странно усталыми, старческими движениями, словно он мерз и у него не хватало сил по-настоящему согреться.
XIV
Керн подбросил вверх последние спички. И тогда на его плечо легла чья-то рука.
– Вы что тут делаете?
Он вздрогнул, обернулся и увидел мундир.
– Ничего, – прошептал он. – Простите! Это игра и больше ничего.
Полицейский внимательно посмотрел ему в лицо. Это был не тот, который арестовал его у Аммерса. Керн быстро взглянул вверх, на окно. Рут больше не было видно. Она, кажется, тоже ничего не заметила: было слишком темно.
Керн попытался скроить доверчивую улыбку.
– Простите, бога ради, – сказал он небрежным тоном. – Это всего лишь шутка. Вы же сами видите, ничего особенного не произошло. Сгорело несколько спичек, вот и все. Я хотел закурить сигарету, а она не зажигалась, тогда я зажег полдюжины спичек сразу и чуть не обжег пальцы.
Он засмеялся, сбросил с плеча чужую руку и хотел уйти. Но полицейский удержал его.
– Минутку! Вы ведь не швейцарец?
– Почему бы и нет?
– Это слышно. Зачем вы это отрицаете?
– Я вовсе не отрицаю, – возразил Керн. – Просто интересно, что вы так сразу это поняли.
Полицейский недоверчиво приглядывался к нему.
– Может быть, мы тогда… – пробормотал он и зажег карманный фонарик. – Послушайте! – его голос вдруг приобрел другое звучание. – Вы знаете господина Аммерса?
– Впервые слышу, – как можно спокойнее ответил Керн.
– Где вы живете?
– Я приехал сюда только сегодня утром и как раз собирался подыскать гостиницу. Вы не посоветуете какую-нибудь? Не слишком дорогую.
– Сначала пройдемте со мной. У нас лежит заявление господина Аммерса. Описание в точности соответствует вам. Давайте сперва внесем в это ясность!
Керн пошел с полицейским. Он проклинал себя за потерю бдительности. Наверное, полицейский незаметно подкрался на резиновых подошвах. Целую неделю ему везло, вероятно, в этом дело. Он стал слишком самоуверен.
Он исподтишка оглянулся, ища возможности удрать. Но дорога была слишком короткая: через несколько минут они оказались в полицейском участке.
Жандарм, который отпустил его в первый раз, сидел за столом и писал. Керн собрал все свое мужество.
– Это он? – спросил полицейский, который его привел.
– Возможно. Не могу сказать точно. Было слишком темно.
– Тогда я позвоню Аммерсу, уж он-то знает.
Он вышел.
– Приятель! – сказал жандарм Керну. – Я думал, вас и след простыл. Теперь дело плохо. Аммерс тогда донес на вас.
– А нельзя убежать еще раз? – быстро спросил Керн. – Вы же знаете…
– Исключено. Единственный выход – через проходную. А там стоит ваш друг и звонит по телефону. Нет, теперь вы попались. И надо же было вам нарваться на нашего самого старательного служаку, который спит и видит повышение.
– Чертово невезение!
– Да. Тем более что один раз вы уже сбегали. Мне пришлось тогда писать рапорт, потому что я знал, что Аммерс этого так не оставит.
– Господи милосердный! – Керн отступил на шаг назад.
– Можете даже прямо обратиться: «Иисусе Христе!» – пояснил жандарм. – На этот раз не поможет, пару недель вы получите.
Через несколько минут пришел Аммерс. Он так спешил, что едва мог перевести дух. Его острая бородка сияла.
– Конечно! – сказал он. – Это он! В натуральную величину! Тот самый наглец.
Керн посмотрел на него.
– На этот раз он, надеюсь, не улизнет? – спросил Аммерс.
– На этот раз не улизнет, – подтвердил жандарм.
– Мельницы Господа мелют медленно, – елейно и торжествующе продекламировал Аммерс. – Медленно, нo верно. Повадился кувшин по воду ходить, тут ему и голову сложить.
– Вы знаете, что такое рак печени? – перебил его Керн. Он едва сознавал, что говорит. И не знал, почему ему пришла в голову эта идея. Но только его вдруг охватила бешеная ярость. Еще не совсем понимая, насколько ему не повезло, он сфокусировал все свои мысли на одном: причинить боль Аммерсу. Ударить его он не мог, это увеличило бы срок наказания.
– Что? – Аммерс от неожиданности забыл закрыть рот.
– Рак печени! Типичный рак печени! – Керн видел, что попал в цель. И тут же бросился в атаку: – Я медик, я знаю! Через год начнутся невыносимые боли! Вы умрете чудовищной смертью! Ничего нельзя поделать! Ничего!
– Да как вы смеете…
– Мельницы Господа! – прошипел Керн. – Как вы сказали? Медленно, медленно! Годами!
– Господин жандарм! – возопил Аммерс. – Я требую оградить меня от этого индивидуума!
– Пишите завещание, – свистящим шопотом продолжал Керн. – Это единственное, что вам остается! Вас разъест изнутри, и вы сгниете заживо!
– Господин жандарм! – Аммерс дико озирался в поисках помощи. – Вы обязаны оградить меня от этого оскорбления!
Жандарм с интересом разглядывал его.
– Пока еще он вас не оскорбил. Он делал медицинские заключения.
– Я требую, чтобы все это занесли в протокол! – заорал Аммерс.
– Вы только поглядите! – Керн ткнул пальцем в направлении Аммерса, и тот отпрянул, словно увидел змею. – В возбужденном состоянии наблюдается свинцово-серый цвет лица, желтизна глазных яблок – несомненные симптомы! Летальный исход неизбежен! Остается только молиться за этого кандидата в покойники!
– Кандидат в покойники! – бесновался Аммерс. – Занесите в протокол кандидата в покойники!
– «Кандидат в покойники» также не оскорбление, – пояснил жандарм с явным злорадством. – Вы не сможете подать жалобу на этом основании. Мы все кандидаты в покойники!
– Печень разлагается заживо! – Керн увидел, что Аммерс внезапно побледнел. Он шагнул вперед. Аммерс отпрянул от него, как от сатаны.
– Сначала ничего не заметно! – возгласил Керн с яростным триумфом. – Почти ничего нельзя диагностировать. А когда диагноз поставлен, бывает поздно. Рак печени! Самая медленная и мучительная смерть, какая только бывает на свете!
Аммерс не мог отвести взгляда от Керна. Он больше ничего не отвечал. Непроизвольно он схватился рукой за живот в том месте, где расположена печень.
– Тихо! – вдруг рявкнул второй полицейский. – Хватит! Сядьте вон туда и отвечайте на вопросы. Сколько времени вы находитесь в Швейцарии?
На следующий день утром Керн предстал перед окружным судом. Судья – пожилой толстяк с круглой красной физиономией – проявил человечность, но ничем не смог помочь Керну. Параграфы закона были однозначны.
– Почему вы не сообщили в полиции, что нелегально перешли границу? – спросил он.
– Потому что меня немедленно выслали бы, – устало ответил Керн.
– Да, разумеется, вас выслали бы.
– А по ту сторону границы я должен был бы сообщить о нелегальном переходе первому встречному полицейскому – если бы не захотел нарушать закон. Тогда меня в ту же ночь переправили бы в Швейцарию. А оттуда назад. И я бы медленно подыхал с голоду, мотаясь между двумя границами, от одного полицейского поста к другому. Что же нам остается делать, как не нарушать закон?
Судья пожал плечами.
– Ничем не могу вам помочь.
