Кулак Моридина резко опустился на подлокотник.
– Найдите их! Дважды проверьте, запомнили ли ваши люди их лица. Найдите Перина Айбару и Мэта Коутона и убейте! Время близится, и эти двое должны быть мертвы!
Аран’гар сделал глоток из бокала. Она вовсе не против убить эту парочку, если они ей встретятся, но вот по поводу Ранда ал’Тора Моридин будет крупно разочарован.
Глава 4
Сделка
Перрин заставил Ходока отступить на несколько шагов назад, за линию деревьев, и окинул взглядом обширный луг, где красные и синие полевые цветы уже начали проклевываться сквозь толстый ковер прошлогодней травы, с которого стаял снег. Лес в основном состоял из болотного мирта, он даже зимой сохранял свою широкую темную крону, но кое-где можно было заметить бледные маленькие листочки, пробивающиеся на ветках амбровых деревьев. Чалый жеребец нетерпеливо ударил копытом; Перрин разделял его нетерпение, но старался его не показывать. Солнце уже почти достигло зенита – значит, он уже прождал тут почти час. С запада постоянно дул ощутимый ветерок, который несся дальше вдоль распростершегося перед ним луга. Хорошо.
Время от времени рука Перрина, затянутая в латную перчатку, поглаживала почти прямой дубовый сук. В толщину дубина, которая лежала поперек седла, была шире его запястья, а в длину превосходила руку в два раза. С одного конца палка была плоско, словно доска, остругана до половины. Луг, окруженный огромными дубами и болотными миртами, перемежающимися высокими соснами и низенькими амбровыми деревьями, был не менее шестисот шагов в ширину, а в длину куда больше. Палки должно хватить. Он постарался просчитать все варианты развития событий. И сук вписывался в большинство из них.
– Леди Первенствующая, вам следует вернуться в лагерь, – в который раз пробубнил Галлене, сердито потирая красную повязку на глазу. Его шлем, украшенный алыми перьями, был приторочен к луке седла, поэтому седые волосы свободно рассыпались по плечам воина. По словам Берелейн, эта седина была ее заслугой. Его вороной боевой конь попытался укусить Ходока, но Галлене, не сводя глаз с Берелейн, осадил мощного мерина. Капитан с самого начала был против ее присутствия здесь. – Грейди может проводить вас, а потом вернуться, пока мы тут все ждем, появятся ли Шончан вообще.
– Я остаюсь, Капитан. Я остаюсь.
Голос Берелейн звучал спокойно и уверенно, но все же на сей раз к ее обычному запаху терпеливости примешивался запах беспокойства. На самом деле она не была так уверена, как хотела показать. От нее пахло духами с легким цветочным ароматом. Порой Перрин замечал за собой, что старается разобрать, что же это за цветы, но сегодня он слишком сосредоточен, чтобы предаваться праздным размышлениям.
В запахе Анноуры сквозило раздражение, хотя ее лишенное возраста лицо Айз Седай, обрамленное множеством косичек, оставалось непроницаемым. Правда, Серая сестра пахла раздражением с тех самых пор, как их дружба с Берелейн дала трещину. Она сама виновата, не надо было ходить к Масиме за спиной у Берелейн. И она тоже настаивала на том, чтобы Берелейн осталась в лагере. Анноура принудила свою саврасую кобылу подойти поближе к лошади Первенствующей Майена, но белая кобыла Берелейн незамедлительно отступила на несколько шагов в сторону, причем ее хозяйка даже не взглянула на советницу. Снова досада.
Алое шелковое платье Берелейн, расшитое золотом, являло взорам весьма внушительную часть бюста обладательницы, но широкое ожерелье из огневиков и опалов создавало иллюзию скромности. Широкий пояс в тон, к которому крепился инкрустированный драгоценными камнями кинжал, стягивал талию. В черных волосах поблескивала корона Майена – золотой ястреб, расправивший крылья, – но на фоне пояса и ожерелья она смотрелась весьма обыденно. Берелейн красива. Причем после того как она перестала преследовать Перрина, он стал считать ее еще более красивой. Но, конечно же, с Фэйли она не сравнится.
На Анноуре было простое серое платье для верховой езды, но большинство из присутствующих все же постарались одеться в лучшее. Перрин выбрал темно-зеленый шелковый камзол с серебряной вышивкой на рукавах и груди. Он не особо ценил щегольские наряды, и даже то немногое, что у него было, он купил по настоянию Фэйли; что ж, она мягко убеждала его в этом, тем более что сегодня ему нужно произвести впечатление. Если же простой кожаный ремень, застегнутый поверх камзола, портит общий вид, значит, так тому и быть.
– Она должна прийти, – пробормотал Арганда. Низкий коренастый мужчина, Первый Капитан Аллинадре, так и не снял свой серебристый шлем с коротким белым плюмажем. Он сидел верхом, ослабив в ножнах меч, будто бы ждал нападения. Его нагрудник тоже был посеребрен. В ярком свете солнца он будет заметен на мили вокруг. – Она должна.
– Пророк говорит, что они не придут, – заметил довольно резко Айрам, осаживая своего длинного гнедого рядом с Ходоком. Из-за его плеча, укрытого зеленым полосатым плащом, виднелось медное навершие меча в форме волчьей головы. Когда-то его можно было назвать привлекательным, но теперь он становился все мрачнее и мрачнее день ото дня. Он казался изможденным – глаза впали, а рот превратился в узкую щелку. – Пророк либо утверждает, что все закончится ничем, либо, что нас ждет ловушка. Он советует не верить Шончан.
Перрин промолчал, на сей раз уже он почувствовал укол раздражения – частично в этом был виноват он сам, частично бывший Лудильщик. Балвер сообщил ему, что Айрам начал часто бывать у Масимы, но вроде как вовсе не обязательно говорить ему, что не стоит распространяться перед Масимой о планах и действиях Перрина. Яйцо в скорлупу не вернешь, но из этого надо извлечь урок на будущее. Рабочий должен знать, как обращаться с инструментами, а не ломать их. То же относится и к людям. Что же до Масимы, то он наверняка боится, что им может встретиться кто-то, кто в курсе его дел с Шончан.
Их много, но все же большинство останется здесь, среди деревьев. Пятьдесят Гвардейцев из Крылатой Гвардии Берелейн в красных шлемах и красных же нагрудниках – на их тонких копьях со стальными наконечниками реяли алые вымпелы – выстроились подле синего знамени с изображением золотого ястреба Майена, которое теребил легкий ветерок. Рядом, под красным стягом с тремя серебряными звездами расположились пятьдесят гэалданцев в начищенных латах и зеленых конических шлемах. Вымпелы на их копьях были изумрудными. Воины представляли собой внушительное зрелище, но даже все они, вместе взятые, были куда менее опасны, чем Джур Грейди, – его обветренное лицо напоминало лицо простого фермера, который, быть может, терялся на их фоне в своем простом черном плаще, украшенном у ворота небольшой серебряной брошью в форме меча. Сам он отлично осознавал свое превосходство, даже если остальным присутствующим было невдомек, и поэтому стоял рядом со своим гнедым мерином, словно крестьянин, набирающийся сил перед трудовым днем.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
