в блеске лунного света, по пояс в воде, стояла дикарка. Совершенно голая. На её теле темнели витиеватые татуировки — на спине, вдоль позвоночника, сбоку на правом бедре и на предплечьях.
Я аж остановился. Ещё одна голая девушка в озере. Оно будто притягивало их сюда, чтобы я насладился видом. Хотя не только я один. Сейчас на Нари смотрели ещё двое — Нокто и Пич.
Нари их совершенно не стеснялась.
Для неё это были высшие существа, покровители её племени. Она стояла в воде, на ней был только мерцающий амулет в виде месяца. Девушка повторяла движения за Нокто, а тот стоял на берегу.
Бог Ночи показывал Нари, как правильно призывать силы ночи и луны, чтобы максимально быстро и эффективно использовать амулет. Ну а Пич создавал вокруг озера тени, чтобы мерцания амулета не привлекли внимание издалека.
Зачем надо было заводить девушку в воду и раздевать её догола — мне лично было не понятно. Для лучшей проводимости силы? Или просто поглазеть? Хотя вряд ли древний бог такого класса, как Нокто, занимался бы подобной ерундой. Он не выглядел охочим до голых женщин, как тот же Годфред.
Я постоял в тени дерева ещё немного, но решил не показываться и не отвлекать Нари от тренировки, да и смущать тоже. Всё же я не бог, а человек (пока человек), и она может потерять контроль.
Оставив Бога Ночи и его подопечную, я отправился обратно к башне.
Там для меня уже подготовили последнего пустого морфи. Годфред как раз заканчивал последние приготовления, прислоняя тело слуги к стволу дерева.
Увидев меня, он скривил мину и произнёс с издёвкой:
— Годфред сделал. Всё, как ты любишь, деспот.
Тхаги опять вздохнула и закатила глаза, а Мозарт коротко улыбнулся, что случалось с ним редко.
Я не стал отвлекаться и отвечать на сарказм. На ходу открыл перстень-накопитель и позволил душе Тихироса высвободиться. Она была похожа на пыльное сизое облако размером с двух меня.
— Он будет сопротивляться, чувак, — сразу предупредил Годфред. — Придётся серьёзно попотеть.
Я кивнул и поднял руку, коснувшись ладонью холодного пыльного облака. Медленно направил его в сторону морфи и опустил чуть ниже. Всё было легко вплоть до той секунды, пока душа не коснулась тела слуги.
Тихирос почуял, что сейчас будет, и взбрыкнул.
Облако вытянулось вправо, потом влево, после чего с силой дёрнулось вниз, к земле.
— Не дай ему коснуться земли! — произнесла Тхаги. — Его хозяин — Бог Могил. Он силён и коварен.
Я тут же подставил вторую руку, не давая облаку дотянуться до земли. Снова подтолкнул его вверх, к груди морфи, навалился всем весом. У Тихироса не было шансов от меня сбежать, но сопротивлялся он серьёзно. Если бы он мог сейчас умереть, то сделал бы это, лишь бы не быть слугой.
— Нажмём сильнее, — обратился я к Годфреду.
— Не вопрос! — Тот встал рядом со мной и положил свою крупную ладонь сверху на мои ладони. — Вот так-то лучше, а?
Да, так было гораздо лучше.
Годфред усилил мой нажим вдвое. Причем раньше он никогда так не делал — помогал только на расстоянии.
— Всё же вы хороши, мальчики, отличная команда, — хмыкнула Тхаги, наблюдая, как мы вместе вживляем Тихироса в морфи.
— Она сказала это второй раз, ты заметил? — пробормотал Годфред с усмешкой.
Вот теперь пыльное облако под моими руками уже не могло опуститься вниз, к земле, и призвать на помощь силы своего хозяина.
Я и Гофдред вдавили душу в морфи почти наполовину, потом поднажали ещё и дошли до Рубежа Живого.
— Знай своё место, тухляк! — осклабился Годфред.
А потом над его головой я увидел черную корону. Она мелькнула всего на пару секунд — появилась и сразу исчезла. Но этого хватило, чтобы душа Тихироса утонула в груди морфи окончательно.
Когда мы оба убрали руки, я глянул на Годфреда.
— Ну чего опять? Чего глазеешь?
— Кто ты такой, Годф? Бог чего? Неужели сейчас, когда мы достигли Звёздного класса, ты не можешь признаться? Это ведь ничего не поменяет. Или ты боишься, что я откажусь тебя освобождать и оставлю себе? Как тот Хранитель из пещеры?
Его хитрые гоблинские глазки блеснули в предрассветных сумерках.
— Много будешь знать, плохо будешь спать, чувак. Хе-хе.
— Да пошёл ты, Годф. Мне не до шуточек. — Я скрипнул зубами и повернулся к морфи. — Эй! Тихирос! Можешь не…
Слова застряли в глотке, когда морфи открыл глаза. Зелёные, яркие, с вертикальными зрачками.
Настолько злые, что мурашки пронесли по телу…
Книга 4
Эпизод 19
Морфи выдохнул, из его ноздрей вылетела пыль. Точнее, крупицы праха… человеческого праха. А потом этот прах покрыл одежду Тихироса, будто прилип к ней.
— Мерзкий ты всё-таки, тухляк, — поморщился Годфред. — Откуда вас таких берут.
Тихирос повернул голову и посмотрел на Годфреда.
— Оттуда же, откуда взялся и ты, король. — Он вернул взгляд на меня и улыбнулся. — Значит, теперь ты мой хозяин, маг? Что ж, вынужден признать, ты неплох. Тебе не стыдно подчиниться. Но что-то подсказывает мне, что ты, несчастный смертный, даже не знаешь, что тебя ждёт.
Он явно говорил об Артазаре.
— И что же? — спросил я, глядя в его колдовские глаза.
Тихирос наклонился к моему лицу и прошептал:
— То, чего тебе не избежать. Твоя судьба предрешена. Она была предрешена, как только Утренняя Звезда узнал про тебя. А если он решил, что ты будешь принадлежать ему, то тебе не избежать участи, как бы ты ни сопротивлялся.
Он посмотрел на Мозарта, что стоял чуть дальше, за спиной Годфреда.
— А ты, маленький ястреб с гор, будешь мучиться, как никто. Ты предал нас, приняв сторону человека, который охотится на богов. Он охотится на богов, и ты это знаешь!
Недолго думая, Мозарт нацелился в него из лука.
— Не слушай его. — Я кивнул в другую сторону. — Охраняй тех, кто в башне.
Мозарт был волен не подчиняться моим приказам, но он отправился к башне, больше ни разу не обернувшись на Тихироса.
А тот уже переключился на Тхаги.
— Великая и безжалостная Смерть. — Он поклонился. — Даже ты не остановишь возвышение Артазара. И тебе в его мире не будет места. Ты не удостоишься даже могилы.
В руке Тхаги моментально появилось
