Суан беспокойно ерзала на краешке стула, но Морейн заставила себя сохранять спокойствие. Хоть и с трудом, но ей это удалось. Когда она сидела, давление Трех Клятв чувствовалось особенно сильно. Сохранять спокойствие, слушать и наблюдать.
Гостиная Эйдит оказалась просторнее, чем у них, резной карниз украшали бегущие волны и на стенах висели два гобелена с изображениями цветов и ярких птиц; впрочем, светильники были такими же непритязательными. Массивная мебель черного дерева была выложена резной костью и бирюзой, исключением был лишь маленький изящный столик, по всей видимости, целиком вырезанный из драгоценной поделочной кости. Сколь бы долго Эйдит ни занимала эти комнаты, в их обстановку она внесла лишь несколько личных штрихов: высокую вазу из блестящего желтого фарфора Морского Народа, широкую чашу кованого серебра и две хрустальные фигурки, стоявшие на каминной полке, – мужчина и женщина, протягивающие друг к другу руки. Все это не дало Морейн ничего существенного, однако она поняла одно: беловолосая сестра обладает хорошим вкусом, а вдобавок сдержанностью. Молчать, слушать и наблюдать.
Суан, извивавшаяся на подушке своего стула, уже почти встала, когда Эйдит наконец повернулась к девушкам. Скрестив руки, она набрала в грудь воздуха.
– Шесть лет вас учили, что едва ли не самой большой, второй по тяжести, грубостью является открыто говорить о чьих-либо способностях во владении Единой Силой, – Эйдит вновь на миг скривила губы. – По правде сказать, мне нелегко говорить об этом сейчас, хотя это и необходимо. Шесть лет вам настоятельно не рекомендовали размышлять о собственном уровне, равно как и о чьем-либо другом. Сейчас вы должны научиться сравнивать свою силу с силой каждой сестры, которую встретите. Со временем эта привычка станет частью вас, и вы будете делать это не задумываясь. Но необходимо быть очень осторожными, пока вы не достигнете нужного умения. Если другая сестра стоит в Силе выше вас, то, к какой бы Айя она ни принадлежала, вам надлежит относиться к ней с почтением. Чем выше она стоит над вами, тем старательнее следует выказывать ей уважение. Несоблюдение этого правила – грубость третьей степени, отстоящая от второй лишь на волосок. Чаще всего на новых сестер наказание налагается именно за совершение промахов такого рода, и поскольку наказание налагает оскорбленная сестра, оно редко бывает легким. Месяц или два тяжелого Труда или лишений Бедности – самое меньшее, на что можете рассчитывать. Бывали случаи, когда наказание заключалось в Смирении Духа или Умерщвлении Плоти.
Морейн медленно кивнула. Ну конечно. Вот объяснение, почему Элайда подчинялась Мейлин, а Рафела уступала Лиане. И еще Кабриана. Кабриана вовсе не была сильной. Очень непросто было принять сказанное. Когда Белая Башня настоятельно не рекомендует что-либо, то желание поступить по-своему отбивает всерьез и надолго. О Свет, Башня выкорчевывает что-то из тебя, а потом понуждает использовать то же самое для определения страшинства! Как все запутанно! По крайней мере, они с Суан почти равны по силе, и это положение, скорее всего, не изменится, когда они полностью разовьют свой потенциал. Они слишком долго шли рука об руку. Было бы весьма странно, если бы Суан оказалась вынуждена «относиться к ней с почтением».
– Мы обязаны подчиняться? – спросила Суан, в конце концов уступив своему нетерпению и вставая с места.
Эйдит тяжело вздохнула.
– Я считала, Суан, что выразилась совершенно ясно. Чем выше стоит над тобой сестра, тем в большей степени ты должна выказывать ей уважение. Мне действительно не хочется говорить об этом, так что, пожалуйста, не заставляй меня повторять. Правило, разумеется, имеет и обратную силу, но не забывайте: оно неприменимо к тем, кого ваша Айя или Башня поставили над вами. Если, например, вы приставлены к посольству, то обязаны повиноваться эмиссару Башни так же, как повиновались бы мне, пусть бы даже ее едва ли допустили к испытанию на Принятую. Итак, вы все хорошо уяснили? Отлично. Поскольку лично я испытываю настоятельную потребность почистить зубы. – И она чуть ли не силой вытолкала девушек из своей комнаты, словно и впрямь намеревалась тот час же кинуться за солью и содой.
– Я от страха чуть голову не потеряла, – сказала Суан, когда подруги опять оказались в коридоре, – но все обернулось не так уж страшно. Я уж подумала, что снова придется начинать с самого низа, но на самом деле до самого верха нам немного осталось. Еще пять лет, и мы почти там. – Все сестры вне зависимости от того, думали ли они об этом или нет, знали, когда достигнут полной силы. У разных женщин раскрытие потенциала может занять существенно различное время, но процесс всегда был плавным восхождением по прямой линии.
– Я тоже испугалась, – со вздохом призналась Морейн, – но все не так просто, как ты думаешь. В какой момент почтение переходит в послушание? Даже если она не говорила об этом прямо, то хотела сказать именно это. Мы должны внимательно наблюдать за остальными сестрами и, пока не будем знать наверняка, лучше лишний раз поосторожничать. Через месяц я хочу оказаться за много лиг от Тар Валона, а не потеть на ферме за рекой.
Суан фыркнула:
– Ну так будем осторожны! Что еще мы делали все эти шесть лет? Но все могло обернуться гораздо хуже. А пока давай-ка я принесу свой поднос к тебе в комнату, и мы вместе позавтракаем.
Но не успели девушки добраться до своих апартаментов, как их остановила еще одна Айз Седай – высокая женщина с квадратным лицом, одетая в небесно-голубое шелковое платье. Седые, стального цвета волосы, спускавшиеся ей до пояса, были заплетены во множество косичек, унизанных голубыми бусинами. Морейн была уверена, что все Голубые сестры, находившиеся сейчас в Башне, присутствовали на церемонии приветствия, однако девушка не могла припомнить, чтобы прежде видела эту сестру. Она определила способности незнакомки и осознала, что сила той очень велика – немногим большую силу обретут в конце концов они с Суан. Несомненно, здесь требовалось нечто большее, чем простое уважение. Нужно ли ей сделать реверанс? Морейн ограничилась тем, что вежливо ожидала, сложив руки на животе.
– Я – Сеталия Деларме, – проговорила сестра с явным тарабонским акцентом, оглядев девушек с ног до головы. – Судя по описанию, эта хорошенькая фарфоровая куколка – Морейн.
Морейн окаменела. Хорошенькая... фарфоровая... куколка? Ей с трудом удалось сохранить на лице невозмутимое выражение и удержаться от того, чтобы не сжать кулаки. Помогла мысль о той отдаленной ферме.
Но внимание Сеталии уже было обращено вовсе не на нее.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
