читала, что кучу наград получил.
Это произнесла Оля, сидящая в кресле. Рядом откинулась на спинку Лариса, а между ними… правильно – Катя на подлокотниках кресел. А сам он вдруг невероятнейшим образом оказался на диване. Миша отошел от телевизора, на экране которого под звонкие фанфары блуждали лучи прожекторов.
– Вы уже вернулись? – спросил ошарашенный Женек.
– Чего? – отозвалась Оля, не поворачивая головы.
– Всё? Сходили в туалет?
– А нам и не хотелось.
– А захочется – тут есть пауза, прикинь, – добавила Катька, подкалывая.
Пошла картинка, и стало ясно – «Титаник».
– Я это уже видел! – вырвалось у Жени. Он даже спрыгнул с дивана, указывая на экран.
– Жень, ну, это просто заставка, она одинаковая у многих фильмов, – посмеиваясь, объяснила Лариса.
А Оля стрельнула взглядом, как умела, чтобы лишний раз не называть идиотом. Он хотел запротестовать, но помедлил. Он нажал кнопку, но что было дальше? Когда они вернулись? И чем все закончилось? И зачем они смотрят это снова?
Однако минут через десять Катя возмущенно буркнула:
– Это что, передача Жакив Куста? Я думала, будет, как они плыли и в айсберг врезались.
– Да будет уж… наверно, – успокоила Оля. – Всё, тихо.
Не «зачем», а «почему». Почему они смотрят это как в первый раз?
«Кнопка. Я отмотал назад. Отмотал обратно… время», – осознал наконец Женек.
И обрадовался.
Вау! Вот это аппарат! Крутотень!
Тут же повспыхивали вопросы: «А как далеко он отматывает? Это работает только с «Титаником»? Это работает только со мной? Если нет, замечу ли, когда кто-то такое повторит? А может, он уже это сделал…»
Все шло, как шло в первый раз. Оля с Ларисой восхищались роскошной шляпой Роуз. Катя слезла на пол, ближе к телевизору. Миша спустя пятнадцать минут ушел в соседнюю комнату. Женька подмывало выпалить, что будет в фильме в следующий момент. Однако вместо этого он тихо спрыгнул с дивана и направился к Мише. Олька заметила:
– Отматывать назад… – сердце его замерло, – не будем, – предупредила она.
– Хорошо, хорошо, – вякнул он и слинял в Мишину комнату.
Брат упражнялся с гантелями.
– Что, заскучал? – спросил, не прерываясь.
Женька пожал плечами:
– Мне нравится, когда айсбе… – тут он прикусил язык и поспешил замять оговорку. – А откуда, Миш, у вас видик?
Брат, правда, все же глянул с прищуром.
– Купили.
– Да? А где такие продаются? – в самом деле стало интересно Женьку.
– Какие «такие»? – уточнил Миша, позабыв на миг о гантелях.
– Ну… вот такие, – кивнул Женя в сторону зала.
Брат, покачав головой, опустил снаряды на пол и поглядел с хитрецой:
– Нажал на перемотку, малец?
Сердце ёкнуло, челюсть отвисла. Потупив взор, Женек выдохнул:
– Ага.
Миша усмехнулся:
– Какой раз смотришь?
– Второй.
– Это ладно. – Он снова взялся за гантели. – Я как-то пять раз крутил. С девчонкой смотрел «Привидение», вот и отматывал, пока не получилось.
– Что получилось?
– Что? Маловат ты еще такое знать, – заулыбался Миша.
Женек дернул плечами. Подобрал с пола гантель поменьше и тоже принялся работать рукой, сгибая в локте.
– И что, она не заметила?
– Не-а. Замечает только тот, кто нажимает, – сказал, точно секрет раскрыл. – Ты, может, и не первый раз ко мне зашел, если кто-то из девчонок… сам понимаешь.
– Ну а где… вы купили?.. Миш?.. Не расскажешь? – выдавил Женька сквозь сжатые от натуги зубы.
– Ладно, братанчик. История, кстати, интересная… – Миша плюхнулся на стул, тот раздраженно скрипнул. – Расскажу, но при одном условии – все это время ты должен будешь упражняться, раз уж взялся за гантельку. Идет?
– Идет, – буркнул Женька. Снаряд в руке разом потяжелел вдвое. Но согласился даже не из-за истории – ну, действительно, какая разница, где купили видеомагнитофон, главное, он уже есть, а купить себе такой же Женек все равно бы не смог. Просто стыдно было отказываться и выглядеть слабаком и трусливым мальчишкой.
– Хорошо. Поехали. В общем-то, был я в тот день один. Без предков, без Маши. Погуляли с другом в Комсомольске, переночевал у него и на следующий день собрался домой.
Миша последил внимательно за никудышной техникой Жени, он сменил уставшую руку.
– И вот стою я на автостанции, жду автобус. И вдруг случайно замечаю у входа в вокзал интересного мужика. Сидит он себе на скамеечке, а мне его лицо вроде знакомо. Но кто он такой, почему я его знаю, никак не вспомню.
Брат снова взял паузу. Женек злился, едва не скрежеща зубами. Рука ныла и грозила отказаться слушаться. Ладонь вспотела. Хотелось взяться за гантель обеими руками. А тут еще Миша подошел, поправил положение руки, отодвинув локоть от груди, куда тот упирался.
– Думал, гадал минут десять, наверное, – продолжил он. – Мужик уже просек, что я на него глазею. И тут вдруг – бах! Озарение! Вспомнил. Брюс Уиллис. Ну точно! Одно лицо, прикинь.
Он с некоторым сомнением глянул на Женю:
– Знаешь Брюса Уиллиса? В «Крепком орешке» играл. Еще «Детективное агентство «Лунный свет» – по ОРТ сериал…
– Знаю – знаю, видел, – оборвал Женек. И перекинул уже неподъемный груз в другую руку. Но и та после пары движений заработала в полсилы.
– Чередуй упражнения, малец, давай вверх над головой, – скомандовал брат. – И вот я, значит, вспомнил, узнал. И дернуло меня, подошел к нему и говорю: «А Вы знаете, что ужасно похожи на Брюса Уиллиса, актера из фильма «Крепкий орешек? Прям точь-в-точь он, знаете?» Мужик рассмеялся очень весело. Мне самому смешно стало. А потом он меня, значит, рукой манит и тихо так говорит: «Вижу, – говорит, – ты кино любишь? Хочешь, – говорит, – продам видеомагнитофон по дешевке?»
– А-а, ясно, – протянул Женька и бессильно опустил руки.
– Не-не, погоди, не всё еще, – усмехнулся Миша. – Ладно уж, возьми обеими руками. Вверх и перед собой. Да, вот так. Слушай дальше. «Какой магнитофон?» – говорю. А мужик достает из сумки под скамейкой этот самый аппарат. «Видеомагнитофон, – говорит, – «Радуга», не новый, но всё работает». Я, главное, думаю: «А чё бы нет?» И мысли даже не было, вдруг обманывает, металлолом втюхивает. Не знаю, глаза у него больно честные. Думаю, значит. И, конечно же, тут мой автобус и подъезжает. «Сколько?» – говорю. Мужик улыбается: «Да сколько есть?» Я честно глянул в карманы, что осталось после клуба. «Четыреста семьдесят два рубля», – говорю. «Вот, – думаю, – обломается мужик». «Забирай», – мне говорит и протягивает видик…
Женек забыл про упражнение, замер с запрокинутыми за голову руками. Да и Миша уже за этим не следил.
– Гляжу, значит, на деньги. «Ну, – думаю, – батя-то меня прибьет! Притащу рухлядь нерабочую». А мужик говорит что-то вроде: «Не парься, такое уже
