пояснил дедушка. – Не знаю, правда, зачем ей, половину даже я не понимаю.
Я посмотрела на деда.
– Дарунь, я на твоей стороне. Даже не думай сдаваться! – сказал он. – Если ты считаешь, что должна вернуть этого дракона, я тебя поддержу.
– Даже если он снял с меня «Чёрную розу» и мне больше ничего не угрожает?
– Если ты знаешь, что и для чего делаешь, то я не вправе останавливать тебя. Я знаю, что у вас с бабушкой какие-то свои секреты, но ты её тоже слушай аккуратнее, а то она насоветует. Слушай себя, а не других.
– Спасибо, – сказала я, улыбнувшись.
Мне было важно получить подтверждение того, что дед меня поддерживает.
Я осторожно развернула один из свитков. Буквы начали светиться и оживать прямо у меня на глазах.
– Как это возможно? – прошептала я.
Я внимательно всматривалась в буквы и, к своему ужасу, их понимала.
«Давным-давно на вершине горы обитало древнее магическое существо – Первый Дракон. Он был столь стар и могуч, что никто не помнит время до его появления. Люди трепетали перед ним…»
Я посмотрела на деда.
– Дед, а что тут написано? – спросила я.
Он улыбнулся в ответ и подошёл ближе.
– Это очень старый текст, я не могу прочитать его.
– А можно мне попробовать?
Он растерянно пожал плечами:
– Ну попробуй. А я пока чай сделаю. Расскажешь мне про свои путешествия.
Я кивнула.
* * *
Однажды встретил Дракон девушку Лиру, и их сердца вспыхнули любовью. Она была единственной дочерью старейшины, мудрого вождя племени. Отец узнал об этой любви дочери и не смог смириться с ней. Он запер девушку в темнице, и не успела Лира предупредить своего любимого о предстоящем нападении на Дракона, о котором услышала от отца.
К утру он превратился в камень, и никто больше его никогда бы не увидел, но сердце девушки было непреклонно. Её выпустили из темницы, и каждый день она приносила свежие цветы на то место у скалы, где стоял её возлюбленный, надеясь хоть как-то помочь ему.
Однажды, когда Лира снова пришла к скале, вместо камня она увидела его, живого и невредимого. Он сидел в тени деревьев, его чешуя переливалась золотым светом в лучах заходящего солнца, а глаза горели огнём. Вдруг Дракон заговорил с ней, и голос его был мягким, как шёлк:
– Зачем ты пришла сюда?
Лира замерла на мгновение. Волнение сковало её сердце, слова застряли в горле. Дракон подошёл к ней и посмотрел ей в глаза.
– Я люблю тебя, – произнесла она.
Девушка говорила абсолютно искренне, даже несмотря на то, что перед ней был дракон, а не человек. Лира почувствовала тепло, окутавшее её, словно одеяло из огня. Перед ней больше не было огромного дракона. Перед ней стоял молодой человек с глазами цвета океана. Его волосы были чёрными как ночь. Он улыбнулся ей своей самой искренней и доброй улыбкой.
– Ты живой? – спросила Лира в изумлении.
Дракон улыбнулся:
– Ты помогла мне вернуться в этот мир, потому что полюбила меня…
* * *
Я опустилась на ковёр, собирая все части мозаики воедино. Итак, что мы имеем.
Драконы могут оживать, но, похоже, для этого их должны сильно-сильно любить.
Когда Моор ожил в первый раз, мы с ним ещё не были знакомы, а значит, кто-то другой его любил. Но почему это произошло именно сейчас, спустя столько лет? Это было мне непонятно. Возможно, стоило выяснить это до того, как он вернётся обратно в мир живых. Это первое.
Второе. Древний текст, который не может прочитать даже дед, вполне понятен мне. Почему? Этого я тоже пока не понимала и собиралась выяснить.
Самым разумным мне казалось поговорить с дедом и бабушкой. В конце концов, от них уже ничего не зависело. Моор вернётся в этот мир и без моей помощи, это дело времени, а Мирославу мне, если что, было чем подкупить – всё-таки он её родной брат.
Я вышла в кухню, где меня уже ждал приготовленный дедушкой ароматный чай.
– Много вычитала? – спросил дед.
– Много, – кивнула я. – Дед, а что такое путь единения?
Я решила «опрашивать свидетелей» поочерёдно, так больше информации соберётся.
– Ты правда свиток прочитала? – удивлённо посмотрел на меня дед.
– Нет, – покачала я головой. – То есть… Это я не оттуда взяла.
– Это путь, который проходит душа, чтобы достичь единения с силой.
– С какой силой?
– Со своей, конечно… Хотя где-то я читал, что бывали случаи, когда чародейки проходили этот путь с драконами, но это скорее сказки, чем правда.
– Расскажи, пожалуйста, – попросила его я.
Он посмотрел на меня с сомнением, но, встретившись с моим непреодолимым любопытством, сдался.
– Это свадебный обряд, Дарунь, обещание, которое чародейка даёт дракону. Он в свою очередь берёт её под защиту. Конечно, на моей памяти таких историй не было, но говорят, что, пройдя путь единения, чародейка получает часть силы своего дракона.
– А почему никто не делает так сейчас?
– Потому что это не решение дракона и чародейки. Это скорее предложение и благословение Первого Дракона.
– И что, он никого не благословляет?
Дед помотал головой:
– Старейшины говорят, что каждое благословение так праздновали бы, что даже Ночь Дракона ни в какое сравнение бы не шла. Думаю, я бы заметил.
– Дед, а ты был знаком с братом Мирославы?
– Был, конечно. Не так близко, разница в возрасте у нас всё-таки ощутимая.
– У него была девушка?
– Была какая-то, – пожал плечами дедушка. – Но не из нашей деревни. Её даже Мира не видела никогда… А почему ты спрашиваешь?
– Просто интересно. – Я старалась держаться уверенно и спокойно, но внутри меня уже разбушевалась ревность. – А что, если дракон не примет чародейку, которая прошла с ним путь единения?
– Я о самих случаях единения-то ни разу не слышал, – рассмеялся дедушка. – Какие-то странные вопросы ты мне задаёшь, Дарунь.
Я пожала плечами. Мне нечего было ответить ему.
К счастью, больше ничего уточнить дед не успел – в дверь постучали.
– Бабушка, наверное, – предположил он.
Леденящая паника окутала меня, будто ведро воды на меня вылили. Беда. Что-то случилось.
Стук, словно в подтверждение моих слов, повторился.
Глава 33. Новые обстоятельства
На пороге стоял Василь. Он поклонился деду.
– Мастер, Ядвига Валентиновна – у мамы. Вы срочно нужны там. Девочка умирает.
– За Дарой присмотри, – велел дед Василю и вылетел из дома, оставив растерянную меня и бледного Василя.
– Что там произошло? – спросила я, всё ещё чувствуя тревогу.
Василь коротко склонился передо мной, прежде чем заговорить.
– Я и сам не знаю, но тебе туда
