Наставник расположился на широких качелях на веранде с Габи на коленях. Когда Нолан предложил покрывало, он кивнул. Вечер был слишком теплым для одеяла, но саба нуждалась в чувстве комфорта, поэтому было просто необходимо прикрыть ее наготу. Нолан обернул ткань вокруг тела девушки, и она вздрогнула.
- Полегче, сладкая, - промолвил Маркус. – Все хорошо. Я держу тебя, дорогая.
Когда эндорфины схлынут, ее эйфория улетучится и боль от порки даст о себе знать. Он порол ее не жестко, но ей было необходимо некоторое время, чтобы достаточно глубоко погрузиться в сабспэйс.
Она снова заерзала, вероятно, чувствуя, как жжет кожу. Подняв на него взгляд, саба попыталась выдавить улыбку.
- Привет.
Вопреки гневу, сердце Маркуса дрогнуло. Прижимаясь к нему, словно накормленный молоком щенок, она выглядела такой нежной и честной.
Без скрытых недомолвок. Он не осознавал их наличие, пока те не исчезли. Секреты. Черт возьми. Маркус сделал медленный вздох.
- Привет, - тихо ответил он.
Его гнев и желание требовать объяснений могут подождать, пока они не вернутся на твердую почву. Сейчас девушка была слишком уязвима.
- Отдыхай, сладкая. Я с тобой, - повторил он.
Его дразнил ее уникальный аромат розы, сандалового дерева и мускусного запаха женщины. Пальцы сабы слегка поглаживали грудь Дома, на которой она уютно устроилась. Ее доверие проникало через его нахлынувшую ярость, потому что он, в свою очередь, доверял ей, а она солгала. Укачивая Габи, Маркус анализировал, как и почему Z настоял, чтобы он взял стажера без обсуждения, тем более владелец клуба добивался продолжения ее обучения в течение месяца. Холодная рука страха сжала его внутренности, он поднял голову.
Другие подтянули стулья поближе к нему. Каллен, в любой ситуации остающийся барменом, вручил Маркусу открытую банку содовой. Тот сделал большой глоток, но холодная газировка не избавила его от горечи предательства.
- Z знал. Этот, прошу меня простить, ублюдок знал.
Черные глаза Нолана изучали маленькую сабу, пока он пил пиво.
- Вполне возможно.
От такого спокойного утверждения Мастер вновь ощутил пролив гнева.
Привлеченный звуком из дома, Маркус поднял глаза на третий этаж. Z вышел на лестничную площадку и спустился по ступенькам на веранду.
- Джентльмены, - сказал Z, приблизившись к группе, - приношу извинения за то, что появился так поздно.
Когда каждый Мастер в патио обратил на него внимание, Z отступил на шаг назад, одной рукой массируя лоб, как будто кто-то ударил его кулаком - Маркус действительно хотел сделать нечто вроде этого.
- В чем дело?
- Мы обнаружили несколько интересных фактов о новом стажере, - произнес Каллен ровным голосом.
Он кивнул в сторону Габи. Лицо Z застыло.
- Что случилось?
- С ней все в порядке. Просто в сабспэйсе, - быстро проговорил Каллен.
- Я вижу.
Сжав губы, Z спросил Маркуса:
- Вы допрашивали ее?
Появилось чувство вины, но Маркус отмел его в сторону, вспоминая ночи, когда он лежал без сна, пытаясь понять, зачем Z настаивал взять стажера со стороны. Его голос прозвучал сурово.
- Она не непослушный сабмиссив, она агент ФБР. О чем ты еще солгал, Z?
Именно тогда Габи заерзала у него на коленях. Используя руку Дома в качестве поддержки, она сама поднялась в сидячее положение и потерла лицо. Девушка улыбнулась Маркусу.
- Никогда раньше я не испытывала ничего подобного.
- Вероятно, нет.
Он пытался, но не смог достаточно быстро заглушить гнев.
Улыбка девушки дрогнула и померкла. Она посмотрела на других. На Z. Снова на Маркуса. Лицо Габи побледнело до цвета белой рубашки Маркуса, и она заломила руки.
- В моей голове полная неразбериха, но я помню... Я выдала...
- Да, - перебил он, - ты рассказала.
Бешенство от ее обмана сделало его слова резкими. Холодными.
Она нахмурилась.
- Вы допрашивали меня как преступника. Вы хотели, чтобы я доверяла вам.
Резко поднявшись на ноги, Габи отшатнулась назад. Маркус поспешно вскочил, чтобы обнять ее.
- Не трогай меня, ты, ублюдок, - она оттолкнула его руку. - Отойди от меня. Я ухожу отсюда. Никогда...
- Ты не сядешь за руль в таком состоянии, Габриэлла, - выдал Маркус, видя, как Z сделал шаг в их направлении.
Маркус свирепо посмотрел на хозяина клуба.
- Держись подальше от нас.
Не отвечая на выпад Маркуса, Z переместился ближе и обхватил щеку Габи.
- С тобой все хорошо, малышка?
Гнев Маркуса взметнулся еще выше, он боролся с потребностью утащить эту сабу от Z.
Саба сделала такое усилие, чтобы улыбнуться Z, что у Маркуса защемило в груди.
- Я в порядке.
Они оба почувствовали ее дрожь. Черт возьми, он должен остаться с ней, она не может быть предоставлена сама себе. Маркус ужесточил свой контроль. - Я доставлю ее домой, Z , и потом мы поговорим.
- Нет, - отрезала Габи и рванула от него подальше.
- Габриэлла, - предостерег Маркус.
- У тебя со мной нет ничего общего. - На ее лице отразилась боль предательства - отражение его собственной, и он почувствовал себя, как если бы ударил беззащитного ребенка. - Я не хочу, чтобы ты приближался ко мне. Ублюдок, – голос сабы сорвался, и она отвернулась.
Маркус прикидывал варианты. Он мог взять верх и отвезти ее домой, но прямо сейчас его присутствие больше навредило бы. Тем более, что он все еще не понимал, что происходит.
- Рауль?
- Да, - вступил Рауль, полный спокойствия и понимания ситуации, - я отвезу ее автомобиль - и ее саму - на место, - и подхватил Габи на руки, не обращая внимания на протесты. - Это не обсуждается, chiquita (прим. малышка). У тебя нет выбора.
Когда она обмякла в его руках, слишком утомленная, чтобы устроить драку, Рауль проговорил: - Нолан, ты не мог бы поехать за нами следом, чтобы потом подбросить меня обратно? Это может занять некоторое время, поскольку я хочу убедиться, что она в порядке.
- Могу. Без проблем, - Нолан ледяным взглядом выстрелил в Z. - Но мы с тобой поговорим.
- Понимаю.
Пока два Дома эскортировали Габи через боковые ворота, Z вытащил сотовый и сообщил кому-то, что Габи везут домой. Закрыв телефон на звуке мужского ругательства, мужчина потер лоб.
- Что за ночь.
- Охренеть можно, - Каллен передал Z выпить, поймав удивленный взгляд. - Да, я разозлился, но ты редко делаешь что-либо без причины, так что я подожду объяснений.
Маркус не был настроен на проявление милосердия. Его приговор в отношении Z - виновен и точка.
Взяв стул, Каллен вытянул длинные ноги, сознательно понижая градус беседы. Z и Маркус остались стоять.
Маркус расставил ноги шире. Другие Мастера знали Z в течение многих лет. Он же - нет, и ублюдок сам пресек любую возможность для этого. Маркус планировал высказаться, разорвать свою членскую карточку и никогда не возвращаться назад. Сейчас единственным нерешенным пунктом вопроса для него осталось, врезать ли Z кулаком, чтобы расставить знаки препинания в его предстоящем заявлении.
