Читаем без скачивания Боевик-универсал - Игорь Дравин

— Смотри, — прорычал я, стискивая ее плечи.

Дуняша, волчицы и Ната. Ната, я не хочу, чтобы из-за меня погибали не просто близкие люди, а те, кто меня искренне любит как мужчину. Все волчицы относились ко мне дружелюбно. Все, а она — любила. Для меня давно не было секретом ее чувство. Я даже мог с точностью до дня определить начало его возникновения. Но ничего дать ей взамен я не мог. Ната. Единственная, кто смог прийти в себя в погани и спасти меня, а потом умереть, спасая других. О себе она не думала. А я? Я предпочел не понять ее намека месячной давности. Ната тогда как бы в шутку заявила, что готова бросить все и уехать со мной куда угодно. Она была готова, а я… Я предпочел не понять. Я посмеялся. Теперь не смешно. Совсем не смешно. Дуняша, Ната, волчицы…

— Прекрати! — прошептала Эллина.

И никто не будет тебе бросаться на шею после возвращения из погани. Ни волчицы, ни Дуняша. Ты будешь приходить, а тебя буду встречать только я. Ведь это главная причина. Остальные решаемы.

— Хватит! — раздался всхлип, и чужая дикая боль пронзила меня.

Я отпустил Эллину, и она мешком свалилась у моих ног. Вдохнуть, выдохнуть. Повторить. Еще раз повторить. Еще раз. Что это? Я посмотрел на рыдающую у моих ног девушку. Я — баран. Я подхватил ее на руки и прижал к своей груди. Блин, в спальне Эллины шел снег. Я — баран в квадрате!

— Успокойся, подруга, — прошептал я ревущей девчонке на ухо. — Успокойся и прости меня.

Я гладил ее волосы и носил по комнате. Шло время, и рыдания заменились всхлипыванием, а потом и шмыганьем. Потом ее руки обняли меня за шею и втиснули хрупкое тело мне в грудь.

— Как ты смог это пережить? Как ты живешь с этим? — прошептала Эллина.

— Просто смог, — улыбнулся я, — и просто живу. Мертвых не вернешь. Помогать и оберегать нужно живым и живых. А за тех, кто ушел, нужно просто мстить. А чем я еще, по-твоему, занимаюсь? Вышиванием крестиком?

Молчание.

Судорожный смешок.

— Я буду жить — и буду мстить, — наконец прошептала Эллина. — Отпусти меня, Шутейная Молния. Отпусти меня, друг. Я впервые с того дня засну спокойно.

— Спи, — улыбнулся я, — а утром мы поговорим кое о чем. Мне будет нужна твоя помощь.

— Тебе… — усмехнулась Эллина. — Я никогда в это не поверю, Лед. Убийца Льдом и тем, что было тебе дорого, тем, что изорвало твое сердце. Ты этого не смог понять, а я почувствовала.

— Поверишь, — пообещал я, опуская ее на кровать, — и я — не Лед. Сама заснешь или помочь? Сними свою защиту.

— Я все-таки магиня, Далв. Прости меня. Я полная дура, а не повелительница разума. Ты завтра уезжаешь?

— Да, — ответил я. — Заеду в пару мест, а потом отправлюсь в Белгор.

— Понятно, — пробормотала Эллина и мгновенно заснула.

Спи, я укутал ее одеялом и вышел из спальни. Спи, и пусть тебе приснится он. Пусть ты вспомнишь, как была счастлива. Мне часто снятся такие сны. Я распахнул дверь гостевой спальни.

— А где одна наглая шлюха? — поинтересовался я.

— Может, потом? — пробормотала сонная Арна.

— Охотник сказал — охотник сделал, — усмехнулся я. — Сейчас ты покажешь мне все, чему тебя научили в портовых борделях, блудница.

— Это в Белгоре, в постели с тобой, что ли? — хмыкнула волчица. — Тогда одного золотого тебе не хватит, благородный.

— Сегодня у тебя субботник, — успокоил я волчицу, — а за благородного ответишь дополнительно. Кстати, когда у тебя все закончится с этим благородным, блудница, то с тебя десять золотых, и я не торгуюсь. Деньги готовь — и вперед на баррикады.

— Натурой в своем замке возьмешь, — ухмыльнулась Арна. — Завтра, вернее, уже сегодня мы ведь возвращаемся.

— Не сразу, — поправил я волчицу. — Эллина должна мне помочь разобраться с головой. Я ведь хочу всех котов сделать убийцами магов.

— Это великолепно, — стал кусать бороду проф. — Эту выжимку твоих умений я и сам могу вложить в голову Рысям. Кто она такая, Влад?

— Подруга, — устало произнес я.

Какого черта?! Я очень устал и хочу спать! Утром Эллина меня препарировала, когда я находился в трансе убийц магов. Ни во что остальное она не лезла. Вру, кое-что еще из методики подготовки Черных драконов во время моей утренней разминки она тоже вытащила. Магиня дала слово, а я потом все проверил. Уж на это моих умений, переданных мне Четвертым в магии разума, хватило. Эллина препарировала только те участки моего мозга, которые были задействованы в трансе. В который раз я поругался со своей паранойей. Девчонка полностью пришла в себя и понимала, что она делала. А слову Эллины я верил, а еще больше я верил ее глазам. Они молили о прощении, и я не знал, как его ей дать. У меня не было слов. Потом был переход с Арной, потом встреча с постом котов, которые умудрились уже добраться до портала в Декаре. А потом опять переход, и только ночью я прибыл в свой замок. Проф тут же взял меня в оборот. Маньяк научный! Кто так делает?! Накорми, спать уложи, а утром допрашивай. Что за манеры?!

— Влад, ты меня слышишь? — опять спросил Колар.

— Слышу, — пробурчал я и почти проснулся.

— Это гениально, — взвизгнул проф. — Познакомь меня с ней!

— Владу нужно спать, — вскинулась Ерана. — Завтра с ним обсудите всю гениальность некой магини.

— Ераночка, — залепетал Колар, — это просто наука!

— Ты меня хочешь бросить, — всхлипнула магиня. — Ты меня хочешь опять выгнать, а потом заниматься наукой с другими магинями. Бросай, я ведь полностью изуродована пытками Дикса. Я ничего не могу, я сломана!

Ерана зарыдала. Представление начинается. Проф стал бегать вокруг Ераны и уверять ее в том, что он не имел в виду ничего такого и даже и не думал об этом. Я отпальцевал Арне. Не понял, я ставлю на полчаса. Какие пять минут?! Быть того не мо…

— Ераночка, — встал на колени проф и прижался губами к руке моей ученицы, — будь моей женой. Я никогда тебе не изменю, и я никогда не посмотрю на другую магиню!

Твою тещу! Я проиграл целых пять золотых! Кто ж так быстро сдается таким откровенным манипуляциям?! А еще гений теоретической магии! Блин! Хрен вам всем!

— Я запрещаю обсуждение данного вопроса в любой форме всем ученикам школы Джокер, — сказал я и развалился в кресле.

Хрен вы о чем-то договоритесь. Клятва на крови — это супер.

Что тут началось! Проф и Ерана стали смотреть на меня такими глазами, что я не выдержал.

— Хорошо, — сдался я, — будем обсуждать этот вопрос, и я соглашусь со свадьбой двух моих учеников, вернее, ученика и ученицы, ровно через двадцать восемь минут.

— Это нечестно! — взвизгнула Арна.

— Кстати, — продолжил я, не обращая внимания на выкрики из партера зрительного зала данного спектакля. — Ерана, ты хочешь, чтобы я повел тебя в капеллу, как твой ближайший родственник?

— Да, папочка, — закричала магиня и начала прилюдно целовать профа.

— Деньги гони, — сказал я волчице и злобно ухмыльнулся.

— Ты — шулер, — прошипела Арна. — Кстати, я нищенка и нахожусь на твоем полном обеспечении. Ты же мне не дал заработать на хлеб своим телом в третьем поселке. А какие там были мужчины!

Блин, обошли. Ничего, я свое возьму.

— Тогда компенсация проигрыша, — усмехнулся я. — Охотник сказал… а дальше знаешь сама.

— Какая компенсация? — насторожилась Арна.

— За каждый золотой — полчаса пытки пером, — ощерился я. — И будь уверена, что так легко, как в прошлый раз, ты не отделаешься.

— Третий, — завизжала Арна, — дай мне пять золотых, или я покончу с собой! Ты же мой телохранитель! Так охраняй мое тело.

И тут обошли. Третий не мой ученик, а жалованье я плачу Рысям регулярно. Ничего, волчица, все равно буду тебя пытать, издеваться и так далее.

Дуняша, сидящая в углу малого зала, просто неприлично смеялась. Вернее, смеяться она начала, когда Ерана взнуздала профа, а сейчас сестренка просто ржала. Вот женщины!

— Леди, — я предложил руку Арне, — вы не хотите посмотреть на гобелены в моей спальне?

— А куда ты денешься! — усмехнулась волчица и вернула Третьему один золотой. — Проводите меня, граф. Кстати, котяра, а у меня есть всего четыре золотых, и попробуй не сдержать своего слова.

Попал. А придется выполнять. Охотник сказал… и так далее. А Третьему я оклад уменьшу. Дуняша начала сползать со стула. У нее брюшко от смеха не лопнет? На выход!

— Котяра, — прижалась ко мне на лестнице Арна, — может, хватит играть? Хотя если это тебя возбуждает…

— Давай поспим, — вздохнул я, — а долг я тебе отдам после. Договорились?