1-го Украинского и 1-го Белорусского фронтов начали грандиозную Берлинскую операцию, которая закончилась полным разгромом фашистской Германии и ее безоговорочной капитуляцией. Тут уж было не до встреч. К тому же и встречаться-то было не с кем. В день похорон Николая Ксенофонтова я и не мог думать, что и Чапичева в это время уже не было в живых: он погиб на несколько дней раньше.
Так и не привелось мне снова при жизни встретиться с Яковом Чапичевым, встретился я лишь с его бессмертным подвигом.
Передо мною потемневший от времени наградной лист на Якова Чапичева. Вспоминая прошлое, медленно читаю штабную прозу. Волнуют и берут за сердце скупые строки о моем друге:
«В боях с немецкими захватчиками показал героизм и служил примером для всего личного состава полка. Тов. Чапичев неоднократно водил бойцов в атаку и побеждал.
Тяжелый бой разгорелся за железнодорожную станцию Гольшмилен. Противник превосходящими силами стал теснить наши подразделения. Когда появился в передовых рядах тов. Чапичев, у бойцов поднялся дух и настроение. Тов. Чапичев увидел, как в сорока метрах встал немецкий офицер и кричал на солдат, увлекая их вперед. На десяток бойцов 4-й стрелковой роты двинулось до ста немцев. Тов. Чапичев с призывом «За Родину, вперед!» поднял своих бойцов в атаку и, на ходу расстреливая немцев, уничтожил до пятидесяти вражеских солдат. Остальные разбежались. В этом бою он был ранен, но не покинул поля сражения».
Читаю дальше:
«…шел упорный бой за Шмидельфельд. Снова тов. Чапичев увлек бойцов в атаку и в этом бою лично уничтожил до тридцати фрицев…»
Конечно, по-другому Чапичев и не мог действовать. Но и это не все. Еще один пример героизма описан в этом документе.
«Девятого марта 1945 года шел бой за завод в городе Бреслау. Тов. Чапичев с одним бойцом, вырвавшись вперед и уничтожив восемь фашистов, загнал немцев на исходные позиции. В этом бою он решил на поле боя показать бойцам, что значит дерзость и храбрость… Он лично захватил двух солдат в плен. На подходе к другому заводу у немцев был один квартал укреплен как крепость. Особенно укреплен был один большой дом. Первый стрелковый батальон пытался занять этот дом, но безуспешно. На поле боя пришел тов. Чапичев. Он увидел, что не хватает у бойцов достаточно смелости, чтобы одним броском занять дом. В беседе с бойцами 1-й стрелковой роты тов. Чапичев сказал, что даже маленькая, но смелая группа может занять этот дом. Бойцы несколько недоверчиво слушали его. Тогда тов. Чапичев с одним разведчиком быстро, под огнем противника, бросился к дому. Они забросали гранатами сидящих у огневой точки гитлеровцев и освободили угол дома.
Рота рванулась на помощь, и начался гранатный бой в доме — в подвалах. Разведчик ворвался в одну комнату, где сидели немцы. Вместе с тов. Чапичевым они в рукопашной схватке убили шестерых гитлеровцев, трое оставшихся стали уходить, отстреливаясь. В это время тов. Чапичев погиб от пули врага…
За храбрость и героизм, проявленные в борьбе с немецкими захватчиками, достоин награждения правительственной наградой — присвоения звания Героя Советского Союза».
И это звание ему было присвоено посмертно.
Мне вспомнились строки из стихотворения Якова Чапичева «Боевая клятва», напечатанного еще в 1939 году. Оно начиналось с волнующих слов, которые стали программными в жизни автора:
Как море рокочет в минуту прибоя,
Как песня в победном бою;
— Быть честным и храбрым советским героем
Я Родине клятву даю!
С поразительной точностью сбылись эти вещие слова. В письме в Крымское отделение Союза писателей начальник политотдела гвардии майор Лебедев сообщал:
«…Вражеская пуля оборвала жизнь пламенного большевика агитатора Якова Иудовича Чапичева.
Бойцы, сержанты и офицеры, страстно любившие своего агитатора, со слезами на глазах поклялись жестоко отомстить немецко-фашистским захватчикам. И свою клятву они сдержали — много фашистских гадов было убито, ранено и пленено.
И сейчас, когда мы завершаем уничтожение окруженной вражеской группировки, на устах у всех бойцов и командиров светлое имя большевика Якова Чапичева.
Недалек тот день, когда салюты Москвы возвестят о нашей полной победе. Распластанная фашистская Германия будет лежать у ног воинов-победителей; мы никогда не забудем тех, кто отдал жизнь за счастье и независимость нашей Родины…
Пусть правда о большевике Чапичеве, о его героизме дойдет до нашей Родины. Пусть на его подвигах воспитывается молодое поколение».
ЖИВЕТ О ГЕРОЕ ПАМЯТЬ
С тех пор как отгремела война, минуло много лет. Людям моего поколения уже не двадцать, а далеко за сорок.
Но всякий раз при встрече с фронтовыми товарищами — в обычный будничный день или в праздничный вечер, расцвеченный огнями салюта, — мы с гордостью и грустью вспоминаем тех, кто отдал свою жизнь за спасение Родины.
И всякий раз память приносит вдруг новые подробности о друзьях, полузабытое становится почти явью.
А время неутомимо летит. Растут наши дочери, мужают сыновья. И люди, которые были близкими для нас, становятся такими же близкими и для них.
Мне хочется рассказать о том, как бережно и свято чтут память героя родные и близкие Чапичева, каким вдохновляющим примером служит она для людей, никогда не видевших, но хорошо знающих подвиги Якова Чапичева.
Когда я впервые писал очерк о Чапичеве, мне ничего не было известно о его семье и родных. Но как только материал был опубликован, сразу же стали поступать письма. Первое пришло в газету «Красная звезда».
«Уважаемая редакция!
31 августа 1963 года, в номере 206-м Вашей газеты под рубрикой «Герои и подвиги» мы прочли статью полковника Борзунова «Три встречи», посвященную памяти поэта Героя Советского Союза Якова Чапичева.
Мы бы хотели, если это возможно, поближе познакомиться с полковником Борзуновым; очень просим Вас сообщить, если редакции известен, адрес тов. Борзунова, так как к Вам обращаются жена и дочь Якова Чапичева…
С приветом Екатерина и Долорес Чапичевы.
Наш адрес: Одесса, В-47, ул. Артема, дом 11, кв. 30».
Письмо из редакции было переслано мне, и я без промедления связался с семьей моего друга. Я сообщил много неизвестных семье фактов о Чапичеве: о том, как бесстрашно вел он себя на фронте, как часто и тепло говорил о семье, которую считал погибшей, о сестре и других родственниках и друзьях. В добавление ко всему я выслал фотографии тех лет, на которых Чапичев запечатлен в кругу сотрудников нашей армейской газеты «В бой за Родину».
В своем ответе жена
