промелькнуло что-то человеческое. Страх. Смятение.
– Наш разговор не выйдет за пределы этой комнаты, – сказал Илюшин.
Она покивала, провела рукой по взмокшему лбу.
– В прошлый раз вы спрашивали, над чем я тружусь. Я вынуждена была сказать неправду. У меня нет в работе книги. Ждут читатели, ждет издательство, а я… – Она пожала плечами с видом трогательной беспомощности. – Вот что побудило меня обратиться к Мирославе. Мы договорились, что она будет делиться со мной обезличенными историями, в которых ее клиенты не смогут узнать себя. Вы представляете, сколько драм и трагедий проходит через ворожею? Люди несут к ней сокровенное… Но есть те, кто уже покинул этот мир. Есть те, кто уехал навсегда. Секреты, словно раковины моллюсков, остались без своих обителей, их выбросило на берег. И здесь я могу их подобрать. То, что для кого-то – мусор его жизни, для меня – источник творчества! Вдохновения, если хотите, писательской энергии…
– Когда вы в последний раз виделись с Мирославой? – вклинился Макар в образовавшуюся паузу.
– На прошлой неделе, в среду, – убитым голосом проговорила Яровая. – Я платила ей как за обычные сеансы, она ведь могла взять на мое место любого, поймите, у Мирославы очередь на полгода вперед, мне просто невероятно повезло, что она согласилась на мою просьбу… Конечно, помогло и то, что она читала мои книги, она ценит меня как автора… Никто не должен знать, зачем мы с ней виделись! – Она подалась к Макару. – Иначе пойдут слухи, вы можете вообразить какие! Будут болтать, что она продает тайны своих клиентов, именно как вы предположили вначале… Люди всегда склонны представлять наихудшее! Самое порочащее, гнусное… Я не хочу, чтобы человека, который в трудную минуту протянул мне руку помощи, изваляли в смоле и перьях.
– Вы знаете, что Мирослава исчезла? – спросил Макар.
Это явилось неожиданностью и для нее, и для Юрия. У них одинаково расширились глаза. Яровая беспомощно оглянулась на мужа.
– Постойте, вы и ее исчезновение связываете с нами? – хмуро спросил Юрий. – Вам же объяснили…
– Нет, Юрочка, при чем здесь… Я не могу поверить… Как – исчезла? Когда?
– Мирослава упоминала о каких-нибудь угрозах во время ваших бесед? Хоть что-то из того, что она рассказывала, могло относиться к ней самой?
Яровая заговорила не сразу:
– Там не было ничего криминального. Любовь, разбитые сердца, карьерные взлеты, падения, семейные дрязги… Все, о чем я пишу обычно. Не больше и не меньше.
– Мне нужно взглянуть на ваши записи, – сказал Макар.
– Забудьте и думать, – отрезала Яровая. – Слишком дорого обошлись мне эти сюжеты, во всех смыслах, чтобы я предъявляла их первому встречному!
3
Выйдя от писательницы, Илюшин написал Бабкину: «Есть новости? Яровая утверждает, что ездила к гадалке за сюжетами. Муж на взводе, не совсем понятно почему».
Сергей перезвонил через десять минут.
– Мы закончили. Вкратце: сегодня в пять утра сделала ноги в неизвестном направлении. Кота при ней не наблюдалось. Но у нас есть свидетель, который может это подтвердить или опровергнуть.
– И кто же это?
– Эльза Страут твоя! Она встречала Стряпухину на «мини-купере». Помогла ей загрузить сумку в багажник и укатила.
– Что-то такое я и подозревал… – фальшиво протянул Макар.
– Подозревал он… Звони этой стерве. Сам к ней поедешь?
– Нет, давай вдвоем, – решил Илюшин. – Если вообще удастся с ней связаться.
Эльза ответила сразу и легко согласилась на встречу. «Увидимся в кафе возле “Тук-тука”, помните, где обычно отдыхает после семинаров Любовь Андреевна?»
Сергей с Макаром приехали раньше назначенного времени. В кафе было пусто, только в углу болтали три студентки, не выпуская из рук телефонов. Они переписывались, делали селфи, смотрели ролики и обменивались короткими фразами – все это напоминало быстрый птичий пересвист. Время от времени все трое заливались смехом.
Макар открыл «Заметки» на смартфоне и начал что-то писать. Сергей впервые обратил внимание – и это наблюдение его поразило, – что Макар печатает точно так же, как эти девочки: большими пальцами обеих рук, чрезвычайно быстро и почти без опечаток. Сам Бабкин всегда держал телефон в левой руке, а текст набирал правой, то и дело чертыхаясь и возвращаясь, чтобы исправить ошибки. Глядя на Илюшина, он попробовал повторить этот способ, открыл Ватсап – и едва не уронил сотовый. Черт знает что, сердито подумал он, надо потренироваться, вряд ли это так уж сложно…
На противоположной стороне улицы появилась Эльза. На нее оборачивались. Казалось, тряпочки, прикрывающие ее тело, вот-вот лопнут и разлетятся под напором плоти. На ней были белые шорты, белый топ, не закрывающий смуглый живот, и уродливые босоножки на огромной платформе с золотистыми ремешками, оплетавшими маленькие ступни загорелых ног. Когда Эльза вошла в кафе, в руках у нее сверкнула крошечная золотистая сумочка.
– Мне латте на миндальном молоке, – попросила она, села и ослепительно улыбнулась сыщикам. – Ну что, малыши, соскучились?
Только теперь, когда она просияла в улыбке, стало заметно, что все-таки она напряжена и тревожится, хотя изо всех сил пытается это скрыть. Бабкин про себя выдохнул: все-таки она была нормальная человеческая девушка с нормальными человеческими реакциями. Он уже начал опасаться, что вообще ничего не понимает в этом младом незнакомом племени, и даже здороваться с ним бесполезно – как бесполезно здороваться, например, с дельфином, если не отрастил себе гидролокатор и не способен общаться с помощью щелчков, скрипов и посвистывания. Его неуверенность подпитывалась вчерашним отказом Лейлы взять у него деньги. Когда он протянул девушке конверт, та заглянула в него с непроницаемым лицом, а затем вернула Сергею, ни слова не говоря. Он озадачился. Много, мало?
– Нужно доложить или убрать лишнее? – Вопрос был задан в шутливой форме, но шуткой не являлся.
Лейла пожала плечами:
– Зачем это? Оставьте.
– Вы очень помогли мне и моему клиенту, – сказал Сергей. В его интересах было закрепить у девушки положительный рефлекс на его появление. – Это же не взятка, а благодарность.
Лейла не стала спорить, задавать уточняющих вопросов. Она просто замолчала. Бабкин подвез ее до пункта полиции, и по дороге они не сказали друг другу ни слова. Он обдумывал, не оскорбил ли ее своим предложением. Но перед тем, как выйти из машины, она повернулась к Сергею и довольно дружелюбно проговорила:
– Ну, желаю удачи. Если что, обращайтесь.
Помахала ему – движение было совсем детским, когда пальчики сгибают к ладони, – и ушла. Сергей проводил взглядом ее коренастую полную фигуру и в очередной раз подумал, что ни черта не понимает в молодых девицах.
– Здравствуйте, Эльза, – сказал Макар и прищурился, будто желая получше ее разглядеть. – Вчера утром вы забрали
