Саши она пока не решалась. Леонид Федорович, отец Александра, поначалу настороженно отнесся к девице, шастающей по их квартире, но постепенно смирился с ее присутствием и даже иногда спрашивал сына:
– Чего это ты сегодня холостой? Где краля твоя запропала?
Однажды девушка проснулась среди ночи от дикого приступа тошноты. Ее буквально вывернуло наизнанку – благо, было далеко за полночь, и никто не слышал диких звуков в туалете. Она умылась, выпила стакан воды и снова помчалась в санузел. В затуманенную со сна голову резко ворвалась мысль: «Я беременна!» Тут же вторая, паническая: «Что теперь делать?» Она растерялась, да и было от чего – кто стал отцом ее ребенка? Как ее угораздило в последнее время поддаться на уговоры своих женатиков и спать с ними без контрацептивов? Наверное, она спятила, но ей за такой секс пообещали хорошие деньги, на которые она купит шикарное свадебное платье, как только Сашка, гад, сделает ей предложение. С ним она давно спала, не предохраняясь, даже надеялась, что забеременеет и этим сподвигнет его жениться. Да. Она регулярно проверялась, сдавала все анализы. Была абсолютно здорова, но почему именно сейчас решил появиться этот ребенок? Почему не раньше или позже, чтобы она была уверена в отцовстве. Черт! Что делать-то?
Разговоров о свадьбе Саша по-прежнему не заводил, даже просто гражданским браком жить у него не предлагал, относился к ее приездам и ночевкам, как к должному. Как же теперь поступить? Естественно, его необходимо поставить в известность. Но вдруг он не захочет связывать себя обязательствами и отправит ее на аборт? Нет, надо завязывать с подработками и целиком и полностью заниматься своим будущим мужем. Но для полной гарантии надо поставить в известность родных – маму, сестер, тетку. Да, конечно же, тетку, Надежду Федоровну – она, в случае чего, поможет ей убедить Сашу расписаться. Пусть даже без свадьбы. Да, девичьи грезы о свадебном торжестве придется оставить, но ведь это не главное – главное, что они будут вместе. Возможно, будут вместе. Доля сомнения у нее все же оставалась. Марина легла в постель и попыталась уснуть, подавив в себе очередной приступ тошноты и паники. Завтра придет новый день, и она начнет новую жизнь. С поправкой на день сегодняшний.
Утром с Сашей ей переговорить не пришлось – его срочно вызвали на работу; приехала «дежурка», и он только и успел поцеловать ее в нос на прощанье. Терехин работал слесарем-аварийщиком в городском «Водоканале», и такие вызовы случались довольно часто – изношенные трубы городских коммуникаций отдыху не способствовали. Первую половину дня она, погруженная в свои мысли, практически не заметила, но вот вторая повергла ее в шок. Ее вызвали на улицу. Она вышла, накинув на плечи какую-то куртешку. Первые заморозки уже хорошо давали о себе знать, регулярно сыпал мокрый снег, превращавшийся на тротуарах в непонятное месиво. Еще день-другой, и он окончательно уляжется на землю. Было сыро и противно-зябко, но ее бросило в жар при виде того, кого она выбрала себе в мужья. Саша стоял перед ней в рабочей спецовке, болотных сапогах, но при всем при этом какой-то необыкновенно красивый и торжественный. Он обнял ее и вручил ярко-красную розу на длинном стебле. Пока она пребывала в ступоре, на ее запястье заблестели изящные часики. Поцелуй в щеку – и мужчина растаял, словно привидение. За всю мизансцену не было произнесено ни единого слова. Марина замерла. Что это было? Что это сейчас было? Из прострации ее вывел шепот за спиной:
– Ой, девочки, по ходу, он ее бросил! – Марина разрыдалась. Неужели все впустую? Столько стараний, сил и унижений? Столько таких вещей, о которых не то что говорить – думать не хотелось? Вся в истерике и соплях она пробыла до вечера. Потом долгая дорога до дома сестры, автобус еле тащился, ее укачивало… В общем, все смешалось в один неприятный цвет, коричневый.
– Господи, что с тобой? На тебе лица нет! – ужаснулась Лена, увидев на пороге своей квартиры младшую сестру. Лицо Марины напоминало разбухшую булку, глаза провалились в глубину, нос вообще перестал что-то напоминать, а больше походил на клоунский поролоновый, причем и цвет у него был соответствующий. Лена схватила Марину в охапку и потащила ее на кухню. Там она помогла бедолаге стянуть с ног сапожки, расстегнула пальтишко и налила стакан воды.
– Ну-ка, быстро приходи в себя! Что случилось? Кто-то умер? Ты до чертиков меня перепугала!
– Меня Сашка, кажется, бросил, – прогундело лицо сквозь водопад слез.
– Господи, и что теперь так убиваться?
– Я беременна, – простонала Марина.
– Стоп. Как это? – Лена уставилась на сестру.
– Ты не в курсе, как беременеют? – зло парировала Марина, – второй месяц уже пошел.
– Получается, ты ему сказала, и он тебя послал?
– Да нет же. Он ничего не знает. Просто сегодня приехал, подарил мне цветы и вот эти часики, – она протянула руку, на которой красовался симпатичный презент, – ну, девчонки на работе и давай шептаться: мол, прощальный подарок. А я так обалдела, что даже сказать ничего не могла.
– Вон оно что! – Лена немного расслабилась. – Тогда дело остается за малым – нужно сообщить Сашке, что он скоро станет отцом. Но сначала нужно позвонить маме, пусть приедет. Она все разрулит.
– Я не хочу, чтобы его силой заставляли на мне жениться, – всхлипывала Марина, – получится, что я навязываюсь, принуждаю.
– Тебе больше нравится роль матери-одиночки? Нет? Тогда – вперед, чего я тут распинаюсь, не понятно, – Лена сделала вид, что собирается уйти.
– Нет-нет, – испугалась Марина, – я хочу за него замуж, очень хочу, и ребенка этого хочу, но боюсь…
– Ничего не бойся, солнышко, – старшая сестра нежно обняла младшую и погладила по непослушно торчащим в разные стороны волосам, – все будет хорошо. Твоя жизнь только начинается. У тебя все будет замечательно.
– Ага, в шоколаде, – сквозь слезы улыбнулась Марина.
Саша не видел Марину уже несколько дней и переживал. На работу она не вышла – говорят, заболела, к нему не приезжала, а съездить за город, где она жила, он не мог – был очень загружен на работе. Ноябрь. Поздняя осень, почти зима. Отопительный сезон – всегда горячее время для его службы. Мобильные же тогда видели только в кино, а стационарный телефон имел далеко не каждый. В выходные Саша не выдержал, позвонил родственникам Марины и поехал к Смирнихиным.
Дверь ему открыла Лена, как всегда спокойная и деловитая. В квартире стояла тишина, прерываемая редкими всхлипываниями.
– Что у вас тут случилось? Умер кто? – Саша напрягся.
– Ты проходи-проходи, – подталкивала его в спину Лена. Он прошел в гостиную. На диване сидели, обе зареванные, Марина и
