— Капитан, не позволяйте ей! — надрывно выкрикнула Кривошей. — Вы можете вообще не вернуться. Зачем кому‑то пропадать вместе со мной?!
— В случае провала миссии мы обязуемся предоставить вам корабль и отправить его по указанным вами координатам, — сказал Наблюдатель. — Мы не заинтересованы в вашей смерти. Мы заинтересованы в способах борьбы с Ашара–Дан. И мы благодарны за помощь.
— Вот видите, переживать не о чем, — усмехнулась медик. — Только… — она помедлила. — Вы вернитесь. Хорошо? — ее голос все же дрогнул.
— Я останусь с девушками, — неожиданно серьезно сказал Ян Богданович. — От меня во время военной операции толку еще меньше. А здесь мои знания могут оказаться полезными.
Сконев даже не нашелся, что ответить, лишь развел руками.
— Вы сможете обеспечить им условия для временного проживания? — спросил, обернувшись к Наблюдателю.
— Это не проблема.
Дэйд Касад негромко откашлялся, медленно прошествовал к Наблюдателю, остановился в сантиметрах от него и пристально уставился в черные провалы ничего не выражающих глаз. Инопланетник немного отпрянул.
— Не знаю, что там насчет объединенных флотов разумных рас, но если с этими девчонками что‑то случится, я собственными руками оторву всем виновным головы. Мы поняли друг друга? — он говорил тихо и спокойно, будто речь шла о заказе банальных инструментов. — Не ожидал от тебя такого, — повернулся к медику. — Глупо, очень глупо. Место не для пары девиц со стариком во главе.
— Не страшнее, чем было на Аскалафе, — развела руками Эль'я.
— Агрессия. Плохо контролируемые вспышки гнева. Вы так молоды и так несдержанны. Но вы научитесь, если Ашара–Дан останутся в своей капсуле. Да, мы поняли друг друга.
— Тогда я готов! Кстати, капитан, раз уж такое дело… Боюсь, дезертир будет нам обузой. Следить за ним во время операции некому.
— Я не останусь здесь! — закричал Джи'м. — Нет! Вы не можете этого сделать!
— Фэррол, что вы об этом думаете? — спросил Сконев.
— В этом есть своя логика, — согласилась девушка. — Если наши хозяева не против, пусть остается.
— Вы не имеете права решать за меня!
Казалось, Скиф готов бежать, но страх перед незнакомым местом и вероятностью остаться в нем не давал пошевелиться.
— Мы понимаем, что требуем от вас многого, взамен давая очень мало, — сказал Наблюдатель, и голос его звучал глухо. — Мы не можем снабдить вас оружием, не можем даже дать ответы на все ваши вопросы. Пока не можем. В наших силах лишь помочь в поиске. «Сасхи гран–ши» остаются для нас невидимыми на большом расстоянии, но в непосредственной близости мы способны их идентифицировать. Возьмите это…
Дааг протянул длинную тонкую руку, и на четырехпалой ладони оказалось несколько небольших предметов, округлых, словно старинные металлические монеты.
— Что это? — спросил Сконев, беря одну «монету».
— Это биологический самовстраиваемый имплантат, — пояснил Наблюдатель. — Каждый из вас, кто отправится за «ТаШаРу» должен носить такой имплантат. Он не покажет конкретную особь «сасхи гран–ши», но предупредит о приближении к ней. К сожалению, это все, что мы сейчас способны вам дать.
— Как им пользоваться?
— Приложите к оголенному участку тела на срок порядка одной минут по времяисчислению Триумвирата человечества. Все остальное он сделает сам. При приближении к «сасхи гран–ши» вы это почувствуете. Ваша задача – вычислить предвестников. Сами вы их уничтожить не сможете. Необходима помощь местной службы безопасности. Это все.
— Что ж, и на том спасибо…
* * *Константин понимал сомнения, терзающие стоящих рядом с ним людей. В одночасье рухнули представления об относительном балансе сил в галактике – это здорово било по нервной системе. Если утром каждый из них считал себя под защитой могучего Триумвирата, то теперь эта уверенность значительно истаяла. Разумеется, истинной мощи Церберов не знал никто. Но если даже половина из рассказанного Наблюдателем – правда, дальнейшее существование галактики в ее текущем состоянии ставилось под большое сомнение.
Тем не менее, отказов не было. Экипаж «Серого Кардинала» в полном составе, за исключением оставшихся в Храме Ожидания, вызвался участвовать в «паломничестве» к самой почитаемой планете ШрейЗиРэн – Абенлу.
Впрочем, не сказать чтобы именно вызвался. Скорее, люди большей частью соглашались молча. Сконев чувствовал, насколько тяжко дается решение каждому из команды. Чувствовал смятение. Соглашаясь на участие в полете, люди автоматически ставили себя вне закона Триумвирата, становились преступниками. И все ради чего? Ради призрачной опасности, которой нет однозначного доказательства.
Правильно сказал Касад: «глупо, очень глупо». Но Константин верил в правильность того, на что шел – и потому был очень благодарен своим людям.
Несколько прощальных слов, немного дополнительных разъяснений Дааг. А дальше – работа. Пусть не во всем привычная, но требующая полного сосредоточения. Времени для сомнений больше нет.
Глава 34
Система Море штормов. Фактической принадлежности не имеет. Борт тяжёлого крейсера «Восход Империи» в нейтральной зоне космоса.Клим Барский чувствовал себя так, словно его били всю ночь. И это ему еще повезло. Капсула, в которой он и женщина–аннук покинули Илсого, всего через два с небольшим часа была подобрана принадлежащим Триумвирату крейсером. Что и говорить – необыкновенная удача. Их вполне могли не заметить вовсе.
Барский испытывал смешанные чувства. С одной стороны, он остался жив, что не могло не радовать. Но с другой стороны – произошедшее на базе его здорово злило. Мало того, что Триумвират держал своего представителя на голодном информативном пайке, так еще Илсого оказалась не готова противостоять одному–единственному кораблю инопланетников. Не самому большому кораблю!
Он был готов немедленно предстать перед капитаном крейсера, но первоначального медицинского обследования избежать не удалось. Теперь, сидя за полукруглым столом зала совещаний, Клим ожидал ответных слов. Вопреки ожиданиям, опрашивающая его делегация состояла в основном из представителей тактических отделений. Кроме того, присутствовало несколько ученых, но Клим не понял, к какой области они принадлежат. Его самого выслушали с большим интересом, задавали вопросы, делали какие‑то пометки. Особенно членов экспертной комиссии интересовала информация, касающаяся Кен–Кун и его неожиданной смены модели поведения.
— Как вы считаете сами, Клим, что подтолкнуло Кен–Кун к столь агрессивным действиям? Может быть, вы чем‑то их оскорбили? Вспомните. Это очень важно, — уточнил плотный невысокий мужчина с бородой–клинышком.
— Оскорбил?! — Барский даже привстал на стуле. — Немного резка была представительница Содружества аннук. Но ее можно понять. И все равно она не выходила за рамки приличия. Больше того, изменения с послом Колонии начали после того гулкого звука, о котором я говорил…
— Полагаете, они связаны? — поинтересовалась полная женщина со старомодными круглыми очками на носу.
— Извините, но я рассказал вам все, что знаю, делать выводы – ваша работа.
— Не стоит указывать нам, что делать, — жестко парировала пожилая дама с вытянутым узким лицом и нашивками второго помощника капитана на рукавах темно–синей формы.
— Прошу прощения, — процедил Клим.
— Ну, зачем же вы так? — улыбнулась женщина в старомодных очках. — Молодой человек пережил неприятные минуты и сейчас находится в состоянии легкого стресса. Это нормально. Полагаю, он заслужил десятидневный отпуск.
— Возможно, — лицо второго помощника капитана не дрогнуло. — Это решать не мне и не вам.
— К сожалению, вы правы… Но не стоит забывать: каждый из нас прилагает к своим выводам сопроводительное письмо с рекомендациями. Лично я в своем в качестве рекомендации укажу именно поощрение для нашего настрадавшегося гостя.
— Как знаете. Если ни у кого больше нет вопросов, предлагаю считать опрос закрытым, — пожилая дама поднялась. Несмотря на возраст лет в восемьдесят, она до сих пор сохранила отменную выправку и пронзительный острый взгляд. — Клим Барский, Триумвират благодарит вас за службу. Можете вернуться в отведенную вам каюту. Через сорок минут вас будут ждать в медицинском блоке. Прошу не опаздывать.
Клим тоже встал, чуть заметно кивнул. Ему требовались огромные усилия, чтобы внешне оставаться спокойным. Он не ожидал похлопываний по плечу и восторженных речей, но чтобы вот так искупаться в дерьме всего от нескольких слов и холодного взгляда… Что ж, Триумвират действительно ценит своих людей, ничего не скажешь.
Барский развернулся и уже сделал несколько шагов в направлении двери, когда его окликнули:
