матери и девочке третьей, либо идти вниз – раскладывать кресло-кровать. Но там на диване располагался Корней, а оставаться с ним наедине не входило в Машины планы. Легонько вздохнув, она прилегла на краешек кровати, к счастью, довольно широкой.
Сон не шел. Маша прикрыла глаза, но перегруженный эмоциями мозг не выключался. В голове проносились обрывки событий, как картинки в калейдоскопе. Маше представлялись шелковые морды коней, ярко-красная малина, ее сладкий сок, растекающийся по языку, чернота зимнего неба в объективе телескопа, россыпь звезд, словно бриллианты на черном бархате, золотая крышечка от холодного флакона духов, сладкая струя, ударившая в нос…
Стоп! Тяжело дыша, Маша села на кровати, опасливо покосившись на Лизу и Катеньку, не разбудило ли их ее резкое движение. Нет, мама с дочкой крепко спали. Вот и хорошо, вот и славно. Маша точно помнила, что у духов, которые ей подарил Корней, крышечка была золотая. Но когда Олег вертел в руках флакончик, вытащенный Машей из кармана пуховика, крышечка оказалась уже другая, серебряная. Но этого же не может быть! Никто бы не стал менять крышечку от флакона с духами, но и перепутать Маша не могла. Получается, флаконов было два! Но зачем?
Она снова закрыла глаза, пытаясь вспомнить, как именно все происходило. Помимо флакона с духами не сходилось что-то еще. Время! С того момента, как они с Корнеем ушли из кафе, и до того, как нашли раненого Артема, прошло минут тридцать пять. Но по ощущениям должно было – гораздо меньше!
Маша начала считать в уме. За пять минут они дошли до домика Корнея, на веранде которого был установлен телескоп, пять минут она честно пялилась в ночное небо, пытаясь понять, чем именно там положено любоваться. Еще минут пять – хотя на самом деле меньше – ушло на то, чтобы открыть подаренный флакончик, вдохнуть сладкий аромат и свалиться в обморок. Без сознания Маша провела, по словам своего спутника, минуты три. Как ни крути, еще десять-пятнадцать минут выпадали из расклада в какую-то сумеречную зону. И что это значит? А может, она просто ошибается, потому что неправильно оценивает время?
Пожалуй, стоило это проверить, повторив те же действия, что они с Корнеем совершили вечером. Пройти по тому же маршруту. Но как выйти из дома незамеченной, если на первом этаже спит Корней?
Немного подумав, Маша решила рискнуть. Осторожно встав с кровати и стараясь двигаться бесшумно, она вышла из спальни, спустилась по лестнице, которая, к счастью, не скрипела, и застыла, вглядываясь в темноту комнаты, нарушаемую лишь мягким светом уличного фонаря, заглядывающего в незашторенное окно. С дивана доносился мерный храп. Корней спал, не подозревая, что утомленная бурными событиями дня Маша вдруг решит прогуляться.
Практически не дыша, она преодолела несколько метров, отделяющие ее от прихожей, быстро натянула меховые ботинки и нащупала на вешалке пуховик. Храп в комнате вдруг затих, заскрипел диван, – Корней то ли поворачивался с боку на бок, то ли вставал. Проверять Маше не хотелось: сорвав пуховик с крючка, она повернула рукоятку замка, распахнула дверь и выскочила на крыльцо. Темная тень, метнувшись откуда-то сбоку, схватила ее за плечи, развернула, прижав к себе спиной, и зажала рот ладонью.
– Тихо!
Маша забилась, затрепыхалась в этих сильных руках, но тут же успокоилась, поняв, что они принадлежат Олегу.
– Вот так-то лучше, – сказал он, выпуская ее и снова поворачивая к себе лицом.
– Ты что здесь делаешь?
– Размышляю, как, не привлекая внимания, выманить тебя на улицу. А тут ты сама выходишь, я глазам своим не поверил. Машка, как ты догадалась, что я тебя тут жду?
Он говорил шепотом, и Маша тоже не повышала голос, хотя и не понимала, почему.
– Я понятия не имела, что ты меня ждешь, – сказала она сердито, – я вышла, потому что мне надо кое-что проверить. Пойдем.
– Куда?
– Я хочу повторить маршрут, которым мы вечером шли с Корнеем. Кое-что не сходится.
Она потянула Олега за руку, но тут же остановилась и, глядя ему в лицо, призналась:
– Хорошо, что ты тут. Ночью бегать по базе в одиночку мне было бы страшновато, а я только сейчас про это подумала.
– Ты в последнее время вообще мало о чем думаешь, – заметил он. – К примеру, сейчас тебя совершенно не смущает, что ты стоишь на морозе в одном спортивном костюме. Пуховик-то надень! Простудишься.
Маша только сейчас начала замечать, как морозный воздух проникает под одежду, пощипывая кожу. Она начала натягивать пуховик и вдруг поняла, что он не ее. Впопыхах и в темноте она схватила с вешалки темно-синюю куртку Корнея. Но не возвращаться же! В ночи и так сойдет, тем более что они ненадолго. Куртка была ей велика, но Маша завернулась в нее, как в одеяло, стараясь не замечать скептического взгляда Олега.
– Ну, что же ты стоишь, пойдем!
– Маш, я должен тебе кое-что сказать.
Вот нашел же время! С точки зрения Маши, «работать над отношениями» сейчас было совсем некстати.
– Позже скажешь.
Спорить они не стали, поэтому они в полном молчании быстро дошли до кафе.
– И что ты тут собираешься искать?
– Ничего. Засекай время.
Олег послушно посмотрел на часы, и Маша двинулась в сторону коттеджа номер четыре, стараясь идти в том же темпе, в котором накануне проделала этот путь с Корнеем. Так, вот крыльцо, а на нем телескоп. Сколько времени это заняло?
Олег, которому она задала свой вопрос, бросил взгляд на часы:
– Четыре минуты.
– Хорошо.
Какое-то время она топталась вокруг телескопа, вспоминая, как Корней накручивал какие-то колесики, направляя трубу в небо и подлаживая окуляр под Машин рост. Потом она прильнула к линзе, снова пытаясь разглядеть хоть что-то, похожее на Большую Медведицу. Безуспешно.
– Ты решила полюбоваться звездами? Вовремя! Машка, послушай, что я тебе расскажу.
– Да подожди ты. Сколько времени прошло?
– Еще четыре минуты, с того момента, как мы ушли от кафе – восемь.
– Ладно, теперь пошли обратно.
– Маша, я ничего не понимаю.
– Я пока тоже, но это не важно. Вот-вот пойму.
Дорога до поворота к коттеджу номер три, в котором жила Ольга Леонардовна, предсказуемо заняла две минуты.
– Здесь мы услышали, что Лиза зовет на помощь, – сказала Маша. – Корней пытался меня остановить, но я побежала посмотреть, что случилось.
Она перешла на бег и повернула на дорожку. Олег молча шел за ней, не упуская ее из виду. Отчего-то Маше было приятно.
– Здесь мы еще какое-то время пытались понять, что случилось. Скажем, минуты две. Да, я была права, на все про все
