class="p1">Но, пусть существование духов я и допускал, поверить в какой-то особый день, когда они приходят в Хавок и говорят с людьми, было затруднительно. Об этом я не слышал и не читал. Особенно странным представлялось то, что они говорили только с маджурами. Мало того, что это отдавало расизмом, так ещё к тому же подозрительно напоминало какие-то дикие первобытные верования. У меня создавалось ощущение, что Тардж везёт меня на какой-то ритуал. И будет просто отлично, если он не предполагает поедания человеческой плоти!
Когда мы вышли из метро, обнаружилось, что мы буквально достигли дальней границы Хавока. Этот район так и назывался, Даль. Бывать мне здесь не приходилось, но кое-какие слухи до меня о нём доходили. Здесь жили те, кому в основных районах Хавока не нашлось места. Изгои. О нём говорили разное, в том числе и очень нехорошее. Но знаменит он был другим.
Здесь, в отличие от всех остальных районов Хавока, не было Кланов вне закона. Не знаю, как именно так получилось, но цепкие ручонки Донов так и не сумели добраться до этого всеми забытого райончика. И это вызывало моё сильное любопытство.
Но на первый взгляд ничего особенного в Дали не было. Невысокие деревянные домишки, разбитые дороги, неопрятные люди с подозрительными взглядами, старающиеся не появляться на освещённых участках. Если бы не знал, что это другой район, точно принял бы его за Дно! Слишком уж они были похожи.
Но когда я воспользовался Атрибутом зрения, то всё изменилось. Здесь в воздухе было разлито какое-то странное непривычное свечение. Как будто какая-то особая энергия. Чем именно это было, я понять не мог. Способности Энергетика тоже ничем не помогали. Я чувствовал, что здесь что-то было по-другому, но снова не мог понять, что именно.
— Здесь живут совсем другие люди и те существа, которых не встретишь в Хавоке. Это всё они, их сила… — сказал Тардж, поймав мой взгляд. — А ещё это влияние духов. Они уже здесь!
Спорить с ним я не стал. Вечер только начинался, ссориться с ним не хотелось. Мне ещё нужно было как-то отсюда выбираться…
Чем дальше мы шли, тем больше людей встречали. И почти все они были маджурами, одетыми в такой же праздничный наряд, как и Тардж. При виде моего спутника они приветливо махали руками, называли его по имен и лезли обниматься. Тардж тоже улыбался и тоже обращался к ним по именам. Создавалось впечатление, что они все здесь друг друга знали.
На меня же маджуры смотрели с подозрением и даже враждебностью. Только сейчас я начал понимать, что забрёл в район, в котором мне могут быть совсем не рады… Эх, Кастиан, об этом нужно было думать раньше!
— А вот и дом нашей семьи! — произнёс Тардж, останавливаясь около очередного неприметного домишки, стоящего на самом краю района. Единственным, что его выделяло из остальных, был густой сад, охватывающий его со всех сторон. Хотя слово сад было слишком громким. Скорее так, небольшой садик…
— Милый, — немного покривив душой, сказал я. Ничего милого в нём, конечно, не было, но я был здесь гостем, и совесть не позволяла мне сказать правду.
— Бабушка сама за ним ухаживает! — просиял Тардж. — Ты только посмотри, какие тут баобоки! А какие тверфы! Таких и в Маджуре нет! Никто кроме неё не сумел вырастить такие баобаки в Хавоке! Они дают такое пространственное искажение, какого ни один Мастер добиться не сможет!
Врать не буду, о чём он говорит, я не понимал. По мне, так это был просто бессвязный набор слов. Но он радовался, и я не возражал.
Вокруг дома семьи Тарджа собралось человек двадцать. Разумеется, все маджуры в национальных костюмах. При виде Тарджа они захлопали в ладоши и бросились по очереди обниматься. Здесь были его сёстры, братья, родные и двоюродные, тёти, дяди, какие-то восьмиюродные родственники… Все выглядели красиво, представительно, но были очень похожи друг на друга, так что я быстро запутался, кто есть кто, и бросил все попытки разобраться.
Я скромно стоял позади, но Тардж быстро вытащил меня вперёд. Он, постоянно указывая на меня, произнёс несколько фраз на маджурском языке, и настроение в воздухе изменилось. Нет, не так. Оно буквально взорвалось!
Все родственники Тарджа разом бросились ко мне, громко, со слезами и всхлипываниями, стеная на их родном языке. Меня хватали за руки, обнимали, целовали в щёки и губы, а один из дядек даже попытался отрезать кусочек от моего Плаща.
— Что ты им сказал?! — прошипел я Тарджу сквозь сжатые зубы.
— Что ты — Отец моей Семьи, защищаешь меня от врагов, даёшь мне пищу, кровь и хорошую работу. А также что ты несколько раз спасал мою жизнь, проливая кровь, и вступился за меня в Казематах. Теперь и они знают, что ты лучший Отец во всём Хавоке! — бесхитростно ответил Тардж.
Так, теперь их реакция была мне понятна. Они считали, что встречают благотворителя и защитника их драгоценного Тарджика! Ох, как же я не люблю подобные знаки внимания…
— Оставьте мальчика в покое! — прогремел жёсткий голос, и всех родственников смело за считанные секунды.
Я обернулся и увидел как к нам, минуя стройные присмиревшие ряды маджуров, марширует невысокая полная женщина. Разумеется, тоже маджурка. Лицо как печёное яблоко, седые волосы собраны в пучок на затылке. Она была стара. Но сколько же в ней было энергии! Казалось, что от каждого её шага, движения, вздоха исходит электричество. Кажется, я знал, кто она такая…
— Бабушка Ардж! — выдохнул Тардж и почтительно склонил перед ней голову.
— Ну-ну, внучек, довольно официальных приветствий, — ответила она с густым маджурским акцентом. — Сегодня я тобой довольна. Ты привёл Кастиана Норда! Я так давно мечтала с ним поговорить…
Я насторожился. Она мечтала со мной поговорить?! Это было как-то странно…
— Рад вас приветствовать… — начал я, но она резко меня оборвала.
— Довольно слов! Всё потом! — произнесла она, и я мгновенно замолчал. Спорить с ней было невозможно. — Сначала еда. Проходите в сад!
Все послушно засеменили к старой покосившейся калитке. Мы с Тарджем шли последними. Слух уловил гул множества голосов. В саду уже были гости. В голове мелькнула мысль, что я не представляю, как мы все вместе там разместимся. Но тут я огляделся по сторонам, и вопросы отпали сами собой.
Глава 41
Деревья и кустарники расступились, и я понял, что стою не в тесном и замкнутом пространстве небольшого садика рядом с покосившимся домишкой, а посреди широкой поляны, окружённой густыми мощными
