я впервые поведал историю гномов из Забытой страны. Итак, слушайте!
Был я когда-то, как и вы, мальчишкой. Жил в селе под большой горой. Было у меня много друзей, и, признаться, я редко возвращался из школы вовремя. По дороге домой затевали мы под вербами, склонившимися над самой рекой, весёлые игры, удили рыбу и заплывали на уединённый островок, где стоял шалаш из ивовых прутьев, сделанный нашими собственными руками. Но чаще и охотнее всего я бегал к старой крепости на горе, у которой брала начало наша река.
Потом я окончил школу, покинул село и не приезжал туда целых пятнадцать лет.
«Лучше поздно, чем никогда», — говорит пословица, и в один прекрасный день я вновь очутился дома, в родном селе.
Мне очень хотелось встретиться с друзьями детства, вспомнить былое, да все они, как и я, давно уехали, разбрелись по белому свету.
«Это нужно было предвидеть: ведь они тоже уже выросли», — подумал я, но всё же мне стало тоскливо.
Воспоминания далёкого детства пробудились в моём сердце с новой силой. Правда, я не мог повидать прежних товарищей, но меня окружали места, к которым мы все так были привязаны: река, крепость на горе, залитые солнцем поляны. Мне захотелось посмотреть, играют ли там ребята, как когда-то играл я со своими сверстниками.
Я не стал долго раздумывать над тем, куда раньше направиться. Как и в детстве, меня больше всего манила к себе старая крепость.
Крепость!
Разве само это слово не говорит о чём-то волшебном и таинственном?
Когда я был мальчишкой, я бегал туда по нескольку раз на день и всегда открывал там что-нибудь новое, неизведанное. И не только я — все ребята из нашего села пропадали на горе у крепости.
Одряхлевшая, со следами разрушительной работы ветров и бурь, наша старушка крепость давно стала пристанищем галок, сов и летучих мышей. Но что с того? Её сторожевые башни по-прежнему врезались высоко в небо, по-прежнему глядели на нас чёрные впадины бойниц, ещё целы были подземелье и высохший колодец. В подземелье, в которое уже много десятков лет никто не заглядывал, вели потайные ходы.
Где-то был вход в это подземелье… Где-то была скрытая от глаз дверь… Но где? Этого мы не знали и напрасно выстукивали стены и вели под них подкоп.
Тайна подземелья так и не открылась для нас, а именно там, по всеобщему мнению, находилось самое интересное: железные кольчуги, копья, луки со стрелами, ружья и мечи. Если бы вы знали, как нам хотелось туда пробраться! Как мечтали мы вооружиться до зубов, по образу и подобию древних воинов, и прошествовать так через село!
О крепости ходили предания и рассказы один другого страшнее. Говорили, будто там живут гномы. Днём они прячутся в подземелье, а ночью поднимаются на крепостные стены.
Болтали разное, а мы, как ни трудились, никак не могли отыскать потайной ход.
Тщетны были и все наши попытки подняться наверх. Каменные лестницы давно разрушились, а стены крепости были отвесными и гладкими.
Попробуй-ка поднимись!
Все мы пытались и все отступали, кроме Елена, мальчика, о котором сейчас пойдёт мой рассказ. Он единственный отважился совершить столь опасное восхождение. И с тех пор частенько расхаживал по стенам, заглядывал в сторожевые башни, глядел на раскинувшееся за горами море и вечно бегущий по его волнам белый корабль.
Елен был самым смелым среди нас. В любой игре он был первый. Мог скакать на неосёдланном коне, плавал, словно рыба, а пел так прекрасно, что люди останавливались, заслышав его чудесный голос.
«Он поёт, как соловей, — говорили все. — Когда вырастет, будет первым певцом во всей округе».
Елен любил петь на берегу реки, вечером, когда в воде купалась луна и умывались звёзды.
Мы с удовольствием слушали его.
Но иногда он говорил нам:
«Уже все песни перепел. Неохота повторять одно и то же. Скучно жить всё время на одном месте. Вот спущусь вниз по реке, посмотрю, куда уходит вода, услышу новые песни, а потом вернусь в село».
Если бы он так и поступил, мы бы нисколько не удивились. У него всегда были для нас сюрпризы: то он приносил из лесу зайчонка или пташку, то открывал какое-нибудь заколдованное место и вёл нас туда с таинственным видом.
А когда он сумел взобраться на крепостную стену, мы все стали считать его героем.
Казалось, крепость стала его вторым домом. Он изучил все её уголки. Лишь тайна подземного хода по-прежнему была неизвестной.
Я уже говорил о своём желании прежде всего взглянуть на старую крепость.
И вот поднимаюсь в гору той же тропинкой, что много лет назад, и кажется мне, что сейчас увижу Елена. Может быть, он поёт на высокой стене или бегает вокруг крепости вместе со своими сверстниками…
Но возле крепости не было ни души. Только стая галок вилась над сторожевыми башнями, да с опушки соснового бора доносился пряный запах полыни.
Крепость совсем не изменилась. Не хватало лишь моих друзей, мальчишек.
Но что это?
Оглядывая крепость, я вдруг услышал голоса. Настоящие ребячьи голоса.
Может быть, мне почудилось?
Нет! В самом деле, здесь, в крепости, играли ребята, и скоро я их увидел.
Заметив меня, они остановились.
— Идите сюда, ребята! — позвал я их. — Ну подойдите же поближе, давайте познакомимся.
Они подошли.
Один из них, шустрый черноволосый мальчуган, спросил:
— А кто вы такой?
— Писатель, — ответил я. — Но когда-то я часто приходил в эту крепость и играл с товарищами здесь, возле стен.
Черноволосый мальчик чем-то напомнил мне Елена. Я сразу же решил, что он коновод всей ватаги. И не ошибся.
— Вы когда-нибудь пытались взобраться на эти стены? — спросил он с любопытством.
— Много раз, но безуспешно.
— И мы стараемся, но пока это ещё никому не удалось. Всё-таки я влезу наверх! Увижу море.
— Это опасно, — сказал я черноволосому мальчугану. — Очень опасно.
— Знаю, — ответил он, — но всё же я поднимусь.
Я задумался. Из моих размышлений меня вывел вопрос смуглого мальчика:
— А вы слышали о том, что в крепости живут гномы?
— Жили, — сказал я. — Я знал мальчика, которому однажды довелось побывать у них в гостях.
— У гномов? — в один голос воскликнули все ребята.
— Да, у гномов, — улыбнулся я. — Он провёл с ними целую ночь.
— Расскажите, как это ему удалось! — закричали ребята.
— Уж так и быть, расскажу. Только мы раньше сядем, потому что мой рассказ будет длинным, очень длинным.
— Вот хорошо! — обрадовались ребята. — Торопиться нам некуда.
Мы уселись под стеной на обвеянную
