Кабуле. Конгресс одобрил финансирование скрытых операций вплоть до сентября 1991 г. Поскольку финансовая помощь по-прежнему оказывалась через пакистанскую разведку – МВР, полевым командирам моджахедов из числа умеренных, таким как Абдул Хак и Ахмад-шах Масуд, доставалось меньше средств, чем остальным, а большая часть денег распределялась фаворитам Пакистана. «Доктрина Рейгана стала применяться по-иному, – пишет историк Джеймс Скотт. – На смену политике выдворения оккупационных советских войск пришла политика, направленная на смену режима в государстве – сателлите СССР».[746]
Помощь от двух сверхдержав после вывода советских войск продолжала поступать еще в течение трех лет, и в конце концов и СССР, и США потеряли к Афганистану всякий интерес. В сентябре 1991 г. страны договорились о приостановке дальнейшей помощи. В Афганистане разразилась гражданская война: две конкурирующие политические силы начали бороться за власть.[747] Наконец, в апреле 1992 г. правительство коммунистической НДПА в Кабуле пало.[748] Эбигейл Линнингтон в своем исследовании делает вывод, что «американцам удалось достичь двух своих главных целей: увеличить расходы Советского Союза на войну и принудить его к выводу войск. Но второстепенная задача по смене пользовавшегося поддержкой коммунистов афганского правительства стабильным умеренным правительством выполнена не была из-за того, что весной 1992 г. в Афганистане разразилась гражданская война».[749] Историк Джеймс Скотт также полагает, что доктрина Рейгана успешно применялась в Афганистане вплоть до вывода советских войск в 1989 г., однако на последнем этапе оказание помощи повстанцам в надежде на смену правительства НДПА демократическим успеха не имело.[750]
В 1991 г. в преддверии войны в Персидском заливе Джордж Буш-старший обратился к народу Ирака с призывом взять инициативу в свои руки. Он говорил про смену власти. Буш был убежден, что военные руководители Ирака, едва над ними нависнет угроза унизительного поражения, тотчас же свергнут Саддама Хусейна.[751] Однако призыву американского президента вняли отнюдь не они. В 14 из 18 провинций Ирака вспыхнуло открытое восстание. К нему примкнули курды, шииты и даже сунниты, и вскоре Саддаму уже не подчинялось 70 % населения Ирака.[752]
В Белом доме неожиданно передумали и решили оказать помощь Саддаму в подавлении восстания. Американское правительство для этой цели даже сняло запрет на полеты иракских вертолетных подразделений, введенный на время перемирия. Администрация опасалась, что в результате восстания Ирак окажется расколот и на фоне роста нестабильности туда могут вторгнуться иранские войска. Отныне Белый дом придерживался другого курса: против Саддама необходимо было устроить госпереворот с участием высших военных чинов. В этом случае нестабильность в стране не была бы на столь вопиющем уровне, и передача власти прошла бы более гладко. Шаги, предпринятые администрацией Буша с целью позволить войскам Саддама подавить восстание, имели успех, если не считать гибели десятков тысяч шиитов за три недели боев. Переворота так и не случилось; мало того, Штатам теперь предстояло решать колоссальную проблему притока курдских беженцев. Взять ситуацию под контроль можно было, лишь начав масштабную гуманитарную операцию «Утешение» (Provide comfort) и обозначив бесполетные зоны, благодаря которым у курдов появилась безопасная зона в северном Ираке.
Несколько крупнейших оппозиционных Саддаму группировок, в том числе шииты южного Ирака, решили объединиться и образовать Иракский национальный конгресс (ИНК). Это была проамериканская коалиция сил сопротивления. 28 мая 1991 г. президент Буш подписал директиву, предписывающую ЦРУ провести скрытую операцию по свержению Саддама Хусейна. Вскоре ЦРУ начало оказывать поддержку ИНК, а также еще одной группировке – Национальному согласию Ирака. Разведуправление также развивало тесные связи с двумя основными курдскими группировками: Патриотическим союзом Курдистана (ПСК) и Демократической партией Курдистана.[753]
В январе 1993 г. в должность президента США вступил Билл Клинтон. Он продолжил курс на поддержку ИНК, при том что ЦРУ все активнее продвигало идею поддержки суннитского мятежа.[754] В апреле 1993 г. перед администрацией Клинтона встала новая проблема: разведка выяснила, что иракские разведслужбы планируют в том же месяце убить прежнего лидера США Буша-старшего во время визита в Кувейт. В качестве возмездия президент Клинтон приказал нанести удар по штаб-квартире иракской разведки в Багдаде – по зданию было выпущено более 20 крылатых ракет.[755]
К 1995 г. ИНК в северном Ираке превратился в мощную организацию, обзавелся внушительной боевой группировкой и был морально готов к тому, чтобы начать против режима Саддама партизанскую войну. Вашингтон выразил одобрение. В начале марта 1995 г. ИНК атаковал части иракской армии, будучи прекрасно осведомлен о том, как упал в войсках моральный дух. Как и ожидалось, солдаты и даже командиры быстро сдавались в плен, предпочитая перейти на сторону противника. Многие из них примкнули к антихусейновскому сопротивлению. Для ИНК на горизонте уже замаячила победа, как вдруг Вашингтон, опасаясь роста нестабильности и анархии, прекратил поддержку. ИНК, который вдруг оказался способен свергнуть режим Хусейна, в планы американской администрации не входил: ему отводилась лишь роль раздражителя.[756]
Опасаясь увязнуть в конфликте, администрация Клинтона решила порвать связи с ИНК и курдами и уйти из северного Ирака. В результате разразилась гражданская война. Преданный Белым домом, лидер одной из политических партий теперь решил примкнуть к Саддаму, а тот предпринял карательную операцию против ИНК. Американское влияние на севере страны ослабло – оставшиеся сотрудники ЦРУ вскоре покинули регион.[757]
Окрыленный успехами, Саддам начал вести себя еще более дерзко по отношению к инспекторам ООН, которых интересовало наличие в Ираке оружия массового поражения. В сентябре 1997 г. он запретил принимать участие в этих инспекциях американцам, а затем приказал всем им покинуть Ирак. В Белом доме восприняли случившееся как прямую угрозу, и Белый дом начал готовиться к нанесению авиаударов. Консерваторы требовали, чтобы президент поступил с Ираком как можно жестче. Однако Клинтон не хотел начинать военную кампанию. Военное решение периодически всплывало в обсуждениях, его вовсю грозились применить, но впоследствии от него отказались. В конце концов представители Белого дома объявили, что «задача свергнуть Саддама для администрации Клинтона оказалась слишком далеко идущей». Лидеры республиканцев, в частности, Ньют Гингрич, уличили Белый дом в том, что он «проявляет все большую робость».[758]
«Становилось все очевиднее, – писал биограф Клинтона, – что у администрации нет стратегии насчет Саддама; то тут, то там она решала один конфликт за другим, то тут, то там шла на компромиссы».[759] Тем временем политики-республиканцы приняли на вооружение другой подход: они предпочли признать иракское правительство в изгнании и поддержать восстание против Саддама. Летом 1998 г. по итогам дебатов был принят закон, предусматривающий оказание Штатами помощи иракским оппозиционным группировкам демократического толка. Закон Конгресса «Об освобождении Ирака» 1998 г. прямо
