– Ты красив. – Она провела пальцами по краю его пиджака. – Я думала, что врут. Что таких красивых не бывает.
Она потрогала перламутровые пуговицы, начав с шеи и вниз. Когда она дошла до последней пуговицы, Жан-Клод отвел ее руку.
Айви это вроде бы понравилось. Она встала на цыпочки, положив ему на грудь руки до локтей. Ее губы подались вперед, сложенные для поцелуя.
– И трахаешься ты так же дивно, как выглядишь? Мне говорили, что да. Но ты така-а-я милашка… Нет, так не бывает. – Жан-Клод взял ее лицо в ладони, улыбнулся ей.
Ее красные губы изогнулись в улыбке. Она прильнула к нему, прижалась всем телом.
Жан-Клод все так же легко держал ее лицо, будто она и не навалилась на него всей тяжестью.
Улыбка ее стала увядать, как скрывается садящееся солнце. Она медленно соскользнула вниз, опускаясь перед ним на всю стопу. В колыбели его ладоней ее лицо стало пустым и белым.
Брюс отдернул ее за руку. Айви пошатнулась и упала бы, если бы он ее не подхватил. Она недоуменно огляделась, будто не понимая, где находится.
Теперь улыбался Жан-Клод:
– Много времени прошло, как я был игрушкой всякого, кто меня хотел. Очень много времени.
Айви обвисла в руках Брюса. Лицо ее заострилось от страха. Потом она оттолкнулась от Брюса, чтобы встать прямо, сама. Одернула без надобности платье. Страх почти исчез из ее лица, только около глаз еще что-то сжималось.
– Как ты это сделал?
– Столетия тренировки, малышка.
От злости ее глаза потемнели.
– Ты не должен уметь захватывать взглядом другого вампира.
– А ты? – спросил он с оттенком веселого интереса.
– Не смейся надо мной!
Я ощутила какое-то сочувствие к ее досаде. Жан-Клод может достать любого как хочет.
– Детки, вам велели нас проводить, так давайте же.
Айви встала перед ним, сжав руки в кулаки. Злость заливала ей глаза, и радужки разошлись, захватывая белки, пока взгляд не стал казаться слепым. Ее мощь наполняла комнату, ползла по коже, поднимала у меня волоски на теле, будто по ним провели пальцем.
Рука потянулась к браунингу – привычка.
– Нет, Анита, в этом нет необходимости, – сказал Жан-Клод. – Эта малышка мне дурного не сделает. Она показывает клыки, но если только она не хочет умереть на этом великолепном ковре, она больше не будет забывать, кто я и что я. Я – Мастер Города! – Его голос прогремел под сводами, и эхо так наполнило весь дом, весь воздух, что я будто дышала его словами.
Когда гром затих, меня била дрожь. Айви овладела собой. Она все еще злилась, но глаза стали нормальные.
Брюс положил руку ей на плечо, будто не был уверен, что она прислушается к голосу разума. Она стряхнула руку и грациозно двинулась к открытой двери.
– Мы отведем вас вниз. Там ждут другие.
Жан-Клод отвесил низкий театральный поклон, не отрывая от нее глаз.
– После вас, моя милая. Леди всегда идет перед джентльменом и никогда – позади.
Она улыбнулась, вдруг снова довольная собой.
– Тогда пусть твоя человеческая леди идет рядом со мной.
– Это вряд ли, – сказала я.
Она повернулась ко мне с невинным видом:
– Разве ты не леди? – Она подошла ко мне, театрально покачивая бедрами. – Жан-Клод, ты привел к нам женщину, которая не леди?
Я услышала, как он вздохнул.
– Анита настоящая леди. Идите рядом с ней, ma petite, только осторожно.
– А какая разница, что эти мудаки будут обо мне думать?
– Если вы не леди, то вы шлюха. Лучше вам не знать, что бывает с женщиной-шлюхой, попавшей в эти стены. – Это было сказано усталым голосом, будто он здесь был, участвовал в этом и ему это совсем не нравилось.
Айви улыбнулась мне, пристально глянув карими глазами. Я встретила ее взгляд и улыбнулась в ответ.
Она нахмурилась:
– Ты человек! Ты не можешь вот так выдерживать мой взгляд.
– Сюрприз, – ответила я.
– Мы идем? – поинтересовался Жан-Клод.
Айви снова нахмурилась, но шагнула в открытую дверь – и вниз по ступенькам, придерживая рукой подол, чтобы не наступить. Она обернулась ко мне:
– Ты идешь?
Я оглянулась на Жан-Клода:
– Насколько я должна быть осторожной?
Ларри и Джейсон встали рядом со мной.
– Защищайтесь, если они первыми прибегнут к насилию. Но не проливайте первую кровь и не наносите первый удар. Защищайтесь, но не нападайте, ma petite. Сегодня все ограничится играми, если вы не превратите это во что-то серьезное. Но ставки не так высоки.
Я мрачно сказала ему:
– Мне это не нравится.
Он улыбнулся:
– Я знаю, но потерпите нас, ma petite. Помните о человеке, которого вы хотите спасти, и держите ваш чудесный характер под контролем.
– Ну, человек? – спросила Айви. Она ждала меня на ступенях с видом нетерпеливого и капризного ребенка.
– Иду, – сказала я. Но не побежала, чтобы поравняться со ждущей вампиршей. Пошла нормальным шагом, хотя от тяжести ее взгляда у меня чесалась кожа. Остановившись наверху лестницы, я глянула вниз. Оттуда пахнуло холодом и сыростью. Воздух нес запах затхлости, замкнутого пространства, плесени. Было ясно, что там нет окон и по стенам кое-где сочится вода. Подвал. Терпеть не могу подвалов!
Набрав в грудь вонючего воздуха, я шагнула на ступеньку. Таких широких ступеней я ни в одном подвале не видела. Дерево было свежим и шероховатым, будто здесь не жалели времени, чтобы его драить или песочить. На каждой ступеньке хватало места для двоих. Но мне не хотелось стоять с ней вдвоем на ступенях. Для Жан-Клода она, быть может, угрозы не представляла, но я не тешила себя иллюзиями насчет ее возможностей по отношению ко мне. Она была еще юным Мастером, просто младенцем, но ее сила бурлила под поверхностью, я ощущала это кожей. Я остановилась ступенькой выше, ожидая, чтобы она пошла вперед.
Айви улыбнулась. Она чуяла мой страх.
– Если мы обе леди, то идти должны рядом. Пойдем, Анита. – Она протянула мне руку: – Пойдем вместе.
Я не хотела, чтобы она была так близко. Если она на меня набросится, не будет времени что-нибудь сделать. То ли успею выхватить пистолет, то ли нет. Меня злило, что я не должна показывать оружие. Злило – и пугало. Одна из причин, что я до сих пор жива, – привычка сначала стрелять, потом спрашивать. Если делать наоборот, вряд ли останешься в живых.
– Слуга Жан-Клода меня боится? – Она стояла на фоне темноты и улыбалась. Подвал за ее спиной казался большой черной ямой.
Но она не умеет чуять метки вампира, иначе бы поняла, что я не слуга. Не так уж она сильна, как хочет казаться. Так я надеялась.
Игнорируя протянутую руку, я спустилась. При этом я плечом коснулась ее голой кожи, и будто черви заползали по моей руке. Я шла вниз, в кромешную тьму, стиснув левой рукой перила. Сзади застучали ее каблуки – она хотела поравняться со мной. Ее раздражение ощущалось как исходящий от кожи жар. Мужчины, я слышала, шли за нами, но я не оглянулась проверить. Выпендриваемся? Ладно, это я умею отлично.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
