чтобы два раза не вставать — я как-то сходил в Художественный театр и глядел там пьесу «Копенгаген».
Матушка моя, наклонившись к моему уху, тихо сказала: «Если бы нам так скучно читали лекции, то…». Она как, впрочем, и её второй муж, закончила физтех.
Я в этот момент тоже отвлёкся от действия и пытался вспомнить, кто мне читал кванты. То есть, квантовую механику. Так и не вспомнил, и продолжал слушать мимолётные упоминания о кошке Шрёдингера, нацизме, бомбе, и проч. То есть, я размышлял о том, как воспринимаешь эту несчастную кошку, что заперта вместе со счётчиком Гейгера в своём ящике, как о ней плачут и Шредингер и Конфуций одновременно, как в голове, набитой хаосом следующих образований начинают всплывать диффуры, что рифмуются теперь с птифурами и тензоры, что, конечно, уже — цензоры. Хотя, конечно, бывших физиков не бывает.
Но кто мне читал кванты, я к своему позору, не помнил. Может, Френкин? Или, всё же не Френкин? Я дошёл даже до того, что позвонил своему однокурснику Мише Бидниченко.
— Кто кванты читал — помню очень хорошо, говорит. — Это был Ю. М. Лоскутов. А Френкин меня от него спас на экзамене. До сих пор помню его шёпот на всю аудиторию «Да геофизики же, геофизики». Тем самым он убеждал Лоскутова не убивать меня на месте за непроходимую тупость.
Я, кстати, часто вспоминаю другую историю.
Методы математической физики мне читал преподаватель по фамилии Гласко. Глаза у него глядели не только в разные стороны, но ещё при этом один вверх, а другой — вниз.
Списать у него на экзамене было совершенно невозможно.
Списывать у него было страшно.
Глаза профессора Гласко вращались, и своей центробежной силой выпихивали тебя из аудитории.
Так вот однажды, заинтересовавшись одной задачей (Тихоновским полиномом), я поймал Гласко в перерыве и минут десять спрашивал — пока, наконец, не понял, что тот, вращая глазами, просто надувается от ненависти ко мне — он бежал в туалет, а тут-то я его и поймал.
Вперёд мне была наука, и я поумерил пыл и количество вопросов.
Забавно это рассказывать человеку, для которого все эти слова — жухлые, мёртвые листья под талым снегом.
Извините, если кого обидел.
24 апреля 2012
Татьянин день
25 января
Да, если уж зашёл такой ностальгический разговор, как в прежнем посте, так вот вам развёрнутый текст по этому поводу. (Традиционно, купленные экземпляры подписываются).
Мы встретились в метро. Договорились-то мы, по старой привычке, попрекая друг друга будущими опозданиями, в три. Володя пришёл ровно в половине четвёртого, я — через две минуты, и через минуту подошёл Миша. Раевский, правда, сказал, что подъедет отдельно. Никто никого не ждал, и все остались довольны, хотя сначала смущённо глядели в пол.
Мы вышли из метро и двинулись вдоль проспекта. Сквозь морозный туман горел, как священный меч перед битвой, золотой шпиль Главного здания. Володя сказал, что сегодня мы должны идти так, как ходили много лет тому назад — экономя деньги и не пользуясь автобусом. Это был наш персональный праздник, Татьянин день, совмещённый с годовщиной выдачи дипломов — потому что учились мы не пять как все остальные факультеты, а пять с половиной лет. Мы шли навстречу неприятным новостям, потому что поколение вступило уже в возраст смертей, что по недоразумению зовутся своими, но мы знали, что в Москве один Университет, и вот мы шли, чтобы вернуться в тот мир дубовых парт и тёмных панелей в коридорах, огромных лифтов факультета, которым исполнилось больше полувека, и огромных пространств между зданиями….
Извините, если кого обидел.
24 апреля 2012
История про то, что два раза не вставать
Пока тут все печалились, что Живой Журнал в очередной раз лёг, я обнаружил, что по каналу "Перец" показывают фильм "Два капитана-2". Удивительное дело! На развлекательном канале "Перец", между фильмом "Отряд "Антитеррор"" и передачей "С.У.П." — "Самые Удивительные Происшествия" — первым ежедневным тележурналом региональных сенсаций. И Курёхинр. Михельсон написал Дрейфусу, что денег на это он не пожалеет. Карфаген находится под ударом, а Турция озабочена создавшимся положением и прислала канонерку "Пантера". Это белые марокканские карлики! Жидкий кобальт Шварца, способный воспламенять планктон, пасущийся на поверхности Средиземного моря!
Чудны твои дела, господи! Засыпая, я буду думать о том человеке на телевизионном канале, что поставил этот давний фильм среди незатейливого юмора и бандитской пальбы.
Извините, если кого обидел.
25 апреля 2012
История про то, что два раза не вставать
Зашёл разговор о "говорящем классе".
Беда тут в том, что я, с одной стороны, мизантроп, и не очарован ровно никем, кроме тех женщин, кои не обращают на меня внимания, а с другой стороны — труслив и осторожен: ну-ка, встанешь на пути у высоких чувств, и тебя погонят с этого места ссаными тряпками.
Был такой умный человек Пётр Борисович Ганушкин. Он родился 24 февраля (8 марта) 1875 года под Рязанью. Рос он в семье земского врача, однако ж образование получил неплохое — дома, затем в гимназии, которую закончил с золотой медалью, и, наконец, вышел из Московского университета медиком. Стал Пётр Борисович знаменитым психиатром и основал в своё время целую психиатрическую школу. В знаменитом романе двухголового писателя Ильфопетрова про него сказано так: "Знатоки так и сыпали мудреными выражениями из области теории и практики психоанализа. Все сошлись на том, что Берлаге придется плохо и что главный врач Титанушкин, возвращения которого из командировки ожидали со дня на день, разоблачит его в пять минут. О том, что возвращение Титанушкина наводило тоску на них самих, они не распространялись. Весь день и большую часть ночи четверо больных с неправильным поведением резались в "шестьдесят шесть" без двадцати и сорока, игру хитрую, требующую самообладания, смекалки, чистоты духа и ясности мышления…. Утром вернулся из командировки профессор Титанушкин. Он быстро осмотрел всех четырех и тут же велел выкинуть их из больницы. Не помогли ни книга Блейлера, ни сумеречное состояние души, осложненное маниакально-депрессивным психозом, ни "Ярбух фюр психоаналитик унд психопатологик". Профессор Титанушкин не уважал симулянтов". Скончался Пётр Борисович 23 февраля 1933 в Москве. Сын его, кстати, у Туполева строил самолёты, и даже получил какую-то премию.
Так вот, чтобы два раза не вставать, я расскажу вот что: Ганнушкин в 1933 году пишет: "Последним заключительным аккордом учения о конституциональных психопатиях
