– Просыпайтесь! Просыпайтесь, вам говорят! – доносился до них резкий голос леди Уэсткотт.
– Убирайтесь! – прорычал Айвэн. – Убирайтесь из моего дома и из моей жизни! Черт побери! Мало вам того, что я женился? Вы еще хотите и процесс увидеть?
– Да послушай же меня! Случилось нечто ужасное!
– Плевать я хотел! Убирайтесь!
– Айвэн, подожди. Мы действительно должны ее выслушать, – сказала Люси.
Айвэн сердито посмотрел на нее, но вскочил с кровати и натянул халат. А Люси в ужасе оттого, что леди Уэсткотт увидит ее обнаженной в его постели, спряталась под одеяло.
Дверь распахнулась, и в комнату вошла вдовствующая графиня. Люси выглянула из-под одеяла. Несмотря на смущение и на слабое освещение, она поняла, что леди Уэсткотт страшно расстроена.
– Что случилось? – спросила Люси, резко садясь, но не забывая натянуть на себя одеяло до самого подбородка. – В чем дело?
– Уверяю тебя, ничего особенного не произошло, – успокоил ее Айвэн. – Моя бабушка склонна все преувеличивать.
– Валери пропала! – выкрикнула леди Уэсткотт, бросая на него убийственный взгляд.
Сердце у Люси упало.
– То есть как это «пропала»?!
– И правильно сделала, – пробормотал Айвэн.
– Она убежала с этим самым лектором. Это вы их познакомили! – добавила старуха, тыча Люси в нос каким-то скомканным листом бумаги.
Айвэн взял письмо, быстро пробежал его глазами и, усмехнувшись, передал листок Люси. Он уже больше не сердился, ему было весело.
– Валери бежала в Гретна-Грин с любимым человеком, – сказал он. – Что здесь такого? Дай бог, чтобы они успели сочетаться прежде, чем их поймают и разлучат. А вы ведь за этим и пришли, не так ли? Вы хотите, чтобы я бросился искать Валери и помешал ей выйти замуж за Джеймса Моби?
Леди Уэсткотт молча смотрела на внука и казалась сейчас совсем старенькой. Люси схватила Айвэна за руку.
– Пожалуйста, Айвэн, не смейся. Это и правда серьезно. Леди Уэсткотт имеет полное право беспокоиться о будущем своей крестницы.
– Ошибаешься. Мою бабушку беспокоит только ее собственная репутация. Поскольку Валери находилась под ее покровительством, то позор может пасть и на нее.
– Да, позор, позор! Это вы отвели Валери на его лекцию, мадемуазель! Это вы их познакомили! – обвиняла леди Уэсткотт, тряся кулаками. – Так вот ваша благодарность?
– Какая благодарность? За что? – резко спросил Айвэн.
Люси вдруг поняла, что этот спектакль может кончиться плохо для нее.
– Самое главное сейчас – Валери, – напомнила она.
– Валери просто выходит замуж за человека, которого любит, что случается не так уж часто, – заявил Айвэн, пристально глядя на Люси. Не получив от нее ответа, он опять обернулся к бабке: – Так поясните, за что Люси должна быть вам благодарна? Уж не за новый ли титул графини Уэсткотт?
Леди Уэсткотт, всегда такая бледная, побагровела от злости. Она надвигалась на них, стуча тростью по полу, и остановилась только около кровати.
– Я вытащила ее из деревни и привезла в Лондон. Если бы не я, ты бы никогда ее не увидел.
Люси чуть не застонала. Айвэну это, естественно, не понравится. Она со страхом посмотрела на него, а он сердито глядел на бабку.
– И чего вы от меня ждете? Благодарности?
Леди Уэсткотт улыбнулась – и от ее ледяной улыбки по спине у Люси побежали мурашки. Она взяла Айвэна за руку, пытаясь успокоить его.
– Пока вы тут ругаетесь, Валери уезжает все дальше.
– Ему наплевать на свою кузину! – огрызнулась леди Уэсткотт. – Ему наплевать на свою семью и родственников и на собственное положение в обществе. Ему наплевать на скандал, который может разразиться вокруг имени Уэсткоттов. Ему безразлично даже, что на нем заканчивается род Уэсткоттов! Его главная забота в жизни – досадить мне. Только я тебя перехитрила, дорогой внучек, тебе не кажется?
– Перехитрила? – переспросил Айвэн подозрительно спокойным голосом, и Люси почувствовала, как рука его напряглась.
Леди Уэсткотт рассмеялась каким-то каркающим смехом.
– Ведь ты женился! И все это – благодаря мне!
Люси ушам своим не верила. Благодаря ей? И вдруг ее осенило. Неужели вдовствующая графиня перехитрила их всех?!
Айвэн вскочил с кровати и угрожающе приблизился к старухе.
– Благодаря вам?
Леди Уэсткотт махнула рукой в сторону Люси.
– Я наняла привлекательную и умную женщину. Я искала такую, которая была бы совсем не похожа на твоих распутных дурочек. Я наняла ее для того, чтобы она держала Валери от тебя подальше, но на самом деле надеялась, что она тебя заинтересует. И ты заглотнул крючок! Ты забрался к ней в кровать, а теперь вот ты на ней женат. Люси попыталась ее остановить:
– Все было совсем не так!
Леди Уэсткотт резко развернулась к ней, и, хотя Люси понимала, что не она причина ярости вдовствующей графини, она не могла не сжаться под ее взглядом.
– Разве? Ведь вы, кажется, томились в деревне и мечтали о Лондоне. А какой женщине не хочется выйти замуж за богатого человека? Особенно если она бедна, как вы? – Она с победоносным видом посмотрела на Айвэна. – Я дала вам обоим то, чего вы хотели.
Таким сердитым Айвэна Люси еще не видела. На шее у него взбухла пульсирующая вена, и на мгновение ей показалось, что сейчас он ударит бабку. Люси и сама еле сдерживалась. Но Айвэн лишь схватил старуху за руку и потащил ее к двери.
– Ты хотел ее! Ты не будешь этого отрицать! – визжала графиня, замахиваясь тростью. – Так что будь добр, отыщи Валери и вырви ее из лап этого ученого идиота! Неужели кровь Уэсткоттов для тебя ничего не значит?
Айвэн вытолкал ее из комнаты и загородил собой проход.
– Кровь Уэсткоттов? – прорычал он. – Вы смеетесь? Да кто из вас относился ко мне как к члену семьи? Я всю жизнь был для вас обузой, вы не считали меня Уэсткоттом до тех пор, пока не стало ясно, что других внуков у вас не будет! А теперь вы вдруг вспомнили про кровные узы?
Он презрительно рассмеялся.
– У Валери есть отец. Вот к нему и идите. У нее есть братья и кузены. Пусть они о ней позаботятся. Что до меня, я аплодирую этому Моби. Молодец! Честно говоря, я был о нем худшего мнения.
С этими словами он захлопнул дверь.
Люси, словно окаменев, сидела посреди кровати. Каким же страшным было его детство! Каким одиноким! Ей хотелось восполнить все эти годы, хотелось окружить его любовью и вытеснить из его головы жуткие воспоминания.
Однако она понимала, что личность его сформировалась именно под влиянием этих событий. И когда он повернулся к ней с выражением боли и подозрения на лице, это стало ей ясно, как никогда. У него было горькое детство, и он имеет полное право не доверять никому. В том числе и ей.
