Погладив Шефа, Дэниел оглянулся и увидел, что Сьюзан ждет его у входа.
— Надо все-таки заняться твоей раной.
— Хорошо. — Он взял винтовку и протянул Сьюзан руку. — Добро пожаловать домой, миссис Крокер.
Они направились к дому. Увидев сооружение, которое должно было стать ее домом, Сьюзан почувствовала радостное волнение. Она поняла, что начнет строить здесь свою жизнь с Дэниелом и, возможно, с детьми. Сьюзан всегда мечтала о детях, но по-настоящему не верила, что они у нее будут, пока в ее жизнь не вернулся Дэниел.
— К сожалению, дом не очень большой. Некоторое время здесь никто не жил. Я приезжал сюда навести порядок, но до конца мне это не удалось. Может, скоро нам удастся его побелить… ну, и я неплохо управляюсь с молотком.
— Дэниел, здесь чудесно.
— В целом неплохо, м?
Испустив радостный клич, он подхватил Сьюзан на руки, с шумом втянул воздух от боли в плече и поставил жену на землю. Выругался и потрогал раненое место.
— Где ключ? — улыбнулась Сьюзан.
— В левом нагрудном кармане.
Сьюзан запустила онемевшие от холода пальцы под пальто, потом под куртку и нащупала застегнутый на пуговицу карман рабочей рубашки. Оттуда она извлекла цепочку от часов.
— Ключ с затертым узором, — пояснил Дэниел.
Сьюзан нашла ключ, который словно кто-то долго и упорно тер с бессознательным усердием, почти сгладив выгравированный узор.
Замок поддался со скрежетом, продемонстрировав недостаток оказываемого ему за последние годы внимания. Разбухшая дверь не желала открываться, и Дэниел несколько раз ударил в нее ногой, пока она не распахнулась, ударившись о внутреннюю стенку.
Сьюзан ступила на кухню, Дэниел шел следом. Положил револьвер и винтовку на сундук. В комнате стоял сумрак из-за ставен на окнах, но сквозь щели в них проникало достаточно света, чтобы увидеть небольшую комнату.
Сьюзан огляделась. Она не заметила ни паутины, которую оставил по углам Дэниел, ни подержанной мебели, ни спертого воздуха. Она видела, как это будет выглядеть после тщательной уборки и когда на окнах появятся занавески.
— Вид не очень, — сказал Дэниел.
— Просто прекрасный.
— У меня было маловато времени, чтобы подготовиться к твоему переселению. Я постарался вымести пыль и отчистить мебель… и кое-что купил. — Дэниел мялся как маленький, хотя явно желал порадовать Сьюзан. — Здесь кладовка, — он подошел и открыл дверь в маленькую, два метра на два, каморку, — а там — спальня.
Сьюзан заглянула во вторую дверь и увидела небольшую комнату без мебели. Дэниел вернулся на середину кухни.
— Мы сделаем погреб в доме, а не на улице! — Он стукнул каблуком в пол, потом схватил Сьюзан за руку и потянул в коридор. — Здесь будет гостиная, — сказал он, указывая на небольшое помещение в передней части дома.
Комната обещала быть светлой, когда с окон снимут ставни и вымоют стекла.
— А тут… — Дэниел помедлил и открыл последнюю дверь, — еще одна спальня.
Заглянув туда через плечо мужа, Сьюзан поняла, что это единственная, кроме кухни, меблированная комната в доме. У стены стоял комод, на нем красовался фарфоровый кувшин и тазик. Остальное пространство было заполнено железной кроватью. Дэниел, очевидно, купил ее совсем недавно. Она стояла застеленная новым бельем и накрытая шерстяным покрывалом.
— Конечно, работы предстоит много. Я думал успеть к твоему приезду.
— Я рада, что ты не закончил. Мне будет приятно помочь тебе.
Дэниел улыбнулся и обнял Сьюзан. Она лишь на минуту позволила себе забыться, потом оттолкнула его.
— Твое плечо.
Сьюзан провела Дэниела на кухню и посадила на шаткий зеленый стул. Помимо него в кухне были стол и сундук.
— Сейчас мы перевяжем рану, — твердо сказала Сьюзан.
— Без скипидара.
— Без скипидара.
Сьюзан помогла мужу снять пыльник, куртку и рубаху. На плече Дэниела запеклись струйки крови. Приподняв юбки, Сьюзан отстегнула нижнюю, уронив ее на пол. Дэниел следил за ее манипуляциями с веселым интересом.
Сьюзан покраснела.
— Где можно взять воды? Дэниел указал на кладовку.
— Воду провели в дом, но не на кухню. Я наладил насос несколько дней назад.
На насосе висело ведро. Сьюзан накачала туда воды и вернулась на кухню. С помощью куска нижней юбки промыла рану, с облегчением убедившись, что, хоть Дэниел и потерял немного крови, рана оказалась пустяковой. Сьюзан оторвала оборку и принялась бинтовать плечо.
— Оставим до возвращения в приют, там сделаем настоящую перевязку.
Дэниел поднял руку, согнул ее в локте, напрягая мышцы. Он сморщился от боли, но одобрительно улыбнулся Сьюзан, давая понять, что повязка держится хорошо. И побыстрее оделся, потому что в кухне было прохладно.
Сьюзан отвела Дэниела в спальню и усадила на край кровати.
— Посиди здесь. Я накачаю воды, чтобы мы могли помыться. Отдохни пока.
Сьюзан вернулась на кухню, взяла ведро и, выйдя на улицу, вылила грязную воду в снег, потом набрала чистой воды. Напевая какую-то мелодию, она поставила ведро на сундук и вышла на веранду за дровами, которые были сложены у внешней стены дома. Вернувшись в относительно теплую кухню, Сьюзан пошла теперь в гостиную, где видела камин.
— Дэниел?
Она не могла найти спичек и зашла в спальню, чтобы спросить у Дэниела, где он их спрятал.
Он крепко спал. События дня и рана одолели его.
Поеживаясь, Сьюзан снова пошла на кухню и, порывшись в сундуке, нашла жестянку со спичками. Обрадовавшись, она поспешила с ведром в гостиную и разожгла там огонь.
Вскоре вода согрелась настолько, что можно было вымыться. Но когда Сьюзан стала одеваться, ее постигло разочарование: костюм был грязный, а крашеная отделка полиняла, намокнув в снегу.
Вымотанная физически и морально, Сьюзан завернулась в пальто Дэниела и босиком прошлепала в спальню и легла рядом с мужем, обняв его, словно хотела набраться от него тепла и спокойствия.
Дэниел проснулся, как от толчка. Повернув голову, он увидел Сьюзан, смотревшую на него с таким обожанием, что у него защемило сердце.
Она вытащила у него из кармана часы и подняла крышку.
— Сейчас почти шесть. Ты спал меньше часа. Постарайся еще отдохнуть..
Дэниел провел рукой по лицу, пытаясь утихомирить возбуждение, не покидавшее его после того, что случилось в этот день. Он говорил себе, что все закончилось, но разум и тело отказывались верить. Не так-то легко после десяти лет работы в агентстве Пинкертонов изменить весь строй жизни.
— Как плечо?
Дэниел подвигал рукой. Рана отозвалась тупой болью, мышцы были напряжены, но он жив и пережил худшее. Переживет и это.
