Мистер Стеббинс, скажите, а как можно найти дом по Косому переулку, номер сорок четыре с литерой «Ц»?
Этот адрес Мартин Булстроуд повторял раз десять. «Косой переулок, дом сорок четыре «Ц». Двухэтажное здание из светлого мрамора. Кованые перила на крыльце. Дверная ручка в виде протянутой для пожатия руки».
Но, пройдясь утром по всему Косому переулку, Гермиона не увидела нужного номера. Номера с первого по пятьдесят шесть существовали, но никаких зданий с дополнительными корпусами она не обнаружила.
Сорок четыре «Ц»? — на лице Себастьяна появилось странное выражение. — Конечно же… .
Он ткнул палочкой в колокольчик на столе и четко произнёс:
Максимус, зайди ко мне!
Молодой колдун в серой мантии появился в кабинете через десять секунд.
Прошу тебя, проводи нашу клиентку к дому сорок четыре литера «Ц» по Косому переулку. Ты знаешь, где это? До свиданья, мисс.
Идти за юношей с именем римского императора было несложно. Дорогу к беломраморному зданию он, в самом деле, знал прекрасно. От Гермионы требовалось лишь не отставать.
Арка с ржавыми воротами располагалась между магазином подержанной одежды и лавкой старьевщика. Узкий проход между домами, заставленный поцарапанными мусорными бачками. Под ногами валялся мусор, а обоняние подтвердило, что несознательные волшебники используют этот закуток в качестве туалета.
Раньше здесь был другой вход, — вдруг сказал Максимус, словно извиняясь. — Но его ликвидировали из-за строительства жилого квартала.
Двадцать ярдов по помойке и они очутились в дворе-колодце, центром которого был пересохший фонтан. Каменный маг, из кончика поднятой палочки которого когда-то била струя воды, смотрел прямо на нужное здание. Дом под номером сорок четыре, литера «Ц».
Мерлин великий… .
Глава 11
Мартин Булстроуд описывал здание «Совета крови и супружества», официального клуба чистокровных волшебников Великобритании как величественное здание в стиле ампир. Белый сверкающий мрамор, кованые перила крыльца и небольших балконов второго этажа. Над входом висят фонари в виде тюльпанов. Чистокровные волшебники, обращавшиеся в Совет по разным вопросам, ежегодно жертвовали приличные суммы на содержание здания и архива.
Теперь же… . Какое счастье, что мистер Булстроуд не увидит… . этого.
Нет, печальный вид здания был связан с тем, что фасад очень долго не чистили. Ведь мрамор нуждается в уходе — ему не по вкусу лондонские дожди. Но золотые буквы над входом исчезли. Равно как и фонари, и дверь из розового дерева, и витражи в окнах второго этажа. На фасаде теснились вывески. Много разноцветных сверкающих искрами прямоугольников.
«Маруна Кохран, волшебный художник. Пейзажи и портреты на любой вкус».
«Печати и штампы в течение суток».
«Ювелир и реставратор. Часы работы…»
Гермиона насчитала семнадцать разномастных вывесок. Сверкающие блестками и волшебными огнями они придавали особняку сходство с цыганской кибиткой.
Но «Совет крови и супружества» по-прежнему находился в этом здании — в офисе номер двадцать три. «Составление родословных, генеалогические исследования» — гласила скромная вывеска. В холле.
Обстановка маленькой тесной приёмной напомнила Гермионе лавку Оливандера. Стены без украшений и картин, большой стол, закрывающий вход в другую комнату, как маггловский шлагбаум и кресло для посетителей — низкое, с бархатной спинкой.
Чем я могу помочь? — на звук колокольчика из внутренних комнат появилась высокая женщина в коричневой мантии.
Булстроуд… .
То есть Милисент Булстроуд. Её бывшая сокурсница. Студентка факультета Слизерин. Чистокровная…
Природа наградила Милисент Булстроуд очень высоким ростом и плотным телосложением. Гермиона помнила, что девушка была выше практически всех юношей своего факультета. Кроме разве что Винсента Кребба и Грегори Гойла. На пятом курсе она стала членом команды по квиддичу факультета Слизерин. Милисент играла за загонщика и, кажется, нисколько этого не стеснялась. Всегда находились желающие оскорбить её за это. Ведь загонщиками всегда становились крепкие сильные юноши.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Троллиха! — шипел вслед слизеринке Майкл Корнер, получивший в голову бладжером на третьей минуте матча.
Шкаф! — добавляла Джиневра Уизли.
Но, в противовес мужеподобной фигуре у Милисент Булстроуд было милое лицо с правильными чертами и невероятно красивые волосы. Густые, послушные и самого прекрасного на свете цвета — солнечного золота. Слизеринка укладывала их на затылке в какие-то сложные конструкции, удерживаемые шпильками и лентами, выпуская одну из прядей на свободу. Гермионе эта прядь всегда напоминала хвост маленького единорожка.
Чем я могу вам помочь? — молодая колдунья слегка поморщилась, увидев, насколько бесцеремонно её разглядывают. — Мисс!
Гермиона вздрогнула и попыталась взять себя в руки. Собственно чему удивляться? Мартин Булстроуд был главой клуба. Логично, что его единственная дочь тоже состоит в Совете крови и браков.
Э… мне необходимо поговорить с представителем «Совета крови и супружества», — Гермиона переминалась с ноги на ногу. Присесть в удобное с виду кресло она не решилась.
Вы с ним разговариваете. Что мы можем для вас сделать? — Милисент подошла к столу. — Проверка родства? Составление родословной?
Мерлин, ей же придётся назвать своё имя! Гермиона замялась, размышляя, заключается ли в этом заведении контракт о неразглашении информации.
Нет. Мне необходимо проверить информацию, — наконец, решилась она. — О ритуале создания магической семьи.
Булстроуд хмыкнула:
Предоставление информации стоит тридцать галеонов. Услуга осуществляется после полной оплаты.
Гермиона кивнула и запустила руку в сумке. Если она правильно поняла объяснения Грипуха, то в заполнении магического чека нет ничего сложного. Нужно лишь вписать имя получателя, сумму и заверить надписи заклинанием.
Милисент повертела в руках чек, увидела имя и внимательно взглянула на клиентку.
Гермиона Грейнджер? Всё ещё мисс? — уточнила она.
Девушка кивнула.
Меня зовут Милисент Булстроуд, мисс Грейнджер, — в голосе ведьмы слышалась насмешка. — Присаживайтесь в кресло. Мне потребуется немного времени.
Дверь за столом вела в какую-то комнату, полную высоких книжных шкафов. Подробнее Гермиона разглядеть обстановку не успела.
Булстроуд вернулась с большой книгой, обложка которой была обита синим бархатом.
Наиболее достоверная информация о ритуале создания колдовского рода, — сказала она, раскрывая книгу.
Достоверная, понятная… хм… Букварь, а не книга. Каждая страница была красиво оформлена и иллюстрирована. Причём картинка занимала приблизительно две трети каждого листа.
То, о чём рассказывала Милисент. Гермионе было известно. Ещё в Азкабане мистер Булстроуд соизволил посвятить магглорожденную в некоторые подробности. Не иначе как со скуки.
Для создания семьи необходимы кровно родственные дети. Как минимум, трое и обязательно разнополые. Каждый должен обладать волшебными способностями. Гермиона знала об этом.
Необходимо составить кодекс поведения, положения которого будут обязательны для следующих трёх поколений. Её было известно об этом.
Ритуал проводит будущий глава семьи в месте, которое в будущем станет родовым поместьем. Источником защитной магии для волшебников маленькой группы. Вот почему ей был необходим свой дом.
Начертание — это круг камней, для составления которого требуется сложнейший арифматический расчет. Гермиона не сомневалась, что в Великобритании найдутся квалифицированные волшебники, если ей самой расчёт окажется не по силам.
Ритуал очень опасен. Есть риск лишиться магии или жизни даже при выполнении всех условий. Гермиона уже смирилась с тем, что ей придётся рисковать.
Если ритуал пройдёт удачно, то жизнь трёх последующих поколений ведьм и колдунов будет зависеть от написанного главой кодекса. Магия, здоровье и даже жизнь всех будут зависеть от действий каждого. Магия ритуала также не допускает связей с безродными, то есть магглорожденными или изгнанниками других семей. Это не означает полный отказ от общения, когда даже дышать одним воздухом нельзя. Вовсе нет. Подразумевается отсутствие любых магических соглашений, клятв и долгов. Но разделительная черта между «простым общением» и «дружбой и семьёй» должна соблюдаться беспрекословно.
