был уверен.
Поправив рыжего за ноги и понадежнее расположив на спине, направился к бывшему саду, хотя мысли о том, что иномирский юстициар жив таяли с каждой секундой.
Оказавшись на месте, задумчиво хмыкнул. Растения пожухли и местами истлели, цветочные клумбы утратили былую прелесть, ну а Элрика и след простыл. Даже трупа нигде не было видно. Всё-таки сбежал, значит. Никакие путы и святоши его не остановили. Настоящий юстициар! Аж гордость берет. Понятия не имею, кто у них там сейчас за главного, но свои тренировочные функции выполняет он исправно.
— Эй ты, парень!
Я обернулся к Элрику с ухмылкой.
Очень даже исправно! Не заметил даже, как он подкрался и зашел ко мне со спины. Наверное, исполнитель. Для ищейки харизмы ему недоставало.
Последствия взрыва и его стороной не обошли. На лице и руках прибавилось ссадин, кожаный доспех практически пришел в негодность.
Немного запоздало он взглянул на клинки в моих ножнах на поясе, нахмурился. Так я понял, что он почувствовал их силу. Невозможно было не ощутить ауру, что они излучали. Именно поэтому старший братец Марка обратил на них внимание в машине, а после и его отец. Насчет Райханы ответ был очевиден. Достойный артефактор учуял бы их на другом конце города. Что-то сродни профессиональной деформации.
— Так это… — начал было юстициар.
— Да, они самые, — оборвал его на полуслове, кивнув. — И много ли легенд обо мне теперь ходит в ваших кругах?
— Кхм… немало, — как-то стушевался тот. — Но как?.. Вы так молодо выглядите, а сменилось уже не одно поколение. Еще и так далеко от Ветус Манс…
— На то были свои причины, нисколько не зависящие от меня самого, — повел я плечами, едва не уронив Саймона. — Но ты тоже вряд ли сможешь вернуться назад, юстициар. Зато всё еще можешь присоединиться к частной охотничьей кампании «Юстициус».
— Частной… охотничьей… — забавно просмаковал Элрик. — Чего?..
— Но для начала тебе бы, конечно же, выучить русский.
Он снова уставился на меня в непонятках. Сомневался, что ему удастся адаптироваться так же быстро, как мне, но при должном рвении всё возможно.
Однако кое-кто снова посчитал нужным отложить мое отбытие из этого богами забытого места.
— Даггер… кажется, нам нужно поговорить, — выдавила Талия, показавшись из-за стен собора, и мы с Элриком синхронно повернули к ней головы.
Судя по тому, что более потрепанной, чем до взрыва, богиня не выглядела, то Эзраил успел вовремя переместить в один из своих храмов и ее, и себя. Даже по богам эта хрень жахнула бы неслабо. Постарался Габелл на славу, это уж точно.
— Так ты всё еще здесь? И о чем же на этот раз? — вымученно закатил я глаза.
Вздохнув, она двинулась в нашу сторону плавной походочкой от бедра. Грудь ее колыхалась в такт шагам, а подбородок был высоко задран. Ох и стать, ох и грация… Пантера ни дать ни взять. Если бы при всем этом богиня истины и справедливого суда не была такой стервой.
Помню, один гном как-то выдал во время одной из веселых попоек, что единственный существующий бог находится у бабы между ног. Что ж, тогда Талия была прекрасным образцом божественности как для верующих, так и для атеистов.
— Даггер, — остановилась она наконец-то напротив меня и эротично подбоченилась, отставляя бедро в сторону. — Мы с Эзрой тут обсудили нынешнее положение вещей…
— Ага, — кивнул я, сдвинув брови. — Я же свидетелем был того, как вы вели обсуждение.
Блондинка как бы между прочим осмотрелась по сторонам, анализируя масштабы произошедшего взрыва. Но нет, произошел он не по вашей вине. А даже если бы по вашей, вам всё равно было бы насрать.
— Кхм… — в моменте потеряла она нить повествования. — Так о чем это я?
— Положение вещей. Нынешнее, — зачем-то уточнил я.
Скорее, потому что жаждал уже от нее избавиться. Да и вообще от какого-либо божественного присутствия в моей бренной жизни.
И да, хорошо, что Саймон развернут к саду. Интересно, как заговорила бы Талия, если бы взгляд ее зацепился за печать на его спине?
— Ах да! — мило улыбнулась она мне, кокетливо склонив голову набок. Ну прям сама невинность и святая простота. — Мы с Эзрой решили отойти от дел. Так сказать, покинуть беспощадную гонку за веру и могущество внушительного пантеона Скардии.
— Не понял, — изогнул я бровь.
— Мы заменим ушедших земных богов! — с таким воодушевлением выдала она, что я аж челюсть выдвинул вперед от удивления.
Сменить пантеон? Серьезно? Вот так просто, по щелчку пальцев? Знал, что боги способны на многое, но чтобы такой плевок в сторону верующих, нуждающихся в их благословении денно и нощно…
Пожалуй, такое вполне подходило под категорию нарушения норм морали. Но куда больше меня заботили дела, которые эти двое могли наворотить, обживаясь на Земле и, соответственно, последствия. Как-то… становится даже немного жаль мирских святош. Тех самых, которые всего-то навсего цены на свечки завышают. Да и простых людей, побежавших на поклон к этой неуравновешенной парочке.
— Не назвал бы эту идею положительной, — сразу предупредил ее, а заодно и людей обезопасил. Мало ли, передумает… — Насколько я знаю, ваши силы напрямую зависят от числа и набожности ваших верующих. И так уж вышло, что хоть боги и покинули этот мир, они многое оставили после себя. Так что вряд ли вам удастся приобщить их к новому пантеону, не закопав при этом останки прежних.
Элрик, на удивление, проявлял благоразумие, достойное юстициара, ибо терпение и умение держать язык за зубами — одни из важнейших добродетелей. Мужчина просто переводил взгляд с меня на богиню и обратно, не забывая при этом задумчиво хмыкать и делать такой вид, как будто всё понимает. Уверен, это было не так.
— А кто говорит о разрушении прежних устоев? — усмехнулась блондинка.
Та-а-ак…
— И что вы задумали?
— Облачиться в тех, что уже снискали свою славу у народа, — огорошила меня Талия. — Вот так вот!
Богиня щелкнула пальцами, и ее простенькое белое платье с глубоким декольте и не менее глубоким разрезом в области бедер преобразилось в льняную рубашку с рукавами-фонариками и алый сарафан. На ушах повисли жемчужные серьги, на шее — разноцветные бусы. Голову покрыл яркий кокошник.
— Например, в Славу, — осклабилась девушка и покрутилась
