к центру, я буду оставлять за собой нить. Вы особо не спешите. Не отпускайте нить. Когда я убью Минотавра, я вернусь за вами, и мы отправимся домой живыми. Готовы? Расходимся!
Гигантские каменные ворота лабиринта открылись. Стражники обыскали афинян на наличие оружия, но никто не заметил нити Тесея, потому что он обмотал ее вокруг талии на манер пояса.
Тесей воскликнул:
– Да, лабиринт! Ие-ху!
И побежал внутрь. Остальные афиняне последовали за ним, хоть и не с таким энтузиазмом. Ворота наглухо закрылись, и толпа снаружи замерла в ожидании, когда воздух пронзят первые крики.
Тесей размотал нить, привязал один ее конец к держателю для факела, что так кстати находился сбоку от выхода, и напомнил товарищам не разбредаться слишком далеко.
– Тяните время, – сказал он. – Поболтайте о чем-нибудь. Я скоро вернусь.
И он направился в глубь лабиринта.
Это место задумывалось так, чтобы сбивать с толку. Тесей заблудился бы уже через четыре или пять шагов, если бы не надежная нить и подсказка Ариадны: когда сомневаешься – иди всегда вперед и вправо.
Он преодолел ловушку с арбалетами, стреляющими после задевания натянутой над полом нити; ямы с вымазанными в яде шипами; коридоры, где из стен выпрыгивали лезвия, и проход из зеркал, в которых он выглядел то ужасно толстым, то страшно худым. Наконец он вышел в просторный круглый зал, похожий на арену для родео.
Минотавр ждал его.
Благодаря диете из красного мяса, стероидов, конфет и соуса табаско он вырос в восемь футов в высоту. На его фоне широченная, как у быка, грудная клетка, толстая шея, звериная голова, налитые кровью глаза и блестящие загнутые рога – Марафонский бык казался новорожденным теленком. Но и остальное тело ниже плеч устрашало. Руки и ноги бугрились мускулами. Из одежды на нем была лишь набедренная повязка. И он не принимал ванну и не делал маникюр лет двадцать.
Пол вокруг него был усыпан обрывками цепей и костей от всех тех несчастных, что он съел за эти годы. Больше здесь ничего не было, кроме подстилки из сена для сна, корыта с грязной водой для питья, дырки в полу под туалет и пары старых номеров «National Geographic» для чтения. Неудивительно, что Минотавр был зол.
Тесей пошел к человеку-быку. Он не знал, чего в нем было больше: ужаса, возбуждения или жалости к чудовищу.
– Чувак, ну и отстойная у тебя жизнь. Ты уверен, что хочешь биться? Я могу вытащить тебя отсюда, и…
– РРРА-А-АР! – Минотавр бросился на него. С самого рождения его учили убивать и ненавидеть. Его мучили, над ним потешались. Он не был настроен доверять людям.
Тесей увернулся, но Минотавр был быстрым. Его левый рог процарапал до крови грудь юноши.
Тесей знал немало приемов рукопашного боя, но скоро понял, что Минотавр оказался сильнее и умнее всех его прошлых оппонентов. Он отступил, а чудовище развернулось и вновь помчалось на него.
Тесей ушел влево. Минотавр это предугадал и перекрыл ему путь.
Застонав от досады, Тесей в отчаянии взрыхлил сено и нащупал длинную цепь. Когда Минотавр, наклонив голову, бросился на него, он размахнулся и ловко закрутил конец цепи вокруг одного из рогов чудовища.
Минотавр инстинктивно дернул головой назад. Тесей в свою очередь напряг все силы, натянув цепь, и рог сломался.
– АРРРО-О-О-О-О! – Минотавр попятился, но скорее от неожиданности, чем из-за боли.
Чудовище восстановило равновесие, сжало огромные кулаки и впилось разъяренным взглядом в Тесея.
Впервые в жизни Тесей засомневался. Он сжимал в руке сломанный рог, но выпадет ли ему шанс им воспользоваться? Чудовище было слишком быстрым и сильным. Оно разорвет его на куски, прежде чем он успеет к нему подобраться.
– Слушай, мужик, давай поговорим, – он медленно встал на ноги. – Это все совсем необязательно. Ты ведь не полностью чудовище. Ты частично человек.
– РАРРРГ! – Для Минотавра не было большего оскорбления, чем быть названным человеком. Он побежал на Тесея с твердым намерением растоптать того в геройское пюре.
– Астерион! – крикнул Тесей.
Минотавр замер, точно его ударили. Это имя… Он знал это имя. Его ранние воспоминания… добрые голоса. Женщина, может, его мать? Уютная детская с настоящей детской едой, теплыми одеялами и огнем в камине. Минотавр вспомнил жизнь вне лабиринта. Его охватило почти забытое, но такое теплое ощущение человеческого бытия.
И в этот момент Тесей всадил ему в живот его же сломанный рог.
Человек-бык забился и закричал. Его вопли эхом разнеслись по всем улицам Кносса. Он попытался схватить Тесея, но герой бросился прочь.
Минотавр погнался за ним, но его ноги будто налились свинцом. Боль нарастала. Перед глазами все плыло. Чудовище упало на колени, а затем повалилось. Последним, что он увидел, был стоящий над ним Тесей. Выражение на лице героя было скорее печальным, чем триумфальным.
– Спи спокойно, Астерион, – сказал Тесей. – Засыпай.
Чудовище закрыло глаза. Умирая, он соскользнул в сон, где были теплые одеяла и звучали добрые голоса.
Тесей выдернул сломанный рог из живота Минотавра. Его одежда была вся в крови. Ему хотелось разнести лабиринт на кирпичики, хотелось проткнуть рогом Астериона царя Миноса. Но ему нужно было думать о своих тринадцати товарищах, он обещал, что вернет их домой.
Он нашел конец нитки и с ее помощью вернулся тем путем, каким шел, собирая по дороге афинян, пока все четырнадцать не встали перед выходом из лабиринта.
При обычных обстоятельствах на этом бы все и закончилось. Стражники не собирались открывать ворота и выпускать их на свободу. Но сейчас по другую сторону ворот ждала принцесса Ариадна. Она услышала голос Тесея:
– Э-э-э-э-эй! Минотавр отбросил копыта. Мы можем теперь выйти?
– Открыть ворота! – сказала Ариадна. – Это приказ вашей царевны!
Стражники послушались.
Вышел Тесей, а за ним остальные афиняне. Он поднял над головой окровавленный рог, чтобы все собравшиеся могли его видеть.
– Минотавра больше нет! Больше никакой дани!
Толпа замолчала. Они могли обозлиться на него. Неприятно, когда команда гостей побеждает на домашнем поле. Но дело было в том, что отважные герои и мертвый Минотавр нравились критийцам намного больше, чем царь Минос.
Собравшиеся разразились восторженными воплями. Они разорвали транспаранты с изображениями быков и, скандируя «ТЕ-СЕ-Й!», подняли героя и царевну Ариадну на плечи и торжественно пронесли их по городу к причалу, где их ждал афинский корабль. Городская стража присоединилась к празднествам. Младшая сестра Ариадны, Федра, тоже находящаяся среди толпы, закричала сестре:
