— Почему вы обратились с этим ко мне? Самое простое: любящим супругам поговорить между собой, попросить прощения в случае вины, признать ошибки. Ну, не мне вам объяснять. Леди Элге может аннулировать своё прошение, наказания за это не будет.
— Элге уехала навестить родню и на связь с моим сыном не выходит. Мадвик очень переживает и ждёт её обратно, но мы опасаемся, что пока девочка окончательно остынет и осознает, что натворила, судья может вынести неверное решение и удовлетворить её просьбу, данную на эмоциях.
Выдержать острый синий взгляд его величества оказалось нелегко, но Тивис справился. Бастиан продолжал слушать с не распознаваемым выражением лица, лишь слегка дёрнулся уголок красиво очерченных губ, будто бы в ироничной усмешке.
— Насколько мне известно, леди располагала достаточным количеством времени, чтобы как следует обдумать и взвесить принятое решение
Голос Бастиана Лигарта звучал спокойно и сочувственно. Тивис ощутимо напрягся; не спасала приятная, радующая глаз атмосфера Лесной гостиной, не успокаивала ни зелень, ни тихое щебетание невидимых птиц.
— Каждое такое дело — личное, приватное, и родственникам истца и ответчика обычно не показывают материалы, — продолжал монарх, всё больше и больше тревожа Тивиса бесстрастным взглядом сапфировых глаз.
Повинуясь, очевидно, тайному знаку короля, в гостиную вошёл его секретарь и поставил на столик между мужчинами круглую матово светящуюся сферу. Поклонился Бастиану и бесшумно вышел.
Король задумчиво коснулся верхушки сферы, активируя её.
— Причиной развода в прошении леди Форриль указала неверность супруга, которая унижает её и которую она считает неприемлемой между любящими людьми, — размеренно произнёс его величество.
Тивис прикрыл веки. Поганец-Мад!..
— Я уверен, это досадная ошибка, — твёрдо сказал он. — Элге доверчива, мало ли какие сплетни достигли её ушей…
— Смотрите, лорд Тивис.
Сфера мигнула и развернула перед Форрилем проекцию. Не мигая, чувствуя, как с каждым мгновением его, как вода стеклянный сосуд, затапливает стыд, он смотрел на спальню Мада, на его широкую удобную кровать глазами Элге. Золотисто-русые волосы в живописном беспорядке разметались по узкой стройной спине, открывая широкие бёдра и бесстыдно выпяченные ягодицы. Щёки загорелись. Через силу он поверх проекции перевёл взгляд на невозмутимо восседающего короля.
— Вы узнаёте место и лиц, доказывающих вашей доверчивой невестке всю силу своей любви?
Издёвки в королевском голосе не было, только усталость.
Племянницу жены Литту он никогда в подобном ракурсе и не видел, надо признать. Тивис не чувствовал под собой сидения — казалось, будто летит в воздухе, летит со свистом, стремительно проваливаясь в преисподнюю.
— Узнали, — констатировал Бастиан, взмахом останавливая, сминая яркую картинку из памяти Элге. — Смотрите ещё. Смотрите, лорд Тивис, чтобы понять всю силу порывистости и «необдуманного» решения жены вашего сына.
И на лорда Форриля рухнул калейдоскоп образов, извлечённых из памяти Мадвика. С каждой новой картинкой с лица Тивиса сходили краски, остались лишь яркие пятна на скулах. А аргументы кончились. С последним образом сфера погасла, оставшись просто куском камня, а Тивис всё цеплялся взглядом за её шершавый бок, а пальцами за изогнутые подлокотники, надеясь остановить падение.
— Впрочем, — задумчиво протянул Бастиан, — если леди Форриль решит, что всё-таки неверно поняла поступки мужа, поторопилась со своим решением — судья обязательно примет во внимание её решение. Тридцати дней, полагаю, многовато для разговора, о котором просил ваш сын. Пятнадцать — максимум, потом назначат дату повторного визита в суд. Последнего.
Тивису слышалась тонкая издёвка в поставленном глубоком голосе. Впрочем, он всё сейчас слышал словно сквозь толщу воды.
— Ваше Величество, жена моего сына достаточно далеко, он не успеет…
— Пусть поторопится. Любовь не всегда может ждать. И в любом случае, лорд Тивис, в вашем положении ничего не изменится. Вы мой советник, ваши предложения я ценю, как и вашу лояльность. А детям дайте самим разобраться со своей жизнью.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Бастиан поднялся, давая понять об окончании аудиенции. Тивис всё ещё молчал, едва ли не впервые в жизни силясь подобрать слова и не находя их. На него остро глянули синие глаза, стремясь достать до самого дна:
— Скажите, есть ли иная причина вашего столь горячего участия в судьбе сына, кроме той, что вы назвали мне?
«Знает!» — растеклось алыми углями от затылка вдоль позвоночника.
— Нет, — выдавил советник.
И выдержал, не дрогнув, и долгий пронзительный взгляд, и приподнявшуюся широкую бровь, пока вошедший секретарь забирал погасший артефакт-накопитель.
— Благодарю Вас за уделённое время, Ваше Величество.
— Жду финансовые отчёты к следующему совещанию, лорд Форриль, — улыбнулся король.
Домой Тивис не вошёл — ворвался. Слуги рассыпались перепуганными мышатами, стараясь слиться со стенами, Бритте хватило одного взгляда, чтобы благоразумно отступить в тень. Ледяной ураган пролетел по коридорам, безошибочно угадав, за какой из дверей находится безутешный молодой муж.
— Папа? Так быстро?
Мад поднялся навстречу.
— Тебя приняли? Как всё пр…
Звонкая затрещина неожиданно громко прозвучала в обитых фактурным шёлком стенах. Светловолосая голова запрокинулась назад, высокий статный красавец с трудом удержал равновесие.
— Пр-риняли, ещё как приняли!!
Мад держался за заалевшую щёку.
— Никогда в жизни меня так не унижали! Ты что твор-ришь, убожество?!
Перед Бриттой, сунувшейся было к мужу и сыну, дёрганым взмахом руки Тивис захлопнул дверь, но позабыл про заглушающее заклинание.
— Меня как с-сопляка нерадивого, как нашкодившего щенка в лужу, тыкали носом в твои рас-спрекрасные «подвиги»! Сложно, очень сложно держать с-свои хотелки в штанах?! Ты для этого так спешил жениться?!
С верхней книжной полки, вздрагивающей в такт словам Тивиса, шлёпнулась фарфоровая статуэтка. На тонкий звон и брызги осколков никто не обратил внимания.
— Не поз-зволю! Слышишь, параз-зит ты эдакий, не позволю тебе рушить мои планы! Шевелись, ищи, не сдавайся!
— Ищейки ещё не добрались до Аззарии! — воскликнул Мад, потирая щёку. — И совершенно непонятно, в какую сторону двигаться, когда они сойдут на берег!
— Значит, ищи параллельно в другом направлении! Неужели ты смиришься с потерей брака? Всё! Всё надо сделать ради того, чтобы вернуть девчонку в семью! Не вечно же она будет прятаться! Шевелись, Мад! Землю носом рой, или чем ты там её роешь, но найди мне девицу!
Ровненький ряд книг в красивых, тиснёных золотом переплётах, повалился вкривь и вкось.
— Тебе так нужны герцогские земли? Но титул я не получу, оставшись мужем Элге, а ты тем более. В лучшем случае, титул передался бы нашим дет…
— Меня ус-строит этот вариант. Ты з-знаешь, как важно вернуть титул нашему роду. Пусть не я, не ты, но мои внуки его получат! Так старайся же, Мад! Самое главное — вернуть Элге домой, любыми средствами!
— Ты думаешь, я этого не хочу?! Но отец, бумаги будут готовы самое позднее, месяца через два, и, если Элге не отыщется…
— То ты женишься на ней повторно, когда отыщется! Твоя жена не единственная, кто умеет готовить любовные зелья и всё прочее! Самое главное, вернуть её. Нам всем нужен этот брак. Я не позволю тебе проиграть. И твой срок примирения сократили вдвое. Пятнадцать дней, Мадди. Действуй. И с Зоратта я не спущу глаз.
Мадвик вздрогнул.
Глава 25. Часть 1
Скрытный отшельник так ничего и не сказал ей, и следов колдовства, наводящего жуть, наполняющего дом липким туманом, как паутиной, Элге не заметила. Видела только, как он с силой захлопнул тяжёлую книгу в потёртом кожаном переплёте, и уронил голову в подставленные ладони. Девушка тайком выглядывала из-за ширмы, но приблизиться не решилась, вышла только тогда, когда хлопнула входная дверь. Ни книги, ни неизменных чистых и исписанных листов на столе уже не было, а Ар вернулся со двора с потемневшим лицом, и в сторону гостьи не смотрел.
