и не потребовалось: Алик сделал это за сестру.
– Если он влюбился в тебя? – спросил он безо всякой насмешки. – Уж прости, систер, но если бы это было так, то сейчас он стоял бы здесь, – и Алик ткнул пальцем себе под ноги. – Принес бы тебе что-нибудь от бодуна. Как минимум – кофе. А если ты влюбилась в него… – он сделал паузу и прищурился. – Тогда точно лучше его отпустить. Решать, конечно, тебе, но я бы поступил именно так.
После ухода Алика Ярослава еще долго не могла сдвинуться с места и гипнотизировала взглядом закрытую дверь. Она сама не знала толком, чего ждет. Может, надеялась, что вот сейчас снова раздастся стук, но на пороге окажется уже не Алик, а Кирилл. А может, просто пыталась смириться с правотой младшего брата. Нелегко ведь бывает принять тот факт, что человек, который не так давно пускал слюни и ковырялся в носу, вдруг оказывается мудрее тебя.
Кирилл не пришел. Яся нарочно тянула время, укладывая в чемодан вещи. Пожалуй, никогда еще она не красилась так медленно. Вздрагивала от каждого шороха за окном, в шепоте деревьев ей мерещились звуки шагов по мелкому гравию. Впрочем, даже с похмелья невозможно рисовать стрелки бесконечно, и в какой-то момент Ярослава сдалась. Оглядела свой номер, на который у нее были большие планы, широкую кровать, куда еще вчера мечтала заманить Кирилла, чтобы навсегда выбить Женю из его головы, – и вышла.
Раньше Яся не стремилась платить за себя, считала женскую финансовую самостоятельность изобретением феминисток, обделенных мужским вниманием. Но слишком многое изменилось. И пусть Кирилл настаивал на том, что счет в отеле – это его забота, Ярослава понимала, что со своей задачей она не справилась. Ее ведь звали не затем, чтобы она опозорилась на всю гостиницу и провалила презентацию «Камня драконов»! А потому Ветрова направилась прямиком на ресепшен с твердым намерением расплатиться перед отъездом.
Однако администратор за стойкой был занят. И не просто занят: он оживленно беседовал не с кем иным, как с Женей Агафоновой. Яся резко остановилась. Первой ее мыслью было – бежать. Да, Алик попросил ее объясниться с бывшей подругой, но при виде Жени Ветрову охватил ступор. Вот что ей сказать? Извиниться – а потом получить еще вагон и маленькую тележку упреков? Доказывать с пеной у рта, что все это время Яся только и желала ей счастья? Во-первых, это было бы ложью – ведь с некоторых пор Кирилл заботил Ясю куда больше, чем Женя, – а во-вторых, это прозвучало бы жалко. Есть ведь люди, которые от неумения проигрывать врут, будто поддались специально.
Поэтому Ветрова осторожно попятилась к дверям, и все бы ничего, если бы не чемодан. Наткнувшись на собственный багаж, Яся опасно покачнулась, замахала руками, пытаясь нащупать хоть какую-то опору, ухватилась за пальму в кадке… И та с грохотом повалилась на полированный мрамор. Теперь уже Ярославу заметила не только Женя, но и все, кто находился в фойе.
– Ты не видела Алика? – Агафонова подошла к Ясе и помогла вернуть пальму в вертикальное положение.
– Он уехал. – Ветрова отряхнулась и настолько невозмутимо, насколько могла, двинулась к стойке.
Конечно, Ясю подмывало отпустить колкость вроде: «А что, тебя он не предупредил?» – но она прикусила язык. Все-таки сама-то Женя не стала злорадствовать и добивать поверженного врага.
– Постой! – Женя догнала Ясю и протянула ей солнечные очки. Видно, та выронила их во время несостоявшегося побега. – Нам надо поговорить. Насчет Кирилла…
Ярослава стиснула зубы. Что ж за день-то сегодня такой?! Всем приспичило чесать языком! И именно с ней, с Ясей! У нее что, на лбу нарисована мишень для нотаций?! И почему люди так любят читать нравоучения? Особенно когда в этом нет никакой необходимости?! Неужто и Алик, и Женя считают Ясю такой тупой и думают, будто она сама не в состоянии осознать правду?! Да поняла она, поняла, что с Кириллом ей ничего не светит! Или им просто доставляет удовольствие умничать? Нет, второго такого разбора полетов и тыканья носом в лужицу Ветрова терпеть не собиралась!
– Забирай! – рявкнула она Жене в лицо.
– Что? – опешила та.
– Кирилла забирай! Ты же этого хотела? – Яся демонстративно подняла руки. – Все! Я сдаюсь! Ты довольна?
– Сдаешься? – Женя насмешливо изогнула бровь. – Серьезно, именно сейчас? Ты вроде как уже проиграла…
– Ладно-ладно, – закивала Яся, не желая выводить спор на новый виток. – Ты победила. Ты крутая, я – нет. Ты ему нравишься, я – нет. Мы не встречались, ни одного свидания, ни-че-го. И даже тот несчастный веник лаванды он притащил для тебя. А мне отдал из жалости. – И на этом Ветрова уже хотела ретироваться, но Женя выхватила у нее чемодан.
– С чего бы ему тебя жалеть? – нахмурилась она.
– Потому что я – лузер, неужели не ясно? – нетерпеливо пояснила Ветрова. – Может, уже пойдешь и заберешь свой трофей?
– Как ты себе это представляешь? Он все-таки живой человек!..
– Не припомню, чтобы раньше тебя это беспокоило! – Яся воспользовалась Жениным замешательством и вырвала у нее ручку чемодана обратно.
– А может, я учусь на своих ошибках? – Агафонова упрямо вцепилась в пресловутую ручку, будто от этого чемодана сейчас зависела вся ее жизнь. – Тебе нужен Кирилл или нет?!
– Да что ж вы все пристали-то, а?! – Яся дернула чемодан на себя, но Женя держала его крепко. Тогда Ветрова рванула изо всех сил – и целый ворох женского белья, на радость присутствующим, разлетелся по фойе.
Яся чуть не взвыла от злости.
– Не нужен мне никакой Кирилл! – крикнула она. – Я просто хотела тебя растормошить!
– Зачем? – Женя посмотрела на Ясю своими большими влажными глазами, и Ветрова окончательно себя возненавидела.
– Потому что ты трусиха! Тебе так проще: «Ой, я некрасивая, меня никто не любит, ну и пожалуйста!» – Яся с трудом сдерживалась, чтобы не разреветься у всех на виду, и гнев ей в этом помогал. – Ты начинаешь шевелиться, только если тебе надо кого-то победить! Вот я и объявила тебе войну!
– Но это же… Глупо…
– Правда?! – Яся присела на корточки и принялась судорожно запихивать вещи обратно в чемодан. – А разве не помогло?! Давай, беги к своему Кириллу! Мне он теперь вообще без надобности!
– Мне тоже… – тихо выдохнула Женя.
– Что?!
Нет, это произнесла не Яся, хотя у нее возник тот же вопрос. Девушки синхронно обернулись и увидели Кирилла. Санин стоял чуть поодаль и, судя по выражению его лица, слышал каждое слово.
– Кирилл, простите, но… – начала Женя виновато.
– Да перестань ты уже! – не стерпела Ветрова. – Хватит! – Она
