все иначе. Смотрю на Данилова, впитывая и пропуская через себя каждую его эмоцию.
Он в шоке, похоже.
Всматривается в изображение на висящем на стене мониторе и снимает все на видео.
Зачем?..
Говорит — на память.
Честно высказывает беспокойство, когда тишину кабинета разрывает частое и оглушительно громкое сердцебиение нашего сына.
— Это нормально? Почему так быстро?!
— Нормально. — успокаивает доктор. — Абсолютная норма для вашего срока.
— Мальчик? — сощуривает глаза, словно рассчитывает что-то рассмотреть на экране.
— Мальчик. — отвечают ему, и он, заметно волнуясь, переводит взгляд на мой живот.
Потом, после УЗИ, у меня запланирован прием у моего наблюдающего врача. На этот раз я настаиваю, чтобы Макс ждал меня в коридоре. Оставлять одного, учитывая заинтересованные взгляды пузатых пациенток, не хочется, но я еще ни разу не видела, чтобы в этот кабинет заходили с мужьями.
— Спроси про интим, — говорит Макс, не заботясь, что его могут услышать.
— Боже… конченный… — бормочу, открывая дверь.
Прием проходит стандартно. Измеряют вес, высоту дна матки, проводят осмотр в кресле, а я все никак не могу решиться задать этот вопрос.
— По утрам отеки бывают? — спрашивает врач, поправляя очки на носу.
— Нет.
— Головокружения, слабость, тошнота, боли в спине?
— Ничего такого.
Вынув тонометр из футляра, она расстегивает манжету и тянется к моей руке. В этот момент кто-то два раза ударяет в дверь и сразу заходит в кабинет.
Мы: я, врач и медсестра, синхронно поворачивает головы.
У порога в черной водолазке и джинсах стоит Макс. Выглядит настолько охрененно, что даже я нервно сглатываю.
— Вам чего?
— Я отец малыша… хотел бы задать пару вопросов.
Молоденькая медсестра Юлия, быстро пробежавшись кончиком языка по губам, выпрямляет спину и заправляет за ухо прядь волос.
Я испытываю непреодолимое желание запустить в нее степлером.
Елена Ивановна, моя врач, ведет себя более сдержанно. Сощурив глаза, внимательно осматривает его с ног до головы но неожиданно улыбается, что я в принципе вижу впервые.
— Каких именно вопросов?
— Сексом заниматься можно? Угрозы ребенку нет?
— Кхм… э-э-э… — теряется женщина.
Зачем-то берет мою карту в руки, начинает листать ее. Розовеет.
Медсестра смотрит на него во все глаза, а я, проглотив язык, и вовсе не шевелюсь.
Убью… Вот выйдем из поликлиники, сядем в машину и сразу убью!..
— Можно… — прочищает, наконец, горло, — можно, но без фанатизма.
— Отлично, — растягивает рот до ушей, — спасибо.
Как и обещала себе, едва мы оказываемся в его машине, я луплю его кулаком в плечо.
Но Макс даже не реагирует, хитро усмехаясь, заводит машину и выезжает с парковки.
— Сегодня в Москву едем. — говорит, сжимая руками оплетку руля.
— Я помню…
Облизываю сухие губы, перевожу дыхание. По телу проскальзывает легкая электрическая волна и бьет в самый низ живота. Мои колени инстинктивно напрягаются.
Пф-ф… Я озабоченная самка.
Я постоянно его хочу.
Когда он смотрит на меня, улыбается, говорит со мной по телефону или, мать твою, просто сидит рядом!..
Я хочу его хронически!.. Это нормально вообще?!..
Что будет, когда я переду к нему, мне вообще представить страшно! Я не выпущу его из постели и не разрешу надевать трусов!..
Пф-ф…
Глава 57
Максим
Глядя вниз, я впиваюсь пальцами в собственный подбородок. Меня бомбит и разрывает на части от того, что делает Дженни, но я из последних сил пытаюсь держаться.
— Хватит, маленькая… я, блядь… я…
— Я только начала, Макси-и-им… — тянет так порочно, что меня смывает новой волной животной похоти.
Напрягая мышцы таза, подаюсь пахом вперед. Жанна с затаенной улыбкой снова погружает головку в рот, плотно обхватывает губами и скользит языком вдоль ствола.
Я умираю, бля…
Опираясь на отведенные назад руки, я трансформируюсь в горячую тягучую субстанцию. От полыхающего внутри огня, от скручивающих в бараний рог ощущений плавятся кости.
— Жанна-а-а…
Вскинув на меня взгляд, ударяет электричеством в солнечное сплетение. Желание схватить ее голову и жестко выебать глотку невыносимо. Пальцы сводит судорогой.
— Как ты хочешь?.. — спрашивает хрипло.
Я застываю… Залипаю на картинке, где ее припухшие губы рядом с моим блестящим от слюны членом.
Удар в виски. Бах…
Мощнейший прокат вдоль позвоночника и катастрофический прилив желания в пах.
Бах!..
Покорная, на все согласная Дженни…
Разум расщепляется на атомы — инстинкты вырываются на волю.
Раздвинув ноги максимально широко, подаюсь вперед и, собрав ее распущенные волосы на макушке, несколько раз оборачиваю вокруг ладони.
Она смотрит на меня диким взглядом. В нем необузданность, строптивость и вместе с тем послушание и покорность самки перед ее самцом.
Моргнув, она крайне медленно проходится языком по губам.
Готова…
Обхватываю ствол и, отведя ее голову назад, шлепаю головкой по губам. Открывает рот, пытается поймать ее, но я не даю.
Играем по моим правилам.
Касаюсь кончика носа, щеки, представив, как по этим веснушкам сперма моя растекается, непроизвольно дергаюсь.
— Поцелуй его. — прошу негромко.
Целует. Обнимает губами, ласкает языком.
— Еще…
Прикрыв глаза, она явно балдеет. Играет с ним, щекочет кончиком языка, слизывает свою слюну.
Я… я сдыхаю… горю живьем, немного стремаясь своей слабости.
— Рот…
Плеснув в меня слепящей синевой, послушно размыкает губы и вбирает в себя головку.
— Глубже… расслабь язык и горло…
Упираюсь удерживающим ее волосы кулаком в затылок, вынуждая взять максимально глубоко. Чувствую небо и мягкие ткани глотки. Замираю.
Жанна тоже.
Ослабляю давление и полностью выхожу.
— Нормально?
Кивает.
— Выдержишь?..
Еще один кивок.
Ну, поехали тогда…
Зафиксировав ее голову, ритмично вхожу в ее рот.
Справляется на отлично. Расположив ладони на моих бедрах, полностью мне доверяется. Еще и взглядом подгонять пытается.
О’кей!
Ускоряюсь и немного усиливаю давление. Из последних сил удерживая контроль, вбиваюсь по-взрослому.
Трясусь подходя к грани. Знаю, что все позволит. И в рот кончить, и на лицо, если захочу, но мне по-другому надо…
— Хватит… все… — выталкиваю я.
Жанна ошеломленно смотрит на меня. Не понимает, что требую.
— Иди сюда…
Она хватает воздух ртом, часто хлопает ресницами, но согласно кивает.
Я тяну ее на себя и ложусь на спину. Дженни оказывается сидящей на мне сверху.
Быстро вместе снимаем с нее майку, а затем я, отодвинув в сторону насквозь мокрую полоску трусиков, приставляю головку к розовой плоти и осторожно опускаю ее до упора.
— Как?..
— Нормально… хорошо…
— Мне пиздец… — выдыхаю, — не двигайся пока, о’кей?
Тяну руки к полным полушариям, обнимаю, свожу их вместе. Насмотреться не могу. Щипнув одновременно два соска, спускаюсь ниже, к округлому животику. Повинуясь первобытным инстинктам, касаюсь его с особым трепетом.
Мое. Моя… Мои оба…
Слегка толкнув бедрами, даю отмашку.
Жанна понимает.
