— Борсайд, отпустите дам, давайте поговорим как благородные люди…
— Дамы, — перебил речь консорта гнусной ухмылкой тот, кого назвали Борсайдом, — сейчас я вас отпущу, но если вы попытаетесь уйти, брошу на пол этот флакон.
С моего места не видно, чем он там угрожает, мне вообще из-за высоких причесок и пышных кружевных воротников почти ничего не было видно, но, судя по тому, как смолкли и боязливо отхлынули от шантажиста гости, в его руках находилось нечто поистине опасное.
Стараясь не привлекать внимания агрессивно настроенного лорда, я начал осторожно пробираться к нему между гостей, замирая каждый раз, как его решительное лицо поворачивалось в мою сторону. Дамы, так и не решившиеся отстраниться, побледнели до синевы и едва стояли на ногах, начиная понемногу заваливаться на злодея. Похоже, милорд недостаточно продумал последствия своих действий: если заложницы хлопнутся в обморок, сам он будет открыт для атаки стражников.
Краем глаза я заметил, как, ступая неслышно, по-охотничьи, сзади крадется к нему ре Десмор, пряча за спиной увесистый хрустальный графин, оправленный в черненое серебро, и ускорил движение. Если в момент, когда Рамм решит приголубить злобного милорда графином, рядом не будет никого, кто бы подхватил падающий из его рук предмет, наверняка стрясется беда. Осталось совсем немного, обогнуть седого лорда, крепко прижавшего к себе в напрасной попытке уберечь молодую даму, очень похожую на него, как дорогу мне преградил шагнувший вперед Зигель.
— Дорогой Дрежер, разреши, я тебе помогу, — учтиво предложил он с самой любезной улыбкой и, воспользовавшись мимолетным изумлением Борсайда, крепко вцепился во флакон.
И в тот же миг Рамм резко опустил на голову заговорщика свой графин. Двое охранников, больше всего похожих на переодетых наемных убийц, бросились к своему падающему господину, но я не стал ждать, пока они доберутся до него или до моих друзей. Пара дротиков остановила наемников, и публика, и без того напуганная развернувшимися на их глазах событиями, так стремительно рванула прочь, что отпала необходимость в каких-либо объяснениях.
— Что это такое? — проследив, как Гийом осторожно опускает загадочное зеленое зелье в шкатулку, обитую изнутри мехом, спросил Зигель, опередив меня всего на секунду.
— Золотая плесень, — мрачно пояснил консорт, — страшная штука. Слышали про такую?
Разумеется, я слышал, но никогда не видел. Клара упоминала о крошечном фиале, хранящемся где-то в тайниках ковена. Но не могу понять, на что рассчитывал безумец, если сейчас ни у одного лекаря нет средства от этой смертельной заразы, использовавшейся в древние времена как оружие против орков и перекроившей все карты мира?!
Теперь от некогда многочисленных агрессивных племен, живших в хорошо укрепленных городах в Гиссарских степях, не осталось и следа, города разрушились от времени, и даже степи постепенно превратились в пустыню. Остались лишь легенды, выразительные и малопонятные ругательства да странные вещи, изредка всплывающие в самых неожиданных местах. Ну и еще осторожные рассказы кочевников-хаиннов про свет таинственных костров, в очень ясные зимние ночи виднеющийся далеко на западе.
— Гийом, — понял я наконец причину своего беспокойства, — нужно бы обыскать главу совета. На нем не было пояса с оружием, мне еще тогда это показалось подозрительным.
Монах побледнел и, бросив Ганису через плечо указание выпроводить из замка всех гостей и ненадежных стражников, ринулся обратно в кабинет. Разумеется, я мчался рядом с ним, а когда внезапно расслышал догоняющее нас странное эхо и оглянулся, то заметил бегущих следом друзей.
— Похоже, тут было очень весело, — едва рассмотрев разложенные по спальне тела, насмешливо фыркнул Зигель, — жаль, мы не знали, куда идти.
— Они все живы? — опасливо оглядел лордов Рамм, заметив на покрывале капли крови.
— Живее, чем твой сосед, — откликнулся я, с тревогой наблюдая за чуткими руками монаха, бережно ощупывающими чужие карманы, — ну что?
— Только это. — Монах осторожно подцепил застежку овального футляра, и крышечка с легким звоном открылась.
Движимый неукротимым любопытством, я заглянул внутрь и разочарованно вздохнул. Девушка, изображенная на вставленной в шкатулку миниатюре, без сомнения, очень миленькая, вот только я ожидал увидеть нечто совершенно иное. Что-то вроде той плесени, а еще лучше какой-нибудь свиток с важными записями. Чтобы можно было сразу предъявить обществу и герцогскому суду в качестве неопровержимых улик заговора.
На побелевшие пальцы монаха, с силой впившиеся в изящную отделку шкатулки, я, к стыду своему, обратил внимание не сразу, а когда встревоженно поднял на него вопросительный взгляд и разглядел трясущиеся губы, сразу сообразил, что сильно ошибся. Эта шкатулка была не просто футляром для портрета или важной уликой, она была ключом к какой-то очень важной тайне. Тайне, которая могла заставить лорда Антора покориться решению совета вернее, чем пузырек с золотой плесенью.
ГЛАВА 15
Это хорошо, что осталось столько еды, размышлял я, отвалившись от тарелки и пресыщенно разглядывая заставленный праздничными яствами стол, еще пару дней не придется беспокоиться о продовольствии. Хоть на одну проблему, да меньше, если не считать освобождения меня от звания командующего.
Лорд Антор, категорически отказавшийся отвечать на мои вопросы, пока не разберется с самыми насущными проблемами и не пообедает, несколько минут назад наконец-то взял бразды правления в свои руки, просто осчастливив меня этим решением. Ну не в моем характере одновременно думать о десятке различных хозяйственных дел от количества мешков муки, оставшихся в кладовой, до мест, где нужно обязательно поставить посты охраны.
Правда, с последним просто отлично справлялся Ганис, повысивший до майоров четверку надежных гвардейцев и четко распределивший между ними обязанности. Теперь один из них отвечал за ворота, двое за обращенные к городу стены, а воины последнего патрулировали дворцовый парк.
Мое слегка притупившееся от плотной трапезы внимание привлек взрыв смеха, донесшийся от столика с десертом, стоящего на освещенной закатным солнцем террасе. Там расположились принцессы, успевшие пообедать к тому времени, как я добрался наконец до столовой. Разумеется, Зигель с Раммом были в самом центре цветника, и это именно они усердно развлекали принцесс. Оглянувшись на новый всплеск веселья, я нечаянно заметил настороженный взгляд Гийома, украдкой наблюдающего за веселящимися дочерьми.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
