, чтобы обезопасить себя от потенциальной угрозы, которую несла цивилизация людей.

Их действия основывались не на территориальных притязаниях или иных понятных для человека мотивах, нет, они устраняли помеху для собственного существования, которое, по сути, потеряло смысл.

Они — не разум.

Иван был тысячу, миллион раз прав.

Они не разум, а кибернетическая чума, способная стереть с лица Вселенной все, что хоть на йоту отличается от мертвой материи…

— Он что, считает нас погибшими?! — Ван Хеллен от возмущения даже привстал с кресла, но тут же опустился обратно, горестно глядя на экран, где застыло изображение Николая Астафьева. — И что за кибернетическая дрянь увещевала его?!

— Это обыкновенный ИПАМ, — блеснул техническими познаниями Лозин.

— Ну, не совсем обыкновенный… — поправил его Логинов. — Я бы сказал, что поведение данного модуля не совсем адекватно. Хотя, с точки зрения логики, он рассуждает вполне здраво.

— Здраво?!

— Это ИНОЙ, — категорично прошипел Дрог.

— Не спешите с выводами. — Дима видоизменил раскладку виртуальных панелей, отдав набор директив аварийным системам второго уровня. — Нет смысла пороть горячку. Я заблокировал стыковочные узлы.

Он еще раз посмотрел на показания виртуальных дисплеев и добавил:

— Давайте подведем первый итог. Во-первых, мы теперь знаем, что «Тандем» находится в системе Ксеноба, или Проксимы Центавра, если оперировать человеческими терминами. Планета явно подверглась тотальной зачистке с полным уничтожением всех органических форм жизни, после чего флот ИНЫХ покинул систему, очевидно перенацелившись на Землю. То, что на протяжении шестнадцати лет вы называли Внешней Атакой, действительно было нападением извне, и виной тому, — он взглянул на монитор, — запланированное еще перед стартом зондирование. ИНЫЕ отследили вектор направления, с которого появлялись малые аппараты разведки, и ответили ударом.

— Но почему «Тандем» не оборонялся? — спросил Андрей.

— Очевидно, нас атаковала сфера. Приборы зафиксировали мощный электромагнитный удар, совмещенный с механическими повреждениями срединной части корпуса. Если вспомнить запись, полученную от адмирала Лозина, несложно предположить, что дежурная вахта не смогла адекватно отреагировать на стремительные действия атакующих модулей. Учитывая то, что все основные кибернетические цепи вышли из строя, экипаж попросту не сумел организовать противодействие. Возможно, они подпустили сферу слишком близко, до последнего момента пытаясь наладить контакт с ИНЫМИ, но мы знаем, что данный вид механизмов неспособен к сложным реакциям на события. ИНЫЕ атаковали «Тандем» и, зафиксировав полное поражение кибернетических систем вкупе с декомпрессией корпуса, легли на обратный курс, сочтя корабль уничтоженным. Не имея опыта столкновений с людьми, они допустили роковую ошибку — спустя некоторое время на борту «Тандема» заработали аварийные системы, которые поддерживали живучесть корабля на протяжении шестнадцати лет.

Логинов на некоторое время умолк, считывая показания приборов, а затем продолжил:

— За период неуправляемого дрейфа, под воздействием гравитации звезды, корабль изменил курс и в конечном итоге вышел на орбиту вокруг Ксеноба. К этому времени столкновения в системе Проксимы уже завершились и вражеский флот покинул ее. Вот, наверное, вся информация, которую мы имеем на данный момент.

— И как нам действовать дальше? — нервно поинтересовался Ван Хеллен.

— Будить людей. — категорично ответил Логинов. — Будить, обучать, восстанавливать основные системы корабля, брать контроль над «Тандемом» в свои руки и использовать представившуюся нам уникальную возможность.

— Какую? — насупился Доминик.

— Вокруг нас тысячи обломков, оставшихся от флота ИНЫХ. Они — кладезь бесценной информации. Если мы сумеем собрать и прочесть ее, то у нас появится реальный шанс не только постичь суть трансформаций, произошедших с кораблями чуждой цивилизации, но и повлиять на события.

— По-моему, все «события» уже завершились, — резко возразил Ван Хеллен.

— Ты ошибаешься, Доминик. Мы находимся всего в четырех световых годах от Земли. Возвращение в Солнечную систему — это лишь вопрос времени. И мы должны быть готовы к любому повороту событий.

За время разговора только Дрог не проронил ни звука. Он смотрел на экраны, будто окаменев.

Глава 9

— Взвод, строиться! — Собственная фраза эхом отдалась в сознании Андрея.

Он ощутил странный, горячий прилив энергии.

Ты сошел сума. Мы ВСЕ сошли сума…

Радость. Непривычное чувство подъема, будто сила эмоций поднимает сознание на гребень незримой волны и с высоты секундного душевного подъема окружающая тебя реальность приобретает внезапный, неуловимый до этого мгновения смысл.

Кем они были?

Горсткой репликантов, отштампованных с генетических матриц погибших членов экипажа «Тандема»? Поколением, чей удел ограничивался узкими рамками ненависти к созданиям иной эволюции, чье предназначение — сгореть в коротких яростных схватках… Так что они делают тут, на этой широкой площадке внутреннего космодрома, тщательно расчищенной от обломков былых катаклизмов и войн?

Пытаются обрести шанс на новую судьбу?

Кому верить, душе или рассудку? Короткой памяти прожитых дней или голосу подсознания, который прижился в душе, стал частью тебя вместе с воспоминаниями младшего брата, спящего в тиши ксенобианского устройства поддержания жизни, с мыслями отца, которые уже воспринимались как свои?

Да, он понял смысл слова «честь».

Честь — это быть самим собой, жить так, чтобы не страшиться будущего и не вздрагивать, оглядываясь в прошлое.

Астафьев кривил душой, утверждая репликантам, что они люди.

Мы стали людьми, — с внезапной кристальной ясностью подумал Лозин, делая шаг вперед.

Свежая разметка на плитах предстартового накопителя, фигуры в скафандрах с открытыми забралами гермошлемов — люди и полуразумные ксенобианские особи (находящиеся в переходной стадии между боевой формой и полноценным существом) — в одних шеренгах, а в середине застывшего каре, глядя на приближающихся командиров групп, стоял Дима Логинов, совсем не состарившийся, а именно такой, каким запечатлела его память Ивана Лозина.

Неужели мы, горстка людей и ксенобиан, нашедших силы понять друг друга, вспомнить о главных ценностях своих рас, всерьез собираемся сделать это?

Повернуть время вспять? Изменить предначертанный ход событий?

Он шел, невольно пытаясь чеканить шаг, ощущая за спиной тех, кто был ему дорог, умудряясь вспомнить все события, что сделали возможным этот миг.

Три месяца изматывающих виртуальных тренировок, постоянный информационный прессинг, с которым едва справлялся разум, знания и навыки, вливающиеся через имплант, ощущение огромной распахнувшейся навстречу разуму Вселенной — все это осталось позади, и теперь от них требовалось одно: действовать.

Четыре командира подразделений — три человека и ксенобианин подошли к центру площадки, выстроившись в шеренгу перед капитаном «Тандема».

— Личный состав эскадрильи малых кораблей прикрытия для получения боевого задания построен! — звонко отрапортовал Андрей.

— Десантно-штурмовой взвод готов! — раздался рядом хрипловатый голос Доминика Ван Хеллена.

— Отряд планетного десанта построен! — проскрежетал Дрог.

— Смешанная группа исследовательского отдела построена. К получению боевого задания готовы.

Андрей не знал, что ощущает в этот момент ксенобианин, но в его душе, вопреки всем сложностям, назло неопределенности, застыло звенящее чувство полного перерождения, словно именно сейчас окончательно слились воедино три сознания, три души, и здесь, в эту секунду, стоял уже не репликант, рожденный для краткого мига неосознанного бытия, но человек нового поколения, собравший воедино свое мироощущение, объединивший его с памятью отца и воспоминаниями спящего брата, сумевший отторгнуть межрасовые предрассудки, поверить в силу собственного разума, не побоявшийся пройти по смертельным джунглям смежного сектора, преодолеть кривые тропки собственного сознания, а после вобрать сохраненное машинами знание, которое веками копили поколения людей, чтобы однажды отдать его своим детям, дерзнувшим отправиться к звездам…