и взвыла:
– Сзади! Да когда же все это закончится?!
Откуда они вынырнули? Не знаю. Снова эти крабокораллы, уже трое. И как быстро они перемещались, сокращая разделяющее нас расстояние! В корявых темно-серых руках – посохи, искрят голубоватыми вспышками маленьких молний… Но Аэдо только ускорил шаг, и я не сразу поняла, что произошло: на пол шлепнулось что-то мелкое, зеленое… Толстянка!
«Все правильно, – мгновенно пришло сообщение, – она слушает и мои команды».
А дальше… Происходило что-то невообразимое. Удаляясь все дальше от того места, где кибербионик упал на пол коридора, я, словно в худшем из кошмаров, увидела, как моя маленькая, но кровожадная толстянка успела ввинтиться корешками в пол. Через несколько секунд она уже оказалась под одетыми в хитиновую броню корпусами «крабов».
«Вот и все», – мелькнула, словно сполох далекой зарницы, мысль.
Я даже не успела разобраться, что значит это «все». Нам – все? Или маленькому кибербионику?
Невольно взвизгнула, когда ярко-зеленые пики, выстрелив прямо из пола, пронзили и хитиновые панцири, и бугристые серые тела. Крабокораллы задергались, хрипя, выплевывая пузырящуюся темную кровь, насаженные на жесткие стебли, словно бабочки на булавки.
«Спокойно», – мигнуло сообщение.
– Ох, – выдохнула я и обмякла на плече Аэдо.
Еще один, последний взгляд – зеленые спицы быстро разрастались, оплетая сочной сетью все пространство коридора, погребая под собой убитых воинов Верховного стора.
Больше я ничего не увидела, потому что Аэдо свернул куда-то в темноту, разбавленную лишь торопливо бегущими световыми импульсами. Я взглянула на таймер: десять минут до взрыва, если, конечно, он состоится.
«Десять минут», – продублировала в сообщении.
«Отлично». – Он не стал тратить силы на то, чтобы говорить.
Свернул куда-то еще раз – и неожиданно мы оказались в светлом помещении, огромном, похожем изнутри на мыльный пузырь циклопических размеров. Неясно, где здесь организовали освещение: свет шел как будто отовсюду – и вместе с тем стены оказались полупрозрачными, и сквозь них были видны далекие модули «Содружества». Аэдо ловко сгрузил меня на пол, поставил на ноги: я только удивленно заморгала при виде обтекаемого, каплевидного транспорта. Не слишком большого, рассчитанного человек на десять.
– Внутрь, – задыхаясь, прохрипел Аэдо.
Его лицо было мокрым, пот заливал глаза, и дышал он… Как может дышать человек, который быстро бежал с другим человеком на плечах?
Не дожидаясь моей реакции, он потянул меня к транспорту: несколько ступенек вылилось прямо от распахнутого люка. Я лезла первой, Аэдо еще и подтолкнул под бедра так, что я едва ли не взлетела к входу. На четвереньках забралась внутрь, затем выпрямилась, одновременно осматриваясь.
Надо сказать, интерьер девиранского транспорта ничем не отличался от того, что соорудил Аэдо в своем личном катере: обзорное стекло, желеистая полупрозрачная панель управления, полное отсутствие кресел. Я шагнула к панели управления, не зная, что делать: то ли пытаться завести это чудо девиранских технологий, то ли дождаться кибербионика и Аэдо, – но Аэдо и тут меня опередил. Быстро шагнул прямо к панели, отстегнул перчатки экзокостюма и положил на нее обнаженные ладони. Его руки ожидаемо втянуло внутрь, но при этом тут же из пола с хрустом полезли кресла и кушетка.
«Таймер, Марго!»
«Три минуты».
MR-12 движением профессионального спасателя уложил на кушетку нашего девиранина. Кушетка тут же выпростала желеистые языки, перепеленала ими мужчину, фиксируя.
– В кресло! – рявкнул Аэдо.
Он поднял транспорт ровно в тот миг, когда я плюхнулась на мягкое еще сиденье. В следующее мгновение меня вдавило в кресло – заработала тяга, и транспорт с устрашающей скоростью двинулся в сторону внешней оболочки.
Зажмуриться бы.
Но я, словно остекленев, те доли секунды просто смотрела перед собой: мгновение – и в обзорное окно виден только космос. «Мыльный пузырь» остался где-то позади. Покосилась на Аэдо. Его напряженные руки лежали на панели управления, само же управление, видимо, шло на уровне команд.
«Таймер, Марго».
«Десять… секунд».
Девять… прости, Кабальди. Я не хотела того, что с тобой случилось. Семь…
– Стор! – крикнула я. – Он не может последовать за нами?
– Он бы не успел отсоединиться от системы в любом случае, – быстро проговорил Аэдо. – Он настолько занят данными, что даже кораблем толком не управлял, все свалил на системы мониторинга и принятия решений.
Он сделал едва уловимое движение рукой по панели, и далекие точки звезд размазались в черноте.
– Небольшой прыжок, – пояснил он вслух, – чтобы не попасть под ударную волну.
– Они говорили, что взрыв не нанесет вреда «Содружеству», что все взорвется… внутри, – шепнула я.
– Возможно. Но нам лучше быть подальше, здесь ведь нет такого защитного поля, как на станции.
Прыжок и вправду вышел очень коротким. Ведомый Аэдо транспорт вынырнул из искрящегося звездного тоннеля через пару секунд – и этого оказалось достаточно, чтобы, развернувшись, наблюдать за тем, что осталось от корабля Верховного стора – да и, собственно, от ближайших к нему кораблей девиранского флота. «Содружество», впрочем, уцелело. По крайней мере, основные модули казались неповрежденными. И еще кое-что изменилось: от даториума осталось лишь облако слабо светящейся пыли.
– Но как же… – потрясенно выдохнула я. И, найдя в себе силы говорить, добавила: – Они же обещали…
Аэдо откинулся на спинку кресла, повернулся ко мне со слабой улыбкой.
– Стоило ли им верить, Марго?
Но в его глазах я увидела грусть. И вспомнила – о том, о чем хотелось бы забыть.
– Как ты себя чувствуешь?
Наш транспорт находился в свободном дрейфе, так что я вскочила с кресла и бросилась к Аэдо. Отстегнула его шлем – а он позволил это сделать – и с ужасом уставилась на кровавые потеки по бледной коже.
– Пока сносно, – тихо сказал он, пристально глядя мне в глаза, – но время уходит.
Я потрогала пластиковые части разъемов, варварски вонзенные в череп, и всхлипнула. Теперь, когда мы временно были в безопасности, внезапно накатила дикая усталость. И ощущение безнадежности и бессмысленности всего. Что, если Аэдо так и умрет на этом корабле?
– Тебя прооперируют. – Я старалась говорить как можно увереннее.
– Не думаю. – Он вздохнул и мягко взял меня за руку. – В пределах Альянса вряд ли делают такие операции.
– И ты знал это с самого начала? – Я бережно погладила его по щеке. – Знал, что все это бессмысленно?
– Это не бессмысленно, Марго. Я и раньше говорил, что смысл есть, пока ты жива. Ну вот. Ты по-прежнему жива. Это делает меня немного счастливее. Вернее, не так. Я ощущаю себя… по-настоящему живым. Это невероятно здорово. И, знаешь, что бы ни случилось потом – оно того стоило, и я ни о чем не жалею.
Он мягко обнял меня за талию, притянул к себе и прижался щекой к моему экзокостюму.
– Просто побудь со мной, пока я еще хоть как-то… тебя вижу и понимаю, – попросил он.
Горло сжалось в болезненном спазме, и я
