Прошло совсем немного времени, и 14 ноября 1992 года на совещании у заместителя председателя Госкомимущества Российской Федерации Петра Мостового, на котором присутствовали от Комдрагмета при Минфине России Юрий Котляр и целая делегация ведущих управленцев концерна «Норильский никель» во главе с генеральным директором Анатолием Филатовым, было принято следующее протокольное решение:
«1. Признать необходимым осуществление акционирования Российского государственного концерна по производству цветных и драгоценных металлов «Норильский никель», как единого производственно-технологического комплекса.
2. Для разработки варианта и выбора оптимальной схемы акционирования концерна создать комиссию под председательством Госкомимущества РФ с включением в её состав представителей администрации и трудовых коллективов предприятий, входящих в состав концерна, Федерации профсоюзов НГМК /Норильский комбинат/ и Федерации профсоюзов Таймыра, а также представителей органов государственного управления.
Концерну «Норильский никель» до 16.11.92 г. представить в Госкомимущество РФ согласованные с предприятиями предложения по составу комиссии.
3. Поручить комиссии в 2 месячный срок определить оптимальную схему акционирования концерна «Норильский никель» с учётом его особенностей и подготовить предложения для решения в Правительстве Российской Федерации, а при необходимости у Президента России и в Верховном Совете России.
4. До принятия правительственного решения об акционировании концерна «Норильский никель» всё имущество, находящееся на балансах предприятий, входящих в состав концерна, является федеральной государственной собственностью и не подлежит приватизации в виде отдельных предприятий, их частей или объектов, независимо от территориального расположения этого имущества».
Это решение было одобрено не только председателем Совета трудового коллектива государственного объединения Норильский комбинат Виктором Ситновым, но также и присутствовавшими на совещании представителями Федерации профсоюзов комбината, в том числе их лидером Александром Бугаевым, чему, разумеется, придавалось огромное организационно-политическое значение.
Учитывая результаты проведённого совсем незадолго до этого опроса работников Норильского комбината о выборе способа приватизации государственного концерна «Норильский никель» и соответствовавшего ему варианта приватизационных льгот, думается, что в протокольную фразу о необходимости «разработки варианта и выбора оптимальной схемы акционирования концерна» вкладывался какой-то особенный смысл. Хотя, говоря о поиске оптимальной схемы, правильнее было бы вести речь не об акционировании, проводившемся в рамках всего промышленно-отраслевого объединения, как единого производственно-технологического комплекса, а о приватизации концерна, предварительно преобразованного в открытое акционерное общество.
Однако наиглавнейший смысл был в том, что руководство концерна «Норильский никель» и председатель Совета трудового коллектива, как и представители Федерации профсоюзов государственного объединения Норильский комбинат, согласились с тем, что комиссию по приватизации этого крупнейшего промышленно-отраслевого объединения возглавит Госкомимущество Российской Федерации. Это добровольная уступка лиц, ещё пару месяцев тому назад призывавших не поддерживать ни один из предлагавшихся вариантов приватизации комбината в составе Российского государственного концерна «Норильский никель», была определённо выгодна команде Анатолия Чубайса.
Во исполнение пункта 2 протокола совещания, прошедшего в Госкомимуществе Российской Федерации 14 ноября 1992 года под председательством Петра Мостового, руководство концерна «Норильский никель» дисциплинированно, аккурат 16 ноября 1992 года, отправило письмо за № МП/328 с предложениями по составу комиссии по разработке и выбору вариантов акционирования и приватизации концерна.
Однако задуманному осенью 1992 года уже было не суждено сбыться (!).
Не была образована комиссия по приватизации концерна «Норильский никель» в её новом составе под председательством представителя Госкомимущества Российской Федерации, не была определена основа, по выражению Егора Гайдара, «специального подхода к приватизации» концерна «Норильский никель», чтобы «создать предпосылки повышения эффективности работы, а не развалить сложившиеся структуры». Не стоит, разумеется, строить иллюзии, что если бы VII Съезд народных депутатов Российской Федерации 7 декабря 1992 года утвердил бы Егора Гайдара в должности премьера, то последний непременно реализовал бы на деле сказанное им в Норильске.
Припомнив Егору Гайдару абсолютно непродуманную в реализации реформу по отпуску с 1 января 1992 года цен в так называемое «свободное плавание», VII Съезд народных депутатов Российской Федерации перевесом в 54 голоса завершил то, что пытался сделать ещё VI Съезд народных избранников в апреле 1992 года, — отправить правительство Гайдара в отставку. На должность Председателя Правительства России по предложению фракций Верховного Совета Российской Федерации, после непременного одобрения Президента России, по результатам рейтингового голосования на VII Съезде народных депутатов был избран Виктор Черномырдин, до этого занимавший пост заместителя Председателя Правительства России, министра топлива и энергетики страны.
Удивляет одно, как вообще Егор Гайдар смог столь долго продержаться в ранге исполнявшего обязанности Председателя Правительства России, ведь, кроме бездарно проведённой ценовой реформы, он ещё регулярно посещал американское посольство в
Москве, где, не афишируя, наедине беседовал с послом США Джеком Мэтлоком. Хотя, как писал об этом Николай Зенькович, «если бы стало известно, что вице-президент США втайне от журналистов и общественности отужинал с российским дипломатом, то этот день был бы последним рабочим днём американского чиновника в Белом доме». (Н.Зенькович, «Элита, самые открытые люди», стр. 132)
Однако, как бы там ни было, 14-часовая поездка Егора Гайдара в Норильск не принесла ощутимых позитивных результатов для северян, кроме одного негативного, выражавшегося в том, чтоумасленное визитом высокопоставленных правительственных чиновников руководство концерна «Норильский никель», Совет трудового коллектива и профсоюзные лидеры согласились с изменением состава комиссии по приватизации концерна. Хотя это и без того было бы им навязано, но факт добровольности позволил совершенно в иной редакции подготовить проект президентского указа о приватизации Российского государственного концерна «Норильский никель», на что предстоит обратить внимание читателя чуть дальше по тексту.
//__ * * * __//
Уход правительства Егора Гайдара в отставку сам по себе не мог повлиять на то, что процессы акционирования и приватизации Российского государственного концерна «Норильский никель» осенью 1992 года были фактически заморожены. Причины тому лежали совсем в другом поле, которое было хорошо описано командой соавторов книги «Приватизация по-российски», изданной под редакцией Анатолия Чубайса:
1. «Накат на приватизацию начался где-то с августа 1992 года и пошёл по нарастающей по всем фронтам… Едва был принят указ о приватизационных чеках, Верховный Совет тут же попытался перехватить упущенную инициативу. Он повёл атаку на массовую приватизацию по трём направлениям: попытался принять, в пику президентскому указу, альтернативный закон о приватизационных чеках; стал пробивать постановление о приостановке приватизации; и, наконец, попытался организовать региональный накат на чековую приватизацию».
2. «Осенью 1992 года, когда я их /депутатов/ обошёл с приватизационными чеками, депутаты создали специальную комиссию, которая должна была подготовить своё заключение по поводу президентского указа о чеках. И вот где-то к февралю такое заключение появилось: комиссия внесла на рассмотрение Верховного Совета проект постановления, которое практически приостанавливало массовую приватизацию. А ситуация тогда была настолько горячая, что мне даже было неудобно обращаться по этому поводу к Ельцину. Над ним висела угроза импичмента, приближался референдум».
3. «Прокуратура, например, долго молчавшая с самого старта приватизации, где-то осенью 1992 года разразилась вдруг большущим письмом Степанкова на имя президента. О том, естественно, что вся приватизация антинародная; что состоит она из сплошных нарушений; что всё, что делается, — неправильно; что нужно её приостановить, изменить, отменить, запретить и — разбираться!». (Под редакцией А.Чубайса, «Приватизация по-российски», стр. 157–159, стр. 317)
В результате всего этого 11 марта 1993 года на VIII Съезде народных депутатов Российской Федерации председательствовавший на нём Руслан Хасбулатов, обращаясь к Президенту России Борису Ельцину, призвал реорганизовать правительство и отправить Анатолия Чубайса в отставку, на что глава исполнительной власти, конечно же, пойти отказался.
