Промышленное производство
Полный список петербургских мануфактур, фабрик и заводов времен царствования Екатерины никогда не составлялся. Попытки произвести их подсчет признавали неточными уже современники, потому что многие предприятия не были официально зарегистрированы[567]. В сущности, ни один конкретный административный орган не отвечал за их учёт. Мануфактур-коллегия до своего роспуска в конце 1770-х гг. контролировала большинство частновладельческих предприятий столицы, но её юрисдикция не распространялась на такие производства, как пивоваренные и винокуренные, а также на мелкие мастерские, принадлежавшие индивидуальным ремесленникам[568]. Дошедшие до нас списки предприятий за 1775 и 1779 гг., подчинённых Мануфактур-коллегии, дают самую полную имеющуюся в нашем распоряжении информацию касательно местоположения, принадлежности, масштаба производства, периода функционирования предприятий, но лишь отчасти освещают те изменения, которым они подвергались с течением времени[569]. К счастью, эти списки и некоторая другая информация всё-таки позволяют выделить несколько определённых типов промышленных производств, удовлетворявших потребности различных рынков.
Первые петербургские промышленные предприятия были основаны казной задолго до восшествия Екатерины на престол. Целью их было изготовление продукции для казённых нужд. Петербург был задуман как оплот военной мощи России, и первые созданные здесь предприятия выпускали боеприпасы, оружие, экипировку для армии и флота[570]. Несколько таких предприятий, включая Адмиралтейские верфи, Арсенал и Литейный двор, появились ещё при Петре. Примечательно, что названия Адмиралтейства и Литейного двора позднее дали имена административным районам города. Другие казённые предприятия выпускали монету и бумагу для национальной валюты, производили канцелярские материалы для учреждений растущей бюрократии. В эту категорию попадают золотые и серебряные плавильни, монетный двор, бронзовая мануфактура, восковая фабрика, бумажная мельница, производившая пергаментную бумагу, на которой стали печатать ассигнации после их ввода в обращение в 1769 г.[571]. Несколько правительственных учреждений даже держали лесопильные и кирпичные заводы, чтобы снабжать себя строительными материалами. На всех этих предприятиях производство было нацелено прежде всего на удовлетворение потребностей государства. Уже потом излишки продукции могли продаваться при случае частным лицам.
Продукция ещё одной группы государственных предприятий делалась не для использования в казённых целях, а для снабжения двора и привилегированных особ предметами роскоши. На этих производствах изготавливали фарфор, фаянс, стекло, хрусталь, керамические изделия, зеркала, гобелены, часы, гранили и полировали драгоценные камни[572]. Как будет показано ниже, частные мануфактуры позднее тоже стали выпускать такие изделия в большом количестве. Власти занялись производством предметов роскоши главным образом потому, что в предшествующий период XVIII в. малочисленные частные предприятия не в силах были удовлетворить потребительский спрос на них.
Казённое производство предназначалось не для обеспечения своими изделиями общей массы городского населения и даже не для выработки продукции повседневного пользования высших слоев общества. Эта задача полностью возлагалась на частных предпринимателей. Их фабрики продовольствия снабжали столицу такими продуктами, как сахар, макаронные изделия, шоколад. Им же принадлежали винокуренные и пивоваренные заводы, табачные фабрики[573]. На частных кожевенных предприятиях производили сырье на подошвы, выделывали замшу и юфть, лакированную и сафьяновую кожу. Фабрики по изготовлению красителей и первые текстильные (ситцевые и льняные) и шерстяные мануфактуры работали на производство одежды. Другие частновладельческие мануфактуры производили такие предметы домашнего обихода, как мыло, свечи, обои, воск, гончарные и чугунные изделия, бумагу для книгопечатания[574].
Следуя примеру казённых предприятий, производивших предметы роскоши для императорского двора, частные промышленники основывали предприятия по изготовлению изделий из шёлка и полушёлковых материй, чулок, позументов, игральных карт, золотого и серебряного листа, фольги, шнура[575]. Такие заведения были малы и отличались более интенсивной эксплуатацией рабочей силы, чем капитала. Высокая доля фабрик, производящих предметы роскоши, свидетельствует не только о структуре производства, присущей столице, в отличие от остальных городов, но и показывает, как использовали своё богатство те, кто им располагал: при существовавшей тогда системе ценностей накоплению капитала они предпочитали демонстративное потребление.
Впрочем, отрасли, образующие капитал, всё-таки тоже имелись в Петербурге. В придачу к уже названным казённым предприятиям частные кирпичные заводы, лесопилки, глиняные и гравийные карьеры производили в больших масштабах строительные материалы[576]. На Выборгской стороне, на одной частной верфи, переданной под юрисдикцию городского магистрата в 1781 г., строились торговые корабли[577]. В других местах тоже имелись мелкие кораблестроительные верфи, выпускавшие некоторое число судов[578]. В этот период появились первые металлообрабатывающие предприятия. Самое крупное из них, принадлежавшее английскому купцу Чарльзу Берду, отливало инструменты, которыми пользовались многие ремесленники при изготовлении изделий легкой промышленности. Оно выпускало также предметы из чугуна для домашнего обихода[579].
Эти предприятия выпускали продукцию большей частью на основе подрядов. Лишь немногие, и прежде всего те, что производили продукты питания и домашнюю утварь, работали на рынок. Хотя в их числе имелось несколько предприятий, на каждом из которых трудились десятки рабочих, масштаб производства в целом оставался мелким. Машин пока было мало, они ещё только входили в обиход и оказывали минимальную помощь в производственном процессе. В большинстве мануфактур нормой оставались малое число работников и трудоёмкий процесс производства. Способ производства был явно доиндустриальным.
География размещения предприятий
В каждой из частей города на протяжении екатерининского царствования работали те или иные промышленные предприятия. Их размещение было не совсем случайным, а к концу периода стала проявляться тенденция к географической дифференциации различных производств. Советский учёный В.В. Покшишевский, анализируя картину размещения предприятий, пришёл к заключению, что главным фактором, влиявшим на выбор места для различных производств, была близость к рынку[580]. Так, фабрики, выпускавшие предметы роскоши и другие товары для богатых людей и двора, преобладали в центре города, где жили богатейшие петербуржцы. Предприятия, обслуживавшие широкую публику, распределялись по всему городу. Фирмы, поставлявшие строительные материалы, располагались по кругу между старой частью города и дальними пригородами, так что имели удобный доступ во все районы. Данные источников свидетельствуют о том, что большинство промышленных предприятий находилось как раз внутри этого круга.
Проведённый В.В. Покшишевским анализ размещения промышленности во многом представляется обоснованным, но существовали и другие факторы, определявшие местоположение предприятий, помимо близости к рынку. Если объяснение Покшишевского выделяет потребителя как главный фактор, то не менее важно исследовать роль, которую играли специфические потребности каждого производства, по крайней мере в некоторых отраслях. Например, в середине 1770-х гг. предприятия по выделке кож и изготовлению кожаных изделий всё ещё были разбросаны по всему городу, причём несколько их скопилось там, где заканчивались скотопригонные пути в столицу – близ скотобоен в Московской части. Но два десятилетия спустя уже ни одного из них возле боен не было. Необходимость в больших количествах пресной воды для процесса выделки кож, наряду со зловонием от отходов производства, заставили перенести почти все кожевенные предприятия на тот или другой берег реки, вниз по течению от тех мест, где город забирал воду. Таким образом, кожевенные производства сконцентрировались по берегам Большой и Малой Невы, а также по Невке, в их нижнем течении[581].
По аналогичным соображениям перемещали и другие промышленные предприятия или сразу выбирали для них удобные места. Так, производства, требовавшие крайне высоких температур, были сосланы в окрестности города, что ослабило угрозу пожаров. Кроме того, эти предприятия ставили вблизи от водных путей, чтобы недорого и удобно было доставлять на них дрова, необходимые в больших количествах. Пороховой завод перенесли на самую дальнюю окраину Петербургской стороны, когда территория вокруг его прежнего местоположения застроилась домами. Стеклянный завод переместился вверх по Неве, где рядом не было никаких строений, способных загореться. Несколько раньше, в 1759 г., императрица Елизавета была вынуждена запретить на будущее строительство заводов в Петербурге и в его окрестностях. Её решение основывалось на докладе, гласившем, что лес – буквально единственный тогда источник топлива для предприятий – основательно редеет в окрестностях столицы. Государыня опасалась, что рост потребления дров на промышленные нужды способен полностью истребить оставшиеся леса и повысить цены на топливо для домашнего хозяйства. Проблему сочли столь серьёзной, что некоторые из существующих предприятий было велено убрать из столицы, хотя нет подтверждений тому, что это было исполнено, так что указ остался на бумаге[582].
