1) Совету Министров — Правительству России поручалось до 1 марта 1994 года разработать и внести на рассмотрение Федерального Собрания (парламента) следующие законопроекты: «О приватизации государственных и муниципальных образовательных учреждений», «О приватизации учреждений здравоохранения, аптечных учреждений и предприятий», а также «О преобразовании государственных предприятий в казённые заводы (фабрики, институты, иные организации), финансируемые непосредственно за счёт бюджетных средств»;
2) за собой Борис Ельцин оставил всё самое наиглавнейшее, перспективнейшее и наивкуснейшее, сосредоточив это в разделе 6 «Отраслевые особенности приватизации государственных (муниципальных) предприятий» Государственной программы приватизации, утверждённой президентским указом № 2284 от 24 декабря 1993 года:
«6.1. Приватизация и преобразование в акционерные общества государственных предприятий, производственных и научно-производственных объединений по электроэнергетическому, ядерно-энергетическому комплексам, газовой, угольной, нефтяной, нефтеперерабатывающей промышленности и нефтепродуктообеспечению, оборонного комплекса, добыче и переработке драгоценных металлов и драгоценных камней, объектов социально-культурного и коммунально-бытового назначения приватизируемых предприятий, железнодорожного транспорта, объектов Российского акционерного общества «Российский Никель» регулируется действующими указами и распоряжениями Президента Российской Федерации».
Президент России Борис Ельцин недвусмысленно дал понять парламентариям, чтобы они, зная своё место, занимались только вопросами приватизации государственных и муниципальных образовательных учреждений, учреждений здравоохранения, аптечных учреждений и предприятий, а также созданием правил преобразования государственных предприятий в казённые заводы. Приватизацию же всех крупнейших рентабельнейших промышленно-отраслевых объединений он оставил лишь в поле своих подзаконных актов (указов и распоряжений) и в ведении Анатолия Чубайса.
Всё это вместе взятое наводило на мысль, не ради ли этой «малости» палили по Белому Дому в первых числах октября 1993 года?! Ведь именно пункт 6.1. и всё, что за ним последовало, как ничто более способствовал появлению на свет олигарха Потанина и олигарха Ходорковского, а также ещё несколько десятков подобных им капиталистов и капиталистов капиталом поменьше (!).
Будучи в неописуемом восторге от результатов только что прошедших выборов в Государственную Думу Федерального Собрания Российской Федерации, новоиспечённые парламентарии, к тому же готовившиеся отметить Новый 1994 год, обнаружили подвох не сразу, а по истечении достаточно продолжительного времени. Лишь через пару лет, когда время было уже во многом упущено, по вопросам промышленной приватизации всё же появились разного рода депутатские комиссии и запросы, о чём в настоящей книге пойдёт речь в следующих главах.
Крайне неудобно, но приходится ещё раз обращать внимание читателя на низкий уровень подготовки проектов документов, которые Анатолий Чубайс предоставлял или подсовывал на подпись ни кому-нибудь, а Президенту России! Немудрено, что в спешке Российский государственный концерн «Норильский никель» в приведённом выше тексте пункта 6.1. Государственной программы приватизации, ещё не пройдя акционирование, был наречён Российским акционерным обществом «Российский никель», думается, автору проекта президентского указа не очень солидным показалось понятие «Норильский», и он заменил его понятием «Российский».
Образование же РАО «Норильский никель» по-прежнему оставалось в проекте.
Хотя работа по акционированию (преобразованию) Российского государственного концерна «Норильский никель» в РАО «Норильский никель» всё же шла полным ходом. Едва-едва минуло полтора месяца, прошедших после расстрела Белого Дома, как за подписью Анатолия Чубайса вышло распоряжение Госкомимущества Российской Федерации № 1974 от 18 ноября 1993 года, в соответствии с которым:
«Во исполнение пункта 2 Указа Президента Российской Федерации от 30 июня 1993 года № 1017 «Об особенностях акционирования и приватизации Российского государственного концерна по производству цветных и драгоценных металлов «Норильский никель»:
1. Утвердить комиссию по приватизации Российского акционерного общества «Норильский никель» в следующем составе:
Чубайс А.Б. — Председатель Госкомимущества России — председатель комиссии;
Филатов А.В. — Председатель правления концерна — заместитель председателя комиссии;
Кох А.Р. - заместитель Председателя Госкомимущества России — заместитель председателя комиссии;
Андреев А.П. - начальник Главного управления приватизации предприятий промышленности — заместитель председателя комиссии;
Члены комиссии:
Корнев В.Г. — Председатель Комитета по управлению государственным имуществом Красноярского края;
Севастьянов В.Н. - председатель постоянной комиссии краевого Совета народных депутатов;
Бурлинов Ю.И. — Первый заместитель председателя ГКАП России;
Генералов В. А. — Первый заместитель председателя Роскомметаллургии;
Механик В.П. - директор концерна по экономике;
Ситнов В.В. - председатель координационного центра Совета трудового коллектива концерна;
Муракаев М.И. - начальник отдела приватизации Российского Фонда имущества;
Батрак В.П. - начальник отдела Госкомимущества России.
2. Комиссии по приватизации РАО «Норильский никель» подготовить и представить на утверждение в установленном порядке учредительные документы РАО «Норильский никель» и план его приватизации, а также провести иные организационные мероприятия, предусмотренные действующим законодательством».
Итак, комиссия по акционированию и приватизации Российского государственного концерна «Норильский никель» была создана, и из двенадцати должностных лиц от самого концерна «Норильский никель» в неё вошли только трое. Определённо в этом была какая-то неувязочка с решением, принятым ровно год назад, 14 ноября 1992 года, на совещании в Госкомимуществе Российской Федерации под председательством Петра Мостового, во исполнение которого в письме № МП/328 от 16 ноября 1992 года в состав комиссии было предложено пятнадцать должностных лиц от всех предприятий концерна.
Примечательно, в распоряжение Госкомимущества Российской Федерации № 1974 от 18 ноября 1993 года были включены только представители, имевшие отношение как к концерну «Норильский никель», так и к государственному объединению Норильский комбинат, более же никто. Это противоречило пункту 2 принятого 14 ноября 1992 года решения и вызвало недовольство ряда руководителей дочерних предприятий концерна. Не оказалось в составе комиссии также и представителей Федерации профсоюзов комбината и Федерации профсоюзов Таймыра.
После октябрьской развязки в Москве в 1993 году ситуация принципиально поменялась, Госкомимущества Российской Федерации почувствовал значительный прилив сил и, конечно, не собирался придерживаться принятых ранее решений и достигнутых договорённостей (!).
Ни о какой разработке оптимальной схемы акционирования и приватизации Российского государственного концерна «Норильский никель» речь уже не шла, не смотря на то, что об этом только год назад говаривали господа Гайдар и Мостовой.
Правда, по истечении трёх месяцев распоряжением Госкомимущества Российской Федерации № 298-р от 10 февраля 1994 года по предложению руководства концерна «Норильский никель» (письмо № КН-257 от 27 декабря 1993 года) было принято решение также включить в состав членов комиссии по приватизации РАО «Норильский никель»:
«Казакова Б.В. — Первого заместителя председателя Правления концерна «Норильский никель»;
Силина В.В. — Председателя Комитета по управлению госимуществом мурманской области;
Коновалова В.А. — Председателя СТК рудника «Комсомольский» /Норильский комбинат/».
Однако по существу это ничего не меняло!
Несомненно, с прекращением существования Верховного Совета Российской Федерации остановить беспредельную по алчности приватизацию промышленных гигантов уже никто не был в силах, страна вступала в период несправедливости, бесправия, ничем не прикрывавшегося взяточничества, воровства и неправомерной промышленной приватизации по-Чубайсу (!).
Судьба Российского государственного концерна «Норильский никель» была окончательно решена типовым акционированием и приватизацией не в пользу членов его трудового коллектива, равно, как инев пользу всех граждан Российской Федерации, однако об этом в следующих главах книги.
1.6. Вывод по первой главе
Подводя итог изложенному в данной главе материалу, с уверенностью можно утверждать, что факт остаётся фактом и 57,71 % участвовавших в опросе членов трудового коллектива государственного объединения Норильский комбинат, этого ведущего дочернего предприятия концерна «Норильский никель», так или иначе не одобрили все три предложенные им способа приватизации концерна.
