class="subtitle">* * *
Первым делом я напомнил Боброву о встрече с Ягужинской.
— Прямо сейчас?
Он почесал нос и поморщился.
— Поехали, есть один вариант.
Мы взяли извозчика и покатили по московским улочкам.
— Сделаем так, — Бобров крутил головой, разглядывая прохожих, и говорил одновременно. — Сейчас едем в Черкасский переулок в трактир «Арсентьича». Возьмёшь отдельный кабинет, закажешь себе щи с головизной, посидишь. А я пока быстренько к Голицыным съезжу. Есть у меня знакомый мальчишка из слуг, он Ягужинской от меня записочку передаст. Если она не занята, привезу к тебе, вроде как на прогулку. Лишних глаз там не будет, публика в «Арсентьиче» только к обеду собирается.
— Согласен.
Через полчаса я вошёл в трактир и уважительно кивнул. Неплохо, очень даже неплохо. Общий зал с массивными столами, белые скатерти, какие-то зелёные деревца в кадках. И самое главное — запах. Приятный, никакой кислятины или вони подгоревшего, как обычно бывает в придорожных трактирах. Ох и нанюхался я этой дряни, пока мы из Парижа с Бобровым ехали. Что самое забавное, эти запахи были один в один, что в Европе, что в России.
— Чего угодно, ваше благородие?
Ко мне подскочил половой. В белой рубахе, с угодливым выражением лица.
— Отдельный кабинет.
— Вы один-с будете?
— Позже ко мне присоединится господин, возможно, с дамой.
— Следуйте за мной, ваше благородие. Не извольте сомневаться, самый лучший кабинет-с.
Я поднялся за половым на второй этаж трактира. Предложенная комната, с удобным диваном, столом с резными ножками и окном в тихий дворик, мне понравилась.
— Чего желаете-с откушать?
— Только чаю.
— Осетрина сегодня свежая, очень рекомендую. Лично Арсений Спиридонович готовит, большая удача, что сам-с на кухню пожаловал.
Я поморщился, собираясь его послать уже за чаем, но половой скороговоркой продолжил.
— Возьмите-с, обещаю — не пожалеете. В прошлый раз купцы за осетра от Арсения Спиридоновича за бороды друг друга таскали.
— Неси, — махнул я рукой, — попробую, что за осетрина такая.
Самовар на столе появился буквально за минуту. Пока я неспешно выпил одну чашку и сделал несколько пометок в блокноте, половой притащил блюдо с осетриной, тонко нарезанный хлеб, свежую зелень и хрустальную мисочку с чем-то непонятным. Я ковырнул это нечто вилкой. Редиска! Осенью, в России?!
— Сами выращиваем-с, — улыбнулся довольный половой. — По последней моде при дворе, как любит Елизавета Петровна, с греческим маслом и солью.
И тут же исчез, а я потянулся к осетрине. Есть мне всё так же не хотелось, но должен же я попробовать, чем тут кормят.
* * *
Очнулся я над пустым блюдом. Мда, теперь я понимаю подравшихся купцов. Вкус — изумительный. Я откинулся на диване с крамольной мыслью — заказать ещё порцию.
— Константин!
В кабинет вплыла Ягужинская с ослепительной улыбкой.
— Вот уж не думала, что ты пригласишь меня обедать.
— Анастасия!
Я встал ей навстречу, поклонился и поцеловал руку. Как там Киж говорит? Сейчас испробуем его методу.
— Безумно рад видеть. Ты сегодня обворожительна, как ангел!
Ягужинская засмеялась, прелестно покраснев.
— А ты, оказывается, дамский угодник.
— Прошу, присаживайся.
Появившемуся половому я указал глазами на блюдо, в котором была осетрина, и на девушку. Он понятливо кивнул, подхватил со стола грязную посуду и исчез.
— Рада видеть тебя живым, — она смотрела на меня весёлым взглядом. — Слышала о твоей дуэли в Муроме. Это правда, что ты дрался сразу с пятью, фехтуя кочергой?
— Слухи немного преувеличивают. Всего лишь с тремя и канделябром.
Она покачала головой.
— Какая интересная жизнь в провинции. Зачем ты меня звал?
— Наш союз слабых всё ещё в силе?
— Конечно.
— Тогда мне хотелось бы знать новости Голицыных: что, как, где. Был ли интерес к моей персоне.
Пока Ягужинская думала, перед ней появились тарелки и приборы.
— Костя, — она притворно возмутилась, — я не ем так рано, это вредно для цвета лица!
Но тут же взялась за вилку. Минут десять я ждал, пока она расправится с осетром. Наконец она отодвинула тарелку и попросила налить чаю.
— Семейные новости тебя интересуют? Кто на ком женился, какое приданое?
Я покачал головой.
— В Сибири у Голицыных трения с Бестужевыми, золотой прииск не поделили. Князь собирается отправить туда большой отряд опричников, — барабаня пальцами по столу, принялась выкладывать Ягужинская. — Из Кёльна прислали какой-то тайный груз — большой тяжёлый ящик, князь к нему никого не допустил, даже дочь. Приказал поставить в комнату рядом со своими покоями. Императрица дала Голицыным право на экспорт пеньки, вроде как англичанам собираются продавать. На войну с Фридрихом князь пожертвовал пятьдесят тысяч рублей…
Новости были для меня малоинтересные, но я кратко записывал их карандашом в блокнот. Никогда не знаешь, где может пригодиться информация.
— Слышала, что в дворянском собрании князь не здоровается со старшим Шереметевым. Чуть скандал не вышел, когда они рядом сидеть отказались.
Я кивнул и черкнул в блокноте пару закорючек. Не разобрать мне этих графов да князей, что у них там за интриги да вражда. Но учесть на будущее надо.
— Насчёт тебя, — Ягужинская посмотрела на меня пристальным взглядом, — мельком слышала, как в разговоре с дочерью князь назвал тебя наглым мальчишкой. Он неодобрительно высказался, что Софья приглашала тебя на свои обеды. Мол, родство у тебя нехорошее и капиталу никакого, а от таких приглашений слухи могут быть всякие.
Ай, спасибо, князюшка! Хорош гусь, ничего не скажешь. Ладно, я запомню эти слова, но проверить их стоит — кто знает, на чьей стороне в действительности Ягужинская? И не хочет ли кто-то через неё поссорить меня с князем.
Я на секунду зажмурился. И чего у меня такой приступ подозрительности? Может, осётр виноват? Говорят, Иван Грозный был большой любитель осетрины, так он вообще всех бояр в измене подозревал. Нет, не буду больше заказывать рыбу перед важными разговорами.
— Есть ещё кое-что, — Анастасия прищурилась, — насчёт твоих лошадок.
— Слушаю.
Она улыбнулась, слегка с ехидцей.
— Взамен на твою услугу. Мне срочно требуется кое-что купить для предстоящего бала… А ты от моей новости больше выиграешь.
— Сколько?
— Четыреста рублей.
— Завтра передам через Боброва.
Хорошие у девушки запросы, губа не дура. Деньги не копеечные, но можно в первый раз проверить, действительно ли её новости полезны.
— Князь в разговоре с приказчиком обсуждал нового поставщика механических лошадей. Твоего имени не называл, но ведь другой кандидатуры и нет.
Я кивнул.
— Так вот, князь со смехом сказал, что для выгоды довольно будет лошадей по восемь тысяч купить. Да только с поставщиком он легко за четыре сторгуется, вроде как ты не купец и отстоять цену не умеешь.
Это мы еще
