бассейном. Присмотревшись, я понял, что эта конструкция тут нужна, чтобы развернуть большой экран для проектора. Очень большой экран.
Однако.
Петра… А ведь её здесь быть не должно.
— Извини, меня просили ничего не трогать, — развел руками я, — Так что лучше не дергайся, потому что я не буду доставать вас из бассейна, если вы в него упадете. Ставки слишком высоки.
В глазах гномки мелькнул шок, а затем она безвольно обвисла. Женщины очень похожи на детей, они постоянно ждут, что ты им подаришь всего себя, обеспечишь, защитишь, сделаешь интересно, будешь заботиться, удивлять сюрпризами, помогать по дому, брать с собой в приключения, а они тебе за это писечку. Воистину говорю я вам, ничто так не травмирует бедным женщинам восприятие и оценку реальности, как наше повышенное мужское внимание к ним пока они молоды и не трахнуты нами. Увы, мир не совершенен, мы портим половину человечества ради банальной жажды сладостного спазма. А ведь все могли просто подрочить и успокоиться. Вот, например, как Горго — висит себе спокойно, лишь взгляд на меня бросил, и все.
— Отсюда, кхе-кхе… прекрасный вид, вампир. Не находишь? — медленно проговорила вышедшая из ванной фигура в кипенно-белом халате, передвигающаяся с сильной хромотой. Халат ей был велик.
— Тот, что из окна или тот, что над бассейном? — уточнил я, оценивающе глядя на нового собеседника, — По мне, они оба прекрасны.
Петра негодующе завозилась. Существо в халате залилось слабым каркающим смехом.
Он был худым и сутулым настолько, что его можно было принять за обычного пожилого рэтчеда в возрасте, до которого доживают лишь редкие герои этой расы, но я видел и чуял разницу. Чернота в слишком густой шерсти, другая форма и цвет носа, чуть иная форма черепа, желтые глаза, и… уши. Острые, а не с закругленными кончиками.
А самое главное — ум. В звериных глазах стоящего неподалеку существа светился спокойный рассудительный разум.
— Ты гибрид. Знаешь, что ты умираешь?
— Все умирают, мистер Арвистер, — с легким покашливанием отозвалось существо, — Даже вы. Я просто решил обменять свою жизнь на этот прекрасный вид из окна и наш разговор. По вашей, кстати, вине.
— Я её не чувствую.
— Это было ожидаемо, — уголок пасти моего собеседника дёрнулся в усмешке, — Меня зовут Абраксас. Абраксас Смоллвилль.
— Моё имя вы знаете, — отозвался я, извлекая из кармана пачку сигарет, — Приступим к переговорам? Объявите ваши требования.
Гибрид, в котором я видел общие черты волчера и рэтчеда, но явно бывший чем-то еще, зашелся кашляющим смехом. Не издевательским и уж, тем более, не торжествующим. Это был спокойный и слегка ироничный смех существа, которого уже не так многое и волнует.
— Боюсь, мы были вынуждены ввести всех в заблуждение, мистер Арвистер, — проговорил Абраксас, отсмеявшись, — Переговоры, безусловно, планируются, но наши требования будут в корне отличаться от шаблонных. Если окажете небольшую услугу… я бы хотел вам рассказать небольшую предварительную историю. Пожалуйста, разложите два шезлонга возле бассейна. Они вон там, в шкафчике. И, кстати? Эта дымящаяся палочка, сигарета… вам приятно вдыхать её дым?
— Дурная привычка, — откликнулся я, копаясь в небольшом замаскированном закутке сбоку от бассейна, где и обнаружил шезлонги. Вскоре, мы с гибридом, закутанным в халат Горго, расположились на них, совсем неподалеку от двух висящих гномов. Я сделал ожидающее выражение лица, и Абраксас начал свой рассказ.
— Я не буду расплываться мыслью по древу, хотя желание поговорить с полностью разумным существом и очень велико, — довольно велеречиво начал Смолвилль, поднимая свой тощий длинный указательный палец вверх, — Первое — мы, рэтчеды, искусственно выведенная раса. Гномами, как понимаете, причем довольно давно. Они желали получить искусственное самоподдерживающееся оружие против наземников… или верных слуг, но вместо этого получились лишь живучие городские паразиты. Если сравнивать с историей вашего вида, то получается довольно иронично, не так ли?
Ага, мы-то тоже искусственные и тоже почти раса. Хотя магам смерти были нужны просто тела, сопротивляющиеся Апатии. Вместо этого получились хранители баланса и равновесия, высшие хищники цивилизации. Вампиры. Ну да, мы тоже паразиты, как и рэтчеды. Иронично.
— Я не удивлен, — слова сами сорвались с губ, — У гномов, как у расы, такие проблемы с международным общением и ведением дел, что вырастить подконтрольный вид было бы вполне логичным решением.
— Если бы королевы не ленились контролировать членов своих стай, то рэтчедов было бы в десять раз больше. Самка всегда оставляет ровно столько, сколько ей комфортно поддерживать, — вновь ухмыльнулся Абраксас, — Обычная лень низвела наш вид до того жалкого состояния, выше которого он теперь подняться не может. Не мог… пока за эксперименты над нашим видом не вернулись творцы. Ими руководил, как вы уже, наверное, догадались…
— Горго Кестер, — кивнул я висящему гному.
Прогрессивный ум, великолепный, по сравнению с «детсадовцами», опыт, память, высокое положение в клане, влияние. В любом крупном проекте Горго был бы обязательным участником, если не инициатором. Он хозяин «Ультрона», универсальной мегакорпорации, без которой ни одно масштабное дело в пределах Омниполиса невозможно. Поэтому Оргар Волл-третий и нацелился на волосатые яйца этого гнома.
— Именно он, — почти дружелюбно кивнул гибрид плененному гному, только вот я уловил проблеск лютой ненависти в глазах Абраксаса, — Могу, правда, вас уверить, в заговорах с Канадиумом и в остальных подземных делах наш Горго не при чем. Он, когда узнал о некоторых интересных планах своих сородичей, предпочел экстренно удалиться в отшельничество. Закрыться. Спрятаться.
— Поэтому вы решили всё взять в свои руки? — кинул пробный шар я, — Увидели шанс?
— Увидел. Я увидел, — теперь во взгляде рэтчеда-не-рэтчеда мелькнула гордыня, сменившаяся самоиронией, — Мы паразиты, мистер Арвистер. Но, в отличие от вас, вампиров, совершенно никчемные паразиты. Вредители, прямо говоря. Лабораторные мыши, выведенные неопытными, но самонадеянными экспериментаторами. Обреченные жить по правилам общей клетки под вечной угрозой быть уничтоженными за ненужностью. И, что куда горше, лишенные даже возможности выжить в иных условиях. В отличие от сородичей, процветающих в Омниполисе, наши стаи лишены навыков и инстинктов выживания. Вы знаете, каково это, вы общались с Цирсцеей и Ассоль. Преемственность… жизненно важна для нас. Поэтому, когда мы узнали, что преступность Омниполиса проредили…
— Вы решили захватить теневую власть в городе, — кивнул я, — Переехать от пригляда гномов.
— Я решил, — вновь отблеск гордыни, сменившийся такой же мимолетной
