намерены посадить Вашего мужа. Говорят, кто-то с верху дал команду. Я могу Вам позвонить?
Не успела ничего ответить, как к нам вернулся капитал. Мрачный, как туча. Это не к добру. Достал бумагу из папки, что осталась лежать на столе и протянул мне.
— Передадите мужу, а нам пора. Спасибо за гостеприимство.
— Это все?! — растерявшись, не поверила, что они вот так просто уходят.
— Да, — увидев мою реакцию, капитан ободряюще улыбнулся и подталкивая подчинённого, вышел из гостиной, оставив меня в полном смятение.
Я запрещала себе надеяться и вот результат. Осела на диван, так и не опустив бумагу. Это не может вот так просто закончиться!
Глава 50
Так и просидела минут десять, пока от полных чувств негодования, что переполняют мою душу, не отвлек ворвавшийся лысый охранник. Он осмотрел комнату и подойдя быстрыми шагами ко мне, вздернул с дивана за руку.
— Что ты позволяешь себе?! — вскрикнула от боли в кисти.
— Ты знаешь, что теперь ждёт меня?!
— Меня это должно волновать? — попыталась забрать свою руку, но не сумев, ударила каблуком в носок его туфли.
— Дрянь! — зашипел бритоголовый. — Дешёвая подстилка!
Только и успела увидеть его взлетевшую лапу, как в миг ощутила обжигающую боль на своем лице. В глазах потемнело от такого удара. Как будто в далеке услышала свой всхлип и рухнула на пол, возле дивана, прижав холодную ладонь к пульсирующей щеке.
И где их учат так профессионально бить женщин? Резко, с оттяжкой. Не решаясь встать, посидела пару минут, приводя голову в порядок.
Добравшись до спальни, зашла в ванну и взглянула в зеркало. Вот же ублюдок! Это теперь и тональник не скроет. Включила холодную воду и сняла с себя это чертово платье. Умылась, обжигая горящую кожу и снова вернулась на край ванны.
Под резинкой чулка так и остался храниться конверт от Вадима Сергеевича. Достала и снова покрутила перед глазами. Но сил вникать в него нет. Спрятала в косметичке и сняв белье, зашла под душ.
Не знаю, как буду держать себя в руках ничего не зная о папе с дедушкой, о Матисе и о братьях. И от того становиться страшнее в этих стенах.
Приняв душ, вышла и укуталась в белый, махровый халат. Взглянув на себя в зеркало поняла, что с этим надо что-то делать. Мне необходим лёд и крем для ушибов. Прикоснулась к покраснению на лице. Болезненно, но терпимо.
Дверь ванной распахнулась, выпуская пар. На пороге замер Левицкий и с дикими глазами упёрся в меня. Расплаты мне не миновать. Об этом говорит все, включая напряжённую позу.
Он осмотрел меня и остановившись на моем лице резко изменился. Словно и не было того злого и бескомпромиссного мужчины. В два шага достиг меня и повернув мое лицо за подбородок, осмотрел.
Так ничего и не сказав, развернулся и вышел. С замиранием сердца смотрела, как он уходит. Я ожидала его гнева, ярости. Да все что угодно, но не заботливого взгляда. Не хочу даже думать, что в нем есть хоть капля человечности. Мне все равно до неё не достучаться.
Решив отложить лечение до утра, направилась в спальню. Уже собиралась лечь под одеяла, как услышала шаги за дверью и через секунду в открытой двери появился Игорь Анатольевич с каким-то пакетом и аптечкой в руках. Молча подошел и сел рядом.
— Я не просила!
— Ты моя жена. Никто больше тебя и пальцем не тронет.
Достал лед из пакета и обернув в маленький полотенец, потянулся к моему лицу. Перехватила и чрезмерно резко забрала холодный оберток. Отвернулась и приложила к скуле.
Мне не нужна его забота. Все что происходит сейчас его вина! Его жадность, тщеславие и честолюбие не знают гранит. Он чудовище, что погубил свою жену.
— Пока это не понадобиться тебе, — решилась на безрассудную грубость.
— То, что тебе рассказала полиция не правда, — раскрыв аптечку, достал баночку с какой-то мазью и протянул мне.
— А что тогда правда?
— Я любил ее. Но она была душевнобольной. Наблюдалась у врача, пила лекарства. Срывы были редки, но были. Она просто не справилась со своими эмоциями и выкинулась из окна. Я пытался ее остановить, но не смог.
Достаточно искренно, но я не верю. Видела, как умеет играть на публике. Все мы актеры в этой жизни. Кто-то лучше, кто-то хуже
— Я не верю тебе.
— Я разве просил верить мне? — усмехнулся и забрал мокрый полотенчик из рук. — Ты можешь ненавидеть, призирать, бояться, но это уже ничего не изменит. Тебе придется смериться и подчиниться мне. Со временем ты поймёшь, а если нет, то привыкнешь.
— Я ненавижу тебя! — слеза обожгла саднящую щеку.
— Знаю, милая. Я усилил охрану, так что не глупи. Ложись спать, буду поздно.
Поцеловал в лоб и вышел, прихватив аптечку. Смериться? Никогда! Подчиниться? Да он сумасшедший!
Неужели правда то, что он рассказал про жену? Тогда он может выкрутиться из-под обвинения. Но Вик сказал, что есть неоспоримые доказательства! Я теряюсь в сомнениях. Мне просто страшно от неизвестности.
Глава 51
Михаил Орлов
Я знал, что мои адвокаты сожрут их доводы даже не сбрызнув жалкие бумажки кетчупом! Только все это заняло целую ночь. Ночь, на которую я рассчитывал. Женя должна была уже нежиться на солнышке в другой стране. Слабая надежда и все же, надеюсь, что она не под крылом Левицкого, который вооружился. Это война, не иначе.
Меня всё бесит. Ещё этот горелый вкус кофе, что остался на моем языке. Как они его пьют?
Только вышел из участка, как мой телефон подал признаки жизни.
— Да?
— Свободен? — угрюмый голос Виктора не придает оптимизму.
— Физически. Богданов уже растрепался. Всегда подозревал о его любви ко мне. Ты первый, кто до меня дозвонился. Рассказывай.
— Рассказывать
