— Дело не в этом. — Сердце девушки сильно забилось.
— Не в этом? — В нежном голосе матери зазвучало удивление. — Тогда это действительно серьезно.
— Видишь ли… короче говоря, все дело в Кровавом Медведе.
Стрелы, что намалевала углем Зеленый Рог, стали вдруг чесаться. Неужели это предзнаменование?..
Мать вздохнула:
— Понятно. Он присматривает за вигвамом?
— Все время. С тех пор как вы все ушли. Он знает, что я созрела. Но… мама… кто угодно, только не он. Я не хочу… то есть…
В темноте мать пододвинулась поближе. Теплая рука обняла Волшебную Лосиху за плечи:
— Мне кажется, я понимаю твои чувства. Тебе отвратительны все мужчины? Или только он?
— Только он. Я думала, что первым будет Ломает-Рог. Он говорил что-то такое — ну, можно сказать, что обещал. Не думаю, что он шутил. Я замечала, что он исподтишка следит за мной. Мне и вправду хотелось бы, чтобы он… Правда. Ну а другие… я им могу и отказать.
— Правильно.
— Но ведь Кровавый Медведь хранит Волчью Котомку. Никто ему ни в чем отказать не смеет. Я не могу… я не дамся ему! Мне не нравится, как он себя ведет. Он делает женщинам больно. Я слышала, что в первый раз пришлось вынести Нежному Весеннему Ливню. У нее кровь потекла… Такого не должно быть. Я не хочу, чтобы мне было больно.
— Тсс! Я понимаю. Если бы я была на твоем месте, мне бы это тоже не понравилось. Мне повезло. Когда я впервые вышла из этого вигвама, я могла выбирать среди чудесных мужчин.
— А я…
— Молчи, дочка. Я думаю.
Для девушки наступило томительное ожидание. Она опять смотрела сквозь щелку в сторону селения. В вигвамах уже зажглись вечерние костры. Конические верхушки жилищ осветились слабым желтовато-коричневым светом. Она хорошо представляла себе, что делается внутри. Люди сидели кружком, смеялись, рассказывали друг другу истории о детстве Волшебной Лосихи, строили предположения о том, за кого она в конце концов выйдет замуж… Большая часть рассказов начиналась словами:
— А помнишь, когда Лосихе было пять лет… А помнишь, как она…
Такие воспоминания могли продолжаться бесконечно.
Зачем же ее душу раздирали холодные пальцы страха? Зачем Кровавый Медведь возжелал именно ее?
— Белая Телка!
— Что?
Мать медленно кивнула в темноте:
— Да, это выход. Я пошлю тебя к Белой Телке. Пока ты там поживешь… Может, Кровавый Медведь про тебя забудет. А может, ты найдешь себе мужа…
— Но зачем мне отправляться к Белой Телке? Я не…
— А где еще ты будешь в безопасности? А? У Быстрого Бегуна? Так Кровавый Медведь попросту отправится за тобой вслед… вдобавок, вся твоя семья живет здесь, так что у тебя не будет никакого предлога, чтобы жить у Быстрого Бегуна. Тебя нужно отправить в такое место, где твое присутствие будет легко объяснить. Жилище Белой Телки прекрасно подходит тебе во всех отношениях.
— А каким образом мое пребывание там можно будет объяснить?
— Об этом уж я позабочусь. Я…
— Но ведь там живут эти Низкие Люди Бизона! Этот охотник! Он может…
— Перестань придумывать! Даже охотник из Низкого Племени Бизона не осмелится приставать к тебе в присутствии Белой Телки. Ты это и сама прекрасно знаешь. Кроме того, тебя будет охранять бердаче — Два Дыма. Вдобавок даже сейчас, хотя уже столько времени с тех пор прошло, люди не забыли об убийстве Резаного Пера. Кровавому Медведю бердаче напоминает о том дне, когда он покрыл себя позором. Уж если куда Кровавый Медведь ни за что не пойдет, так это к Белой Телке.
— Но с какой это стати я туда отправлюсь? Я хочу сказать, разве Кровавый Медведь не догадается, что я от него прячусь? Разве он не отомстит мне за это, когда я вернусь?
— Неужели ты еще на опыте не научилась доверять мне?
— Да… пожалуй…
— Ну и прекрасно. Ты пойдешь за лекарством для жены твоего отчима. Мокрый Дождь заболела.
— Заболела? Но я ее еще недавно видела, и она…
— Знаешь, ты, может, и научилась мне доверять, но мозгов тебе все-таки пока не хватает. К счастью, у Мокрого Дождя с ними все в порядке. Она запросто притворится больной на несколько дней. А твой отчим ненавидит Кровавого Медведя не меньше, чем ты. Ты знаешь, старый Резаное Перо был лучшим другом Одного Броска. Он любил его, как отца. Он поддержит нашу игру. После смерти твоего отца я не вышла бы за него, если бы он был дураком… да еще не любил бы тебя. Так вот как мы сделаем: я тайком принесу тебе дорожную суму, и ты уйдешь. Тропу, что ведет к жилищу Белой Телки, ты знаешь. Торопись, дочка! К утру ты уже будешь на полпути. Если кто-нибудь будет меня спрашивать о тебе, я скажу, что ты отправилась за лекарством для Мокрого Дождя. Я сообщу тебе, когда можно будет безбоязненно вернуться домой.
— А Кровавый Медведь…
— Он слишком глуп, чтобы не поверить.
Не успели звезды переместиться по небу и на ширину ладони, как незаметная в темноте тень выскользнула из менструального вигвама.
Вскоре вслед за дочерью вышла и Стучащие Копыта. Она задумчиво глядела на едва заметную в ночном мраке тропу. Волшебная Лосиха быстро поймет, какое непростое путешествие она решилась предпринять. Идти ночью по малознакомой тропе — да тут у кого угодно душа в пятки уйдет, даже у самого смелого охотника. Ей придется бросить вызов темноте, ночным призракам, а может, и голодному гризли. Все равно: любые опасности не так ужасны, как объятия Кровавого Медведя!
Стучащие Копыта усталым шагом направилась к своему вигваму. Раз Мокрый Дождь изображает болезнь, ей придется поработать за двоих. Обычно вторым женам жилось куда как тяжелее, чем ей у Одного Броска и Мокрого Дождя. Тем не менее она все время невольно чувствовала себя чуждой пришелицей, нарушившей их счастье. Один Бросок и Мокрый Дождь всегда были с ней ласковы и приветливы, но чувство неловкости не покидало ее. Она никогда не сможет разделить их близость. Некоторым людям даровано такое счастье. Казалось, что Один Бросок и Мокрый Дождь так и родились нераздельными половинками единого целого.
Эти мысли заставили ее сердце сжаться от боли и сожаления. Когда-то и она любила так же горячо. Если бы он не отправился в путь той зимой… Весной снег всегда становится опасным и обманчивым. Его тело нашли только в середине лета. Теперь уже никто не заполнит ее душу, опустевшую после его смерти.
Она в последний раз бросила тревожный взгляд на тропу. Опасения за дочь терзали ее сердце. Как страшно началась для нее жизнь женщины!
— Временами я перестаю понимать, почему ты надеешься на этого мальчика. Он проявляет необузданность и злопамятность.
— Это сила его отца, — объяснил из прозрачного золота Спирали Зрящий Видения Волка.
