– Ты почти идеальная собачка, Джейсон, но не провоцируй меня.
– Вы никогда не говорили, что она под запретом.
– Я говорю это сейчас.
Джейсон сел на кровати.
– Отныне я по отношению к ней буду совершеннейшим джентльменом.
– Обязательно будешь, – сказал Жан-Клод. Он стоял в дверях такой же прекрасный, но был опасен. Чувствовалось, как это заполняет комнату, пронизывает его голос. – Оставьте нас на минутку, ma petite.
– У нас нет на это времени, – сказала я.
Жан-Клод обернулся ко мне. Глаза его были сплошь цвета полночного неба, белки исчезли.
– Вы его защищаете?
– Я не хочу, чтобы ему досталось за то, что протянул ко мне руки.
– Но вы были готовы его застрелить.
Я пожала плечами:
– Я же никогда не говорила, что я последовательна. Просто серьезна.
Жан-Клод расхохотался. Мы с Джейсоном оба вздрогнули от такой резкой перемены настроения. Хохот был густой, шоколадный, хоть бери из воздуха и ешь.
Я покосилась на Джейсона. Он смотрел на Жан-Клода, как хорошо обученная собака на хозяина – выискивая признаки того, что сейчас хозяин захочет.
– Одевайся, мой волк. И вам, ma petite, тоже надо переодеться.
На мне были черные джинсы и темно-синяя тенниска.
– А чем плоха моя одежда?
– Мы должны произвести впечатление, ma petite. Я бы не просил, если бы это не было важно.
– Я не собираюсь сегодня надевать платье.
– Разумеется, нет, – улыбнулся он. – Просто что-нибудь более стильное. Если у вашего друга нет ничего подходящего, то у них с Джейсоном примерно одинаковый размер. Уверен, что мы что-нибудь найдем.
– Насчет этого вам придется говорить с Ларри.
Жан-Клод на мгновение задержал на мне взгляд.
– Как вам угодно, ma petite. Теперь не оставите ли вы Джейсона, чтобы он мог переодеться? Я бы остался здесь, пока вы не подберете себе наряд.
Я хотела возразить. Не люблю, когда мне говорят, что мне носить, а что не носить. Но не возразила. Я достаточно вертелась среди вампиров, чтобы знать: они восхищаются броским или опасным. Если Жан-Клод говорит, что мы должны устроить спектакль, значит, он прав. И я не умру, если чуть принаряжусь. А вот если нет, то могу и умереть. Не знаю я правил, как одеваться на такие случаи. Боюсь, что их вообще не существует.
Собираясь в дорогу, я не рассчитывала на встречу с Мастером Вампиров, и потому выбор у меня был очень ограничен. Я остановилась на алой блузке с высоким воротником, отделанной кружевом. На рукавах даже манжетики были. Нечто среднее между викторианским стилем и блузкой от делового костюма. Она была бы вполне консервативной, если бы не кричащий цвет. Мне не хотелось ее надевать, потому что я знала, что она понравится Жан-Клоду. Он даже сам такое мог бы надеть, если бы не цвет.
Поверх блузки я набросила черный жакет на все случаи жизни. Оба пистолета, оба ножа, нательный крест – и я готова.
– Ma petite, можно нам выйти?
– Да, конечно.
Он открыл дверь и окинул меня взглядом.
– Вы потрясающе выглядите, ma petite. За макияж спасибо.
– Я без него в алом кажусь бледной.
– Разумеется. У вас есть другие туфли?
– У меня только кроссовки и туфли на каблуках. В кроссовках я двигаюсь лучше.
– Блузка настолько превзошла мои ожидания, что спортивную обувь можете оставить. Они черные, этого достаточно.
Из спальни вышел Джейсон. На нем были настолько обтягивающие кожаные штаны, что никакого белья под ними уже и быть не могло. Рубашка слегка восточного стиля со стоячим воротником и единственной пуговицей. Рукава широкие, а воротник чуть блестящий, в тон глазам, вышитый желтым шелком, настолько темным, что казался золотым, и еще более темной синей нитью. Когда Джейсон двигался, рубашка чуть приоткрывалась и посверкивал голый живот. Мягкие черные сапоги доходили до колен.
– Что ж, теперь я знаю, кто твой портной, – сказала я. Мне сегодня предстояло быть Золушкой без феи.
– Не пригласите ли вы мсье Киркланда? Когда он оденется, мы сможем отправиться.
– Ларри может не захотеть переодеваться.
– Не захочет – не надо. Я не собираюсь его принуждать.
Я поглядела на него, не слишком веря, но позвала Ларри. Он согласился пойти в спальню и посмотреть сокровища из их багажа, но переодеться не обещал.
Вышел он все в тех же синих джинсах и найковских кроссовках, но футболку сменил на парадную рубашку сочного синего цвета. От этого глаза у него еще поголубели. Черный кожаный пиджак был лишь чуть-чуть великоват в плечах, зато наплечную кобуру закрывал отлично. Я считаю, это было усовершенствование по сравнению с той мятой фланелькой, которую он обычно носил. Воротник рубашки был выпущен на пиджак и обрамлял лицо.
– Видела бы ты, что там еще есть, – сказал Ларри. – Я даже не знаю, как в это влезать.
– У тебя отличный вид.
– Спасибо.
– Можем ехать? – спросила я.
– Да, ma petite, мы можем ехать. Интересно будет повидать Серефину после двух столетий.
– Я понимаю, что для вас это поездка по родным местам, но давайте не будем забывать, зачем мы здесь, – сказала я. – Джефф Квинлен находится у Ксавье. Кто знает, что этот тип с ним сделает? Я хочу вернуть его домой. Сегодня вторая ночь. Мы должны его сегодня освободить или найти кого-то, кто это может сделать.
Жан-Клод кивнул:
– Тогда в дорогу, ma petite. Серефина нас ждет.
В его голосе звучало что-то вроде нетерпения, будто он радостно ждал этой встречи. Мне впервые пришла в голову мысль, не были ли они с Серефиной любовниками. Я знала, что Жан-Клод не девственник – надо смотреть правде в глаза. Но одно дело знать, что у него были любовницы, другое дело – встретиться с одной из них. Я с удивлением поняла, что мне это не безразлично.
Жан-Клод улыбнулся мне, будто зная, о чем я думаю. В его глазах снова стали видны белки, что придавало им почти человеческий вид. Почти.
23
Жан-Клод шел через автостоянку с видом персонажа, за которым должны бежать фоторепортеры и любители автографов. Мы сопровождали его как свита, каковой мы и были, нравится мне это или нет, – но, чтобы спасти Джеффа Квинлена, я готова была немножко поподлизываться. Даже попресмыкаться я была готова ради такого дела.
– Вы поведете сами или скажете мне, как проехать к дому Серефины? – спросила я.
– Я вам скажу, где повернуть, когда надо будет.
– Вы боитесь, что я побегу доносить копам, где ее дом?
– Нет, – ответил он и ничего больше не добавил.
Я нахмурилась, но мы уже влезли в джип. Угадайте, кто оказался на переднем сиденье.
Мы ехали по основной магистрали, по Стрипу, машины шли бампер к бамперу. При таком движении четыре мили могут занять пару часов. Жан-Клод велел мне повернуть на боковую дорогу. Она была похожа на подъездной путь к соседнему кинотеатру, но оказалось, что это проселок. Если хорошо знаешь город, почти все пробки можно объехать.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
