— В одиночку тебе не победить!
Волшебники всё ещё забрасывали его укрытие простенькими заклинаниями, не тратя силы на что-то более разрушительное; они чувствовали себя победителями и предвкушали заслуженную награду из рук самого Тёмного Лорда.
Послышался негромкий хлопок — на поляне появился Сириус. Бродяга был одет в тёмные мужские бриджи, а поверх, прямо на голый торс, было наброшено длинное пальто. По всей видимости, сообщение от крестника застало мужчину врасплох, когда тот собирался ложиться спать.
Проговорившего прошлую фразу мага снесло с места каким-то точечным заклинанием. Второй же оказался весьма умелым волшебником, и он моментально вступил в магическую дуэль с прибывшим Сириусом.
Гарри выскочил из-за колонны и тоже вступил в битву.
Вдвоём с Сириусом они легко теснили тёмного мага, не давая ему времени на контратаку. Тот скрипел зубами, но держался, проявляя невероятно хорошую подготовку в сражении сразу с двумя сильными противниками.
— Morsmordre! — Забытый всеми третий волшебник вскинул руку — и в небо улетел светящий зелёный шарик, чтобы там взорваться, оставляя после себя огромный зелёный череп с вылезающей изо рта змеёй.
Сириус громко чертыхнулся, а тёмный маг присоединился к своему другу, который уже начал выдыхаться. На несколько секунд появился паритет: никто из волшебников не мог пробить защиту своих врагов, им критически не хватало времени на применение мощных заклинаний. Они бы просто не успели произнести слишком длинные заклятия, способные переломить ход битвы.
Но вот послышался хлопок, за ним ещё один и ещё. На поляну аппарировали тёмные волшебники. Двоих Гарри и Сириусу удалось выбить, как только те появились; враги не ожидали, что попадут в эпицентр магической битвы. Но те, что были посноровистее, отбивали пущенные в них заклятия и присоединялись к союзникам. Очень скоро крёстный и его крестник уже не могли нападать или контратаковать, лишь защищаться — и то с огромным трудом, тратя множество сил.
— Bombarda Maxima! — применил заклинание кто-то из тёмных волшебников, которое должно было положить конец этой битве.
— Protego! — в один голос гаркнули обороняющиеся. Их заклинания слились в одно единое мерцавшее белизной поле.
Bombarda не смогла пробить защитные чары, но всё равно взорвалась, оставляя после себя большой кратер и поднимая вверх целый столб пыли, на несколько секунд скрывая за собой мужчину и подростка.
Гарри почувствовал, что Сириус схватил его за воротник рубашки и потянул на себя. Одежда такого издевательства не выдержала и затрещала, а несколько верхних пуговиц разлетелись в разные стороны. Но всё-таки Крёстный сделал то, что хотел: убрал крестника с линии огня, утащив в сторону. Там, где они стояли секунду назад, земля начала взрываться от попадания десятков заклинаний.
Бродяга вскинул палочку вверх, направляя её на горгулий, взирающих вниз со стен; через момент они грузно пошевелились и спрыгнули вниз — на головы незадачливых магов, отвлекая на себя внимание. Спорить с полутораметровыми каменными истуканами в ближнем бою было сложно, так что они успели серьёзно навредить нескольким противникам, ломая их чуть ли не пополам, прежде чем были уничтожены сконцентрированным огнём остальных. Это дало небольшое преимущество, и Гарри с Сириусом успели спрятаться за толстыми колоннами.
— Мы так долго не продержимся!
Бродяга выглянул из-за укрытия и послал череду простых чар, призванных запутать врага.
— Ты же можешь аппарировать! — прокричал в ответ Гарри, пытаясь пересилить шум взрывов и свистящих заклятий.
— Сюда — да, отсюда — нет!
С яростью Сириус применил какое-то мощное проклятие, и оно чёрным туманом полетело вперёд, пожирая нерасторопных Пожирателей, но было быстро остановлено.
— И что нам делать?!
— Не знаю, — себе под нос пробурчал Сириус.
Через секунду над ним что-то взорвалось и его засыпало каменной крошкой.
Неожиданно послышался громкий волчий вой где-то совсем близко — и на ближайшего к выходу мага набросился оборотень в своём зверином облике. Если бы Сириус и Гарри могли выглянуть, они бы быстро поняли, что это была Инид.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
***
— Бегите!
Крик обернувшегося к ним Гарри, до этого взиравшего в небо в мрачной задумчивости, отрезвил двух девушек.
Бьянка и Уэнсдей, сильно уставшие после боя с воскрешённым пилигримом, переглянулись. Они никак не ожидали, что битва ещё не подошла к концу. Девушки, не сговариваясь, побежали на выход из Невермора, туда, где были все ученики под присмотром преподавателей. Необходимо было предупредить всех, а ещё, как раздумывала Бьянка, наверняка придётся продлить действие Песни сирены, а то может начаться паника.
— Вы куда?
Около входа стоял Аякс, вот только связанной псевдо-Мэрилин нигде видно не было.
— Где Лорал? — в ответ спросила Уэнсдей. Они с Гарри притормозили.
— Лорал? А, в смысле Торнхилл? Оставил её в кабинете географии, — указал он на дверь позади себя.
— Беги за нами, — кивнула ему Бьянка, и уже втроём они выбежали из школы, направляясь к главным воротам.
— Что происходит? — спросил Аякс у бегущих рядом подруг.
— Нападение на школу, — ответила Уэнсдей. — Надо найти всех.
Бегом от Невермора до ворот было около пяти минут, и на их исходе от школы послышались приглушённые взрывы.
Расслабленные ученики и преподаватели, ловившие кайф от мощнейшего гипноза Бьянки, не обращали ни на что особого внимания. Даже показавшаяся окровавленная Инид их почти не интересовала — они проводили её слегка удивлёнными глазами, но и только.
А вот сама Инид не попадала под воздействие Песни сирены. Она куталась в своё розовое пальто и едва сдерживала слёзы. Она страшно перепугалась, но не за себя, а за Уэнсдей, которая находилась непродолжительное время в руках хайда. Инид, едва завидев здоровую, хоть и слегка замаравшуюся кровью подругу, бросилась к ней на шею, обнимая что было сил. Уэнсдей через секунду объятий решительно ту отстранила.
— Не сейчас. У нас нет времени.
— Разве всё не закончилось? — шмыгнув носом, но так и не выпустив хрупкую брюнетку из кольца рук, спросила Инид.
— С Крэкстоуном покончено. На этот раз навсегда. Но там остался Гарри. — Уэнсдей с сомнением оглядела подругу: — Ты ранена?
— Всё нормально, я показала Галпину его место, — преувеличенно бодро отозвалась Инид и скромно улыбнулась.
Продолжить диалог не дал громкий хлопок где-то в воздухе, а над школой начал появляться огромный череп, светившийся зеленью.
— Господи… Обалдеть… — в один голос произнесли Инид и Аякс, вздёрнув головы вверх.
Толпа учеников и учителей даже под гипнозом всё равно начала что-то понимать. Они начали мотать головами и перешёптываться, будто не понимали, как здесь оказались.
Вперёд шагнула Бьянка. Грозно нахмурившись, Барклай произнесла:
— Спокойствие.
Красивый голос, направленный на толпу, прошёлся по ней невидимым ветром, успокаивая и подавляя сознание. Изгои перестали шептаться и снова спокойно стояли, лишь изредка поглядывая на череп в воздухе. Ленивые мысли текли в их голове, но никак не могли собраться во что-то цельное.
— Что будем делать? — к разговору подключился Ксавьер, всё это время стоявший неподалёку.
— Он один из нас, — пожала плечами Барклай.
— И мы его не бросим, — решительно кивнула Уэнсдей.
— Решено. — Бьянка на секунду задумалась, а потом оглядела оболваненных учеников: — Кент и Дивина, останьтесь, моя песнь не продлится долго, нужно обновлять.
— Мы можем помочь! — попытался взбрыкнуть сирена, но всё же поморщился и кивнул, признавая, что от них здесь будет куда больше пользы.
— Инид, ты ещё можешь обратиться? — Барклай перевела взгляд на блондинку, всю облепленную прелыми листьями и облитую, по всей видимости, кровью Тайлера.
— Пока рассвет не наступил — да, — утвердительно кивнула Синклер.
