Дмитрий или ты, но оказалось, что ни ты, ни он его не отправляли.
— А кто же его отправил? — усмехнулась Ольга. — Сам Иван?
— Возможно, факс послал Кабан, — вставил Шмидт, — я подозреваю, он тоже занят поисками Ивана.
— А я подозреваю, что Ивана украл сам Белов, — сказала Ольга, — и он знает, где сейчас находится Ваня, а нас водит за нос, издевается над нами и ухмыляется еще!
Ольга кричала на все кафе и стучала сумкой прямо по столу.
— Оля, ты не права, — сказал Шмидт, прижимая рукой ее сумку, — Саша не похищал Ваньку, мы вместе ищем его, но пока безуспешно.
— А ты, Шмидт, ты ведь до сих пор его боишься! — выпалила Ольга прямо в лицо
Дмитрию. — Ты ведь никак не отделаешься от ощущения, что он твой шеф, твой начальник! А знаешь почему? Потому что ты вечный зам, ты никогда не будешь первым ты всегда будешь замом!
— Ну хватит уже! — вспылил Шмидт, но сказал это негромко. — Несешь околесицу!
— А ты ударь меня! — издевательским;, тоном предложила Ольга. — Белов бы ударил, не задумался! Он однажды чуть меня не изнасиловал! Вы же, мужики, привыкли решать проблемы с помощью силы! Ну, ударь, ударь!
— Чего ты добиваешься, Оля? как можно; спокойнее спросил Белов.
— Чтобы ты уехал и никогда больше ни в моей жизни, ни в жизни Ивана не появлялся! — ответила она.
— Это невозможно, — помотал головой Белов. — Ванька мой сын, мой единственный сын, я его люблю и не собираюсь от него отказываться.
— От тебя только зло! — громко сказала Ольга. — Ты приносишь сыну только зло! Ты ему не нужен!
— Это неправда, — попытался вставить свое слово Белов, но, похоже, она его не слушала.
Ольга поднялась со своего места и быстро пошла к выходу. Оба мужика переглянулись.
«Тяжело тебе, наверное, с ней приходится», — подумал Белов.
«А тебе легче, что ли, было?» — в ответ подумал Шмидт.
И никто не подумал о том, что в этот момент происходило в голове у Ольги.
Иван придумал способ, как им всем уехать в Красносибирск. Нужно было достать поддельные свидетельства о рождении, купить билеты, и Федор мог бы их отвезти на поезде куда угодно как сопровождающий детского лагеря. На дворе было лето, и такой расклад не вызвал бы ни у кого никакого подозрения.
Но были определенные трудности в осуществлении этого плана. Иван не знал, где достать поддельные свидетельства о рождении, но это точно знали Тимоха и Лоцман. И вторая трудность заключалась в том, что практически все деньги, отнятые ими у Кабана, они уже потратили. Как-то очень быстро они закончились.
У Лоцмана совсем порвались кроссовки — купили новые, у Ботаника очки сваливались с носа — купили новые, Тимохе купили куртку, ну и еще по мелочи — кушали сладко, пепси-колы пили вдоволь, в «Макдоналдс» сходили пару раз. Дядю Федора опять же приходилось содержать. Короче, денег не было, но была идея, а это уже полдела.
Но Ванькин план лопнул, как мыльный пузырь, как только он начал рассказывать его своей компании. Оказалось, что паспорта у дяди Феди нет — его у него отобрали бандиты Шамана, когда собирались заставить его просить для них милостыню. То есть документов не было не только у ребят, но и у старшего. Это был полный облом.
— Так что, нам тут теперь и сидеть все время на свалке? — сердился Иван. — Я скоро уже вонять буду, как мусорный бачок! Деньги кончились, надо что-то делать!
— Давайте поселковый магазин ограбим, — предложил Тимоха, — пистолет у нас есть. Эх, жаль, я тогда так и не слазил в канализацию за вторым стволом!
— Нет-нет, — замотал головой Федор, — грабить мы не будем. Я все-таки старший, ребята, я и буду думать, где деньги достать!
— Ну и где? — спросил Иван.
Но дядя Федя тем и отличался от всех остальных людей, что он был теоретик, а не практик. Теоретически он мог предложить, где взять деньги, но практически все его идеи не выдерживали никакой критики. Это он и сам понимал, потому промолчал, чтобы лишний раз не позориться перед ребятами.
— Давайте сейчас спать, — предложил он, — как говорится, утро вечера мудренее. Завтра что-нибудь придумаем.
Ивану не спалось под картонными ящиками, из которых был сделан потолок их общего дома. Он думал о том, что слишком далеко уже зашел в своих приключениях, что наверняка мама уже сообщила отцу о том, что он пропал. А если она не сообщила, то сообщил Шмидт.
Федор лежал и думал о том, как же ему помочь этим мирно храпящим пацанятам, которые так неожиданно появились в его неприкаянной жизни. Само собой, и у него надежда была только на Белова — нужно было как-то добраться к нему в Красносибирск или хотя бы позвонить откуда-то. Но, ведь он даже номера телефона с собой не взял — думал все, прошлое вычеркнуто и начинается новая жизнь. А нет — прошлое не отпускало.
И тут Федора осенило! Как же, он совсем забыл о замечательном Арсении Степановиче Власове, который был «старостой» их поселка на свалке до того, как произошла вся эта история с нефтеперерабатывающим заводом и со свалки им пришлось уйти. Степаныч заправлял своей конторой ООО «Дистрибуторъ», Федор знал, где находится его квартира, помнил адрес неточно, но разве это помеха?
Во-первых, Степаныч никогда не выгонит их из дома — все-таки не на свалке жить. Это сейчас погода хорошая, а вдруг дожди зарядят — долго ли они под картонными коробками протянут? Во-вторых, от Степаны-ча можно позвонить Белову в Красносибирск. Если даже Власов и не знает нового номера телефона Белова, то уж из дома через справочную можно будет его отыскать.
Федору настолько понравилась эта идея, что он не мог заснуть практически до утра, ждал рассвета, чтобы поведать свою идею ребятам, ворочаясь на импровизированном матрасе из старых пластиковых мешков, набитых ветошью. Под самое утро он заснул и проснулся как обычно от пронизывающего утреннего холода, который не давал спать дальше.
Обычно вся их компания поднималась с рассветом, разводила костер, у которого грелись и спали до полудня. Первым встал Ваня и начал возиться с картоном и бумагой, выкладывая кучу для костра. Федор подошел к нему и рассказал свою идею относительно того, что он съездит к Арсению Степановичу Власову — их общему с отцом другу, а там что-нибудь придумают.
Эта идея была уже вполне разумной, а не из области фантастики, как те, что предлагал дядя Федя раньше. Костер разгорелся, полусонные ребята подползли к нему поближе,
