и оттяпала половину всего, что он заработал, будучи адвокатом. Но он особо и не сопротивлялся. Думаю, он сам уже давно тяготился браком. Но это так, в общих чертах.
– И что же, после развода он решил оставить и адвокатуру?
– Не то что оставил, нет. Гриша как-то сказал, что Борис защитил какого-то мерзавца, настолько блестяще, легко и даже изящно, что сам удивился. Причем безо всяких там взяток и тому подобного. А потом, когда понял, кого отпускают на свободу, он даже заболел, почувствовал себя виновным, как если бы на свободу выпустили само зло… Он даже в больницу попал с нервным расстройством.
– Вот никогда бы не подумала, что циники-адвокаты могут быть настолько сентиментальны! Надо же, и ты говоришь о Борисе Бронникове?
– Да. Вот такой он непростой человек. В нем много чего понамешано.
– А что с Петром не так? Кажется, он ищет какую-то женщину? – Сказав это, Женя почувствовала, что краснеет, как если бы она в этот момент предала Петра. Проговорилась! И все это проклятое женское любопытство!
– Про это ничего не знаю. Со стороны может показаться, что он просто богатый бездельник. В моих же глазах он умнейший и предприимчивый человек, который научился делать деньги из воздуха. Он был бизнесменом, кажется, у него был строительный бизнес. И вот как-то раз он решил помочь сыну своего школьного друга, который что-то там изобрел. Вот прямо реально помог ему протолкнуть какую-то крутую инновационную идею и даже вместе с ним поехал в Америку, где этот парень, собственно говоря, потом и остался, моментально разбогатев. Кажется, речь идет о какой-то компьютерной программе. В благодарность этот парень, вчерашний студент из малообеспеченной семьи, мало того что делится со своим благодетелем прибылью, так отправляет к нему перспективных студентов-айтишников, и Петр инвестирует в их идеи, после чего продает часть своих акций за бешеные деньги.
– А я думала, что он писатель… Во всяком случае занимается сейчас тем, что собирает материал для исторического романа, – нарочно, чтобы стереть из памяти Марты личную историю Петра о поисках женщины, сказала Женя.
– Знаешь, когда у человека есть мозги, он может позволить себе быть кем угодно. Писатель… Почему бы и нет? Что бы он ни написал, это будет талантливо. Вот так.
После разговора с Мартой Женя долго не могла прийти в себя. Как это вообще возможно – ей собирались подарить квартиру! И теперь она может быть независима абсолютно ни от кого! У нее будет крыша над головой, так еще и деньги останутся. Зря она их, что ли, копила? Можно отправиться в путешествие, можно накупить красок и снять мастерскую, там писать картины. Можно купить небольшой участок земли с маленьким садовым домиком в Подмосковье и заняться разведением цветов! Да столько всего можно сделать!
Свобода и независимость. Что это такое? Хорошо это или плохо?
Так рассуждая, Женя вышла из комнаты и направилась на кухню, пора было уже заняться своими прямыми обязанностями. В доме было тихо. Вероятно, все разбрелись по своим углам, а Ребров наверняка уже спал. Бедолага, столько всего навалилось на него в последнее время! Борис, наверное, утащил в свой кабинет бутылку виски и теперь лежит с ней в обнимку, смотрит телевизор размером со стену. Типа отдыхает. Вот только от чего? Бросил свою работу, раскис. Тоже мне, мужик! Раньше надо было думать, кого защищаешь!
Петр, вероятно, сидит за письменным столом и смотрит в пустой экран ноутбука. Возможно, он продвинулся уже капитально в написании романа и теперь там обозначено «Глава 1» и белое поле пустой страницы.
В кухне Женя налила в тазик теплую воду, сделала мыльный раствор и принялась не спеша мыть новый сервиз.
Итак, она вернулась к мыслям: свобода. Уже завтра она может быть совершенно свободной и не связанной теми, от кого зависела материально. Ну, может и не завтра, а в тот день, когда официально станет обладательницей собственной квартиры. Что дальше?
Не так давно, кстати, она уже размышляла о независимости в жизни человека, насколько же странными были обстоятельства, вызвавшие у нее ассоциации – она просто купила беспроводную мышь к ноутбуку. Без мыши пользоваться им, водя пальцем по поверхности тачпада, ей было не совсем комфортно, хотелось чувствовать в ладони уютную и послушную мышь. Но длинный провод постоянно цеплялся то за подушку, то за складку одеяла, когда она работала в кровати, то за угол стола. И вот она купила эту мышку. Очень удобную на первый взгляд. Черная с золотом мышь оказалась словно специально подогнанной под размер ее ладони, третий палец правой руки нежно поглаживал ребристое колесико, управляя курсором. И что же? Не привязанная к ноутбуку, она в первый же вечер провалилась в глубокую и узкую щель между кроватью и стеной, достать ее стоило больших трудов! И почему-то именно тогда Женя подумала о независимости человека от кого-либо. От родных или близких, от друзей. Без «провода» любви, дружбы и привязанности жизнь и станет, может, свободной, но разве не полной опасности? Он станет уязвим! Человек останется один на один со своими страхами, бедами, проблемами, никому-то до него не будет дела! И он, а именно его судьба, провалится в темный угол одиночества, он может погибнуть!
Привязанность. Для Жени эта тема была болезненной. Так уж случилось, что мама как-то сразу от нее отвязалась, свив гнездо новой семьи и нарожав детей во втором браке. И Женя не испытывала к сводным брату с сестрой каких-то особых и родственных чувств. Быть может, потому что она редко их видела или же чувствовала, что муж матери держится как-то холодно по отношению к Жене и не очень-то рад ее визитам? Но тогда почему же сама Женя испытывала чувство ответственности перед этими детьми и с легкостью согласилась пожертвовать своей долей в квартире, лишь бы им было хорошо? Или подсознательно хотела разделить эту самую ответственность вместе с матерью, которую любила и которую считала существом слабым и ведомым? Все это было слишком сложно.
А вот к своим дальним родственникам, Марте с Гришей и их детям, испытывала самые теплые чувства, ей доставляло удовольствие заботиться о них. Вот почему, когда ей пришлось расстаться с ними, ей было так тяжело, как если бы ее жестоко предали. И если бы не сегодняшнее грандиозное событие, обещанный щедрый подарок в виде квартиры, она так и не согрелась бы душой и, возможно, очерствела бы окончательно.
Что же касалось ее новых хозяев, то к ним она испытывала еще более странные чувства. Казалось бы, совершенно чужие ей люди, она знакома с ними всего
