Людмила, мать девушек.
– Здрасьте, – Саша стоял посередине комнаты, не смея пройти дальше.
– Сашенька, у нас беда, такая беда, – заголосила Людмила.
– Да что случилось-то? – Саша все еще ошарашенно глазел на присутствующих.
– Маришенька наша беременная. Ребеночек у вас будет, – Людмила перестала рыдать и заговорила мягким вкрадчивым голосом. – Девочка извелась уже вся. И тебе сказать не решается – боится, что ты сочтешь ее навязчивой, и что дальше делать, как поступить – не знает. Ты-то что скажешь, Сашенька? – она подобострастно смотрела ему в глаза. Марина – притихшая, с опущенной головой, сидела возле матери и практически не дышала.
Саша глубоко вздохнул, сел на стул и спокойно произнес:
– Не знаю, зачем было делать из этого события драму. Я не отказываюсь ни от Марины, ни от нашего ребенка. Более того, я прямо сейчас забираю ее к себе. Марина, – он взглянул на девушку, – собирай свои вещи.
– Как это «собирай»? – вступила в разговор Лена. – Нет, дорогой зять, давай-ка сделаем все, как положено. Подавайте заявление и присылай сватов. Для нашей Маришеньки мы хотим настоящую свадьбу, с фатой и ЗАГСом. Перебраться к тебе она всегда успеет, а пока, как положено, поживет отдельно, – лицо Марины вспыхнуло, но она так и не подняла глаз.
– Что ж, так и решим. Завтра же ждите нас с родственниками, – Саша решительно встал. – Марина, ты проводишь меня до остановки? – она отрицательно помотала головой, так и не взглянув на него.
– Сашенька, не обижайся, она эти дни сама не своя, – снова заговорила Людмила, – нервничала, волновалась, плакала много, а ей ведь сейчас нельзя. Пускай отдыхает, а завтра уж и увидитесь.
– Ладно. До завтра, – Саша решительно вышел из квартиры и не видел, как три женщины с глубоким вздохом облегчения крепко обнялись.
– Поздравляю, девочка моя, и желаю тебе счастья, – поцеловав дочь, прослезилась Людмила.
На следующий день сваты явились в полном составе: Саша и его отец Леонид Федорович, Сергей Гольданский, как брат, друг и свидетель жениха, Надежда и Владимир Тимошенко. Все были торжественно-серьезны и радостны одновременно. Шутки-прибаутки перемешались с серьезными обсуждениями сложившейся ситуации – планировали, где возможно провести свадьбу и на какие средства. Саша попытался спорить – мол, торжество не обязательно делать пышным, можно и дома посидеть, а им, как молодой семье, лишние деньги и так лишними не будут, но его быстро угомонили.
– Дорогие мои, свадьбу мы полностью берем на себя, – постановила Надежда Федоровна. – У меня есть возможность снять на двое суток загородный пансионат – там и вечер проведем, и заночуем, и на второй день опохмелимся. Вы сейчас определитесь с датой.
– Во вторник идем в ЗАГС, подадим заявление, а там и видно будет, – Саша обнимал счастливую Марину за плечи. Она льнула к нему и преданно заглядывала в глаза.
Засиделись в тот вечер допоздна. Саша и Марина не могли наговориться, просто оторваться друг от друга. Им предстоит провести в разлуке целые сутки – это настоящая вечность…
Торжество было назначено на 27 января. Будущая жена выкинула с глаз долой пейджер, но номера «друзей» на всякий случай переписала в заветную книжечку – мало ли что…
Глава восемнадцатая, снова Междугорск
За несколько дней до торжественного события Марина все же решилась на один визит, с которым связывала многое в своей жизни. Никому не сказав ни слова, она поехала в соседний городишко, Березняки, где, поговаривали, практиковала одна бабка-гадалка. Мол, за редким исключением предсказания ее сбываются. Марине было крайне важно узнать – закончится ли на ней знаменитое родовое проклятье. Она тряслась в вонючем «Икарусе» и думала только об одном – о том, что нельзя открыть в автобусе окно и впустить струю свежего воздуха в салон. Ее укачивало и дико тошнило, спасало от неминуемого только кислое зеленое яблоко, которое она взяла с собой в дорогу и периодически откусывала от него кусочек, когда совсем уж становилось невмоготу.
Когда автобус остановился у автовокзала, бедняжка практически вывалилась из него и начала литрами заглатывать морозный свежий воздух. Немного полегчало, головокружение улеглось, и настроение сразу же переменилось – стало как-то спокойно и легко на душе. Марина порылась в сумочке, достала ментоловую сигаретку и обрывок бумаги с адресом гадалки. Мятный дым закружился вокруг нее сизым облаком, во рту приятно похолодало. Она за несколько затяжек выкурила сигарету, отшвырнула в сторону тлеющий окурок и пошла в здание автовокзала – в незнакомом городе проще всего разыскать нужный адрес с помощью милиции: они и номер автобуса подскажут, и направление, и остановку.
Марина не ошиблась. Молоденький милиционер из линейного отдела с готовностью начертил ей план маршрута и даже подсказал, какая по счету будет остановка. Он не поленился проводить девушку до автобусной остановки и посадил ее в автобус, пожелав счастливого пути. Марина не ожидала такого внимания, растерялась немного – ведь в то время в среде молодежи было модным частенько бросаться фразами типа «менты – козлы», обвинять сотрудников во взятках и более серьезных проступках и преступлениях, а тут вот такое дело – нормальный адекватный человек.
Девушка снова ехала в автобусе. Салон был промерзшим насквозь, изо рта валил пар, стекла покрылись заиндевелым узором до самого верха. Едешь, словно в коробке из-под обуви, ничего вокруг не видно. Она слышала, как кондуктор объявляет остановки, но все равно, на всякий случай, вела подсчет – вдруг прослушает, окажется где-нибудь в чистом поле – выбирайся потом.
– Садовая, – раздался голос кондуктора.
– Семь, – подсчитала про себя Марина. Сошлось. Она направилась к выходу.
Остановка с названием «Садовая» оказалась в районе огромного частного сектора, разбросанного вплоть до горизонта. Однако девушку такие масштабы нисколько не смутили: она все-таки сама несколько лет в деревне прожила и была уверена, что отыскать переулок Тупиковый и дом 34 особого труда не составит – не в Припять же она приехала, люди кое-где попадаются.
Она пошла по центральной улице, самой широкой и лучше прочищенной от снега. Вот и удача шла ей навстречу в виде двух довольно немолодых женщин.
– Здравствуйте, – остановилась возле них Марина. Старушки степенно кивнули. – Подскажите, как мне найти Тупиковый переулок?
– Да это тут рядом, – неожиданно звонким голосом затараторила одна из старушек, – вон видишь, дом с синей крышей, высоченный такой? – Марина кивнула. – За него заворачивай – вот тебе и Тупиковый переулок. Ты, поди, к Афанасьевне приехала?
– К ней, – не стала скрывать Марина. – А она в самом деле хорошо гадает?
– Гадает-то хорошо, да вот негоже это – по гадалкам-то ходить, не по-христиански. Церковь осуждает, – назидательно погрозила пальцем вторая бабулька, маленькая, круглая, завернутая в белоснежную пуховую шаль.
– Ничего, бог меня простит, – нервно хихикнула Марина, – спасибо, – и пошла по указанной дороге.
