Читаем без скачивания Боевик-универсал - Игорь Дравин

— Третий мечник и шестой маг гильдии охотников, — вспомнив полигон, ответил я.

Третьим мечником я стал сам — при помощи гвардейца, Матвея и котов. А вот если отнять у меня холод и цепь стихий, то я буду только десятым или двенадцатым магом. Хотя все равно по сумме многоборья я и без этих девайсов вхожу в десятку лучших бойцов гильдии охотников.

— Тихий, а из охотников еще никто не хочет стать рейнджером? — спросил Эйт. — Такие подготовленные кадры нашей гильдии нужны. У охотников и так много сильных бойцов, пускай поделятся с нами!

Тихий смех всех присутствующих. Тихий смех успокоившейся Эллины. Ребята все прекрасно понимают. Молодцы. Эллина, не быть тебе Несмеяной.

— А теперь еще одно уточнение коварного плана девушек, — начал я. — Арна становится блудницей и идет внутрь кабака. Знакомится со своими товарками, спрашивает о местных мамках, узнает существующие расценки и ждет роскошного меня. Кстати, я буду богатым смертником, который только что приехал в поселок. Арну вообще здесь никто не должен знать, а я буду в новом типе брони, которой нет у рейнджеров. Мы пьем, я распускаю руки и так далее. Потом я спорю с Арной по поводу цены ее услуг, и она начинает небольшой скандал с пьяным мной, призывая всех посетителей корчмы в свидетели. Тихий заходит на шум и останавливается на пороге трактира. Отвлекает на мгновенье внимание, а в это время мы пакуем двух шалунов внизу. Эйт Ветер занимается третьим недоноском, а Эллина ждет сигнала от Тихого снаружи корчмы. За ее жизнь отвечает Конт Липкий. Остальные каратели перекрывают все щели снаружи трактира на всякий случай. Только толпы рейнджеров нам внутри заведения не хватало! Кстати, никто из баросцев не должен уйти при любом раскладе. Всем все ясно?

Счастливые глаза Арны и Эллины. Довольные их видом рейнджеры. Девочки, мое умение торговаться отшлифовали Дуняша и один вредный гном-малолетка по имени Керин. Если бы я предложил это вам сразу, то был бы скандал. А так — вы счастливы. Доволен и мангуст. Зря мы с ним переговаривались пальцовкой, что ли? Зря он так посадил Эллину в один угол, а я Арну — в другой? Остальные рейнджеры наш разговор на пальцах видели и от души восхищались спектаклем.

— Вперед, — озвучил гениальную мысль мангуст.

Вод, приготовься к работе.

— Котик, ты пьян, — заявила мне роскошная блудница и прижалась грудью к моей руке.

— Пьян, — согласился я и в несколько глотков осушил третий кувшин вина.

Удобная штука салад [48]без нижнего забрала. То, что я сижу в полной броне, никого не удивляло: здесь довольно опасные места, и хвастун может смело демонстрировать свое богатство, не опасаясь обвинения завистников в трусости. Трактир был полон смертников и девок, которые с восторгом смотрели на бахтерец и все остальное. Даже клинки я вынул из ножен, когда объяснял собутыльникам, какой я богатый, что могу позволить себе такой доспех и такие мечи. Народ, который уже был в курсе цены подобных игрушек из булата, только качал головой. Стоимость моего костюма и всего остального равнялась стоимости хорошего поместья. Очень хорошего. Ясно, почему новая шлюха сразу положила на меня глаз. Кстати, и блудница была великолепна. Роскошное тело, прелестное лицо, грива изумительных волос спускается до очаровательной попки красавицы. Никого равного ей в корчме и близко не было. Кстати, я почти соврал. Глаза смертников и девок не прилипли ко мне, а перебегали с меня на Арну и обратно. И в тех и в других взглядах была жгучая зависть. Такое железо, такая девушка — и все этому недоноску; или: такой мужчина — и все этой шлюхе!

— Трактирщик, — заорал я, — неси еще вина за наш стол.

— А у тебя сил-то хватит? — скривила мордочку Арна. — Смотри, я девушка горячая, и деньги для меня — в постели не самое главное.

— Выдеру тебя так, что никогда не забудешь, — ответил я с громкой отрыжкой.

Вод, как у тебя дела?

— Все вино переведено в воду.

Хорошо, я осушил еще один кубок. Вод, тебе нужно работать в вытрезвиловке.

— А где это? — заинтересовался дух стихии.

Потом расскажу. Кстати, мои собутыльники, перемигиваясь между собой, глядя на мою нетрезвую тушку, уже начали делать Арне неприличные намеки. Сволочи, я пригласил их за свой стол, угощаю на халяву, а они отбивают девушку у пьяного меня! Хотя я их понимаю. Одно из платьев Эллины, которое она себе заказала после моего подробного объяснения девушке про интим, производило на теле Арны убойное впечатление. А если учесть еще и небольшую доработку ножницами, иголками с нитками и магией, которую в темпе произвели волчица и Эллина, то получился полный улет. Все-таки Арна была попышнее магини и выше ростом. Если бы Арна была полностью голой — и то бы не производила столь убойного впечатления, как своими полуоткрытыми, распирающими платье и вываливающимися из него прелестями. Какое декольте, какие разрезы! Фантазия всех мужиков, находящихся в местном баре, работала на двести процентов. И это было самое главное. Обнаженное тело, где не видишь заманчивых тайн, так не действует. Так, а где эти сволочи? Долго мне еще переводить столь хороший продукт? Сколько им можно проверять обстановку в зале?! Все здесь в порядке, трусливые вы наши.

— Один золотой, котик, — и я весь день твоя, делай со мной что хочешь, — выдохнула обнадеженная моим громким заявлением Арна, прижимаясь ко мне, одновременно убирая руку одного из моих собутыльников со своего бедра.

Вот шалун, а второй что творит! Типа перегнулся через стол за догонкой, а сам успел мимолетно приласкать грудь Арны.

— Сколько?! — Я оторвал свои глаза от рассматривания пустого кувшина и посмотрел на наглую шлюху. — Да за эти деньги я десять девок себе закажу! — взревел я.

— Заказывай, если сможешь! — фыркнула блудница и села на колени к первому моему собутыльнику, открывая мне вид на лестницу.

Так, двое слуг Проклятого спустились со второго этажа и сели в трех метрах от нас за свободный стол друг напротив друга. Это они — иллюзия Конта была качественной, ошибиться невозможно. А волчица правильно выбрала себе позицию и засекла их первой. Так она одним прыжком сможет достать кого-то из них.

— А чего ты уселась к нему? — недоуменно спросил я.

— Ты же отказался от меня! — усмехнулась волчица. — Чего мне терять с тобой время?

— Я не отказывался, а только уточнял расценки!

— Правильно поступила, Арита, — сказал этот гад, презрительно на меня смотря. — Ты все равно уже ничего в постели не сможешь. А я смогу еще и заплатить за любовь такой феи.

Вот гад! Куда он сунул свою руку?! Арне же будет неудобно атаковать с таким довеском в своем лифе. Блин, только бы она не взбесилась, учитывая ее отношение к мужчинам. Пора срочно начинать работу.

— Тогда оплачивай то, что выпила эта шлюха, ты сам и твой друг! — выдохнул я винные пары в его наглую морду.

— Что?..

Двое благородных смертников от удивления прекратили лапать Арну и положили руки на эфесы своих игрушек. Не вполне их понимаю. Что вообще они себе позволяют в отношении меня? Если хотите халявы, так ведите себя прилично, нет — пшли вон из-за моего стола и оставьте в покое Арну, свою роль она давно отыграла полностью. А залезть на елку, попку себе при этом не испачкать, и все за мой счет — так извините и подвиньтесь.

— Ты нас сам угощал! — Первый собутыльник столкнул Арну со своих колен.

Корчмарь перестал протирать стаканы — значит, Тихий уже на подходе. Арна повалилась в проход между столами и подкатилась к шалунам с Бароса. Я привстал со скамьи и обрушил удар латной перчатки на голову первого сластолюбца.

— Убивают! — завизжала Арна, вставая с пола и оказываясь рядом со столом темных туристов.

Второй собутыльник получил от меня прямой левой прямо в свой аристократический нос. Шлем нужно нормальный иметь. Путь свободен. Раз.

— Что здесь происходит?! — заревел с порога мангуст.

А почему все смотрят на него? Трехгранные стилеты Арны пришпиливают кисти одного хулигана к столу, и она отпрыгивает в сторону, освобождая мне направление удара. Два.

Водяные плети, вырвавшиеся из моих рук, отсекают верхние конечности второго туриста с Бароса. Три.

Грохот на втором этаже. Эйт начал веселиться. Всплеск магии, из ушей двух убийц плеснула кровь. Работа мангуста-кровососа. Четыре.

Два инсульта отправляют темных в категорию полных инвалидов. Грохот на втором этаже стих, ругань Эйта. Третьего туриста не получилось взять живым: уж сильно громко матерится Ветер. Пять.

Ошеломленные и ничего не понимающие лица смертников и шлюх.

— Чисто! — орет мангуст скучающим на улице братьям и одной девушке.