медленно, словно разговаривала с умственно отсталым.
– Ян?! – Лена чуть снова не выронила бумаги.
– Да не этот Томский! Олег Артурович! – Томочка цокнула языком и неодобрительно качнула головой, мол, с кем приходится иметь дело. – Уже весь офис знает, а ты как с дуба рухнула.
– А зачем отцу Яна приезжать в офис? Он же сто лет тут не появлялся.
– То-то и оно. – Тома встала и расправила юбку. – Ходят слухи, что Ян Олегович уволился и теперь компанию продадут. Вот все и носятся, как ошпаренные. Если ревизия перед продажей найдет косяки, цену могут сбить, и тогда нам всем тут вообще не жить.
– Продадут… – медленно повторила Лена, и пол качнулся под ногами, как палуба яхты.
Фетисова ждала чего угодно, но не этого. И, конечно, она могла бы сейчас утешить себя и списать все на совпадение, но что-то подсказывало: Томский ушел из-за нее. Какая дура! Знала же, что его клинит после «Влюбителя», и все равно переспала с Никитой. Зачем?! Какой в этом был смысл? Только все испортила. И с Кобзевым отношения изменились, неловкость стояла между ними пуленепробиваемым стеклом, и Ян слетел с катушек… Продать любимую компанию, почти что свое дитя… Как жить-то с такой бетонной плитой на совести?!
– Кошмар, да? – Как ни странно, подавленной Тома не выглядела, напротив, она будто даже радовалась, что поведала Лене первосортную сенсацию. – Катя из «Гороскопов» вообще сказала, что у нас тут нездоровая атмосфера. Как-то она выразилась… То ли порча, то ли проклятие…
– Да ну, бред, – машинально отмахнулась Лена.
– Бред не бред, а доля правды в этом есть. Смотри сама. – Томочка подняла руку, готовая загибать пальцы. – Людмилу Федоровну знаешь? Бухгалтершу нашу? – Лена кивнула. – Так вот, у нее только вроде начало складываться с охранником, а потом бац, и он в запой ушел, хотя до этого сроду не пил.
Лена сглотнула. Ей и хотелось бы верить, что «Влюбитель» тут ни при чем, но не получалось.
– А Настя? Ну, секретарша Томского! – Тома загнула второй палец. – Почти то же самое! Не успели мы за них с Андреем порадоваться, как его «Скорая» забирает. В окно пытался выйти прямо тут, в туалете!
– Но почему?
– Поди знай! Лечится теперь, бедолага, на антидепрессантах сидит. Говорят, – Томочка доверительно подалась вперед, – он из этих… Гей, короче. А сам зачем-то с Настей стал встречаться, может, перевоспитаться захотел… Не разберешься с этими однополыми. Так теперь и Настя мрачнее тучи, и у парня шарики за ролики заехали.
– Боже… – Лена в ужасе попятилась.
– А я про что! Проклятие какое-то, точно тебе говорю! Может, это здание вообще на кладбище построили, я по телику такое видела. Там всегда начинается чертовщина… Или вот взять Славу, разработчика. – И Тома загнула третий палец. – К нему Дина начала подкатывать, дизайнерша наша. Ну, у нее еще висок выбрит… Так у Славика от нервов аж припадок случился!
– Какой?
– Эпилептический! Пена пошла… – Томочка мечтательно посмотрела вдаль, погружаясь в воспоминания. – Ой, такое тут было! Еле спасли! Нет, я знала, конечно, что программисты женщин боятся, но чтоб настолько! Дине даже уволиться пришлось от позора. Сама понимаешь, все эти шуточки, мол, довела парня…
С каждым загнутым пальцем, с каждым именем из списка «Влюбителя» Лена все отчетливее осознавала: она создала чудовище. От накатывающей паники стало тяжело дышать, пульс отбойным молотком застучал в висках.
Удалить. Сжечь. Вместе с жестким диском. Нет, с компом. Со всем этим зданием. Убить всех свидетелей, а потом себя… Боже, какой ужас! Да за такое потом в аду гореть две вечности кряду… Не за убийства, конечно, за «Влюбителя».
– И мне еще повезло, что у нас с Семочкой все хорошо. – Тома суеверно постучала по столу.
– С юристом?! – Лена воспряла духом. Может, если она хоть одну пару сделала счастливой, то совесть чуть-чуть разожмет свою стальную схватку, а в небесной канцелярии будут снисходительнее? – У вас все сложилось?
– Конечно, – кивнула Тома с видом главного эксперта по женскому счастью. – Во-первых, у меня амулетик на всякий случай. – И она продемонстрировала красную нитку на запястье. – А во-вторых, я ж не дура такого мужика упускать. Я сразу с его мамашей контакт наладила, чтоб ее. Нет, само собой, идеальных отношений не бывает, но…
– В каком смысле? – нетерпеливо прервала Лена словесный поток. – Есть проблемы?
Со стороны это выглядело так, будто завистливая Фетисова, жадная до чужих неприятностей, хочет позлорадствовать, а потому Тома обиженно поджала губы.
– А у кого их нет? – спросила она с вызовом. – У Семочки работа нервная, и возраст, знаешь ли… А еще эта экология… У них окна на Садовое кольцо, еще и метро рядом. Само собой, это сказывается на здоровье…
– У него что, не стоит?! – Неприятная догадка была такой резкой, что Лена забыла о приличиях.
– Тихо ты! – одернула ее Томочка. – Ну да, есть такое! И что?! Подумаешь, делов-то. До отпуска доживем, я его к одной бабке свожу. Она такие вещи на раз лечит, что-то там нашепчет – и как пионер, всегда готов.
– А может, вы просто несовместимы? – Не то чтобы Лене так уж нравился юрист Семен, но едва она представила, как какая-то ушлая старушенция шепчет ему в промежность, да еще и по вине «Влюбителя», и сразу захотелось выдернуть человека из поезда абсурда и сумасшествия.
– Еще чего! – вконец обиделась Тома. – Я по гороскопу проверяла, все сходится. И потом, вот купит нас «Goomble», в новое здание переедем. У них, говорят, в офисе все по фэн-шую, и такие выездные корпоративы… Закачаешься! Семочка сразу поправится.
Со всеми разговорами про проклятия и мужскую силу юриста Семена Лена совершенно забыла про проблему номер один. И имя ей было – Олег Артурович Томский. Про него в «SeeU» ходили легенды. Лично с ним Фетисова ни разу не встречалась, но слышала столько, что образ сурового управленца стоял у нее перед глазами, как живой.
Рассказывали, что Олег Артурович Томский, человек старой закалки, в далекие девяностые был больше известен обществу и правоохранительным органам как дядя Том. Под дядей Томом ходил весь Пушкинский район Подмосковья, а местные леса скрывали под своей богатой на грибы землей не
