Читаем без скачивания Пятая Печать. Дом с привидениями - Галина Романова

Добравшись до угла кладбищенской ограды, девочка остановилась. К тому моменту глаза ее привыкли к темноте. Да и тетя Маргарита перед тем, как выпустить племянницу из дома, дала ей выпить настой, усиливающий зрение. Так что она довольно четко видела примыкавшие к кладбищу невысокие убогие домишки. Лишь со слов сестер-ведьм зная городскую историю, девочка помнила, что тут когда-то были большие улицы, но в Смутное время, когда Дебричев взяли ляхи, большая его часть выгорела. И здесь было одно сплошное пепелище. Многие тогда убежали из города, так что долгое время здесь вообще ничего не строили. Лишь после того, как ляхов прогнали, пустырь понемногу начал застраиваться, но заселяла его в основном городская беднота и жители из окрестных деревень – выкупившиеся у помещиков бывшие крепостные, продавшие все до последней нитки и ушедшие в город потому, что в деревне у них отныне не было ни кола ни двора. Оттого и домики тут от века ставились маленькие, неказистые, с большими при них огородами, с которых в основном городская беднота и кормилась.

В темноту уходила разбитая дорога. Если пойти по ней, наверное, можно добраться до старой стены. Но идти туда одной? А как же девочки? Стоит ли их подождать или нет?

Анна была почти уверена, что ей придется топать дальше в одиночку, когда в ночной тишине послышались шаги. Вернее, сначала разразились лаем цепные псы. Обернувшись, девочка увидела приближающийся огонек. Недолго думая она метнулась к забору и присела на корточки, почти полностью сливаясь с темнотой.

Их было четверо – три девочки из их класса и мальчишка-подросток лет четырнадцати-пятнадцати, несущий фонарь. Мальчишка остановился первым, подняв фонарь повыше:

– Ну и что дальше? Куда идти?

– Никуда. – По голосу Анна узнала Калерию и удивилась, как это ей удалось ускользнуть из дома незамеченной. – Если она не явилась…

– Всем привет! – Девочка выпрямилась и сделала шаг навстречу. – Вы опаздываете. Я вас тут давно уже жду!

Одноклассницы сначала хором вскрикнули, но быстро замолчали – орать ночью посреди улицы значило привлечь ненужное внимание посторонних.

– Пришла? – Девочки переглянулись.

– Не струсила, – подбоченилась Анна. – А вы вот без охраны не можете?

Она кивнула на паренька. Тот повыше поднял фонарь и показал зажатую в другой руке суковатую дубину:

– Госпожу Анастасию велели до места проводить и обратно в целости доставить!

– Вот как? – удивилась Анна. – Ты, значит, все родителям рассказала?

– Ну, – смутилась та, – кое-что. Я сказала, что к тебе в гости собираюсь. Вот они и разрешили.

– А я никому ничего не стала говорить, – подбоченилась Калерия. – Просто через черный ход вышла – и все.

– А меня нянька остановить хотела, – добавила Конкордия. – Чуть за мной не увязалась. Но я ей пригрозила, что нажалуюсь отцу, что она тайком его наливку из шкафа пьет, – она и отстала.

– Тогда что? Пошли? Только вы показывайте дорогу, а то я не знаю, где тут эта Лебёдка!

Калерия и Конкордия переглянулись с таким видом, что, не будь кругом темно, можно было подумать, что они подмигивают друг дружке. После чего все девочки и сопровождавший их мальчик зашагали по обочине дороги.

Чем дальше они шли по окраинной улице, тем вокруг становилось темнее и как будто холоднее. Анна была одета довольно легко и начала мерзнуть.

– Долго еще? – проворчала она. – У меня руки замерзли!

– Скажи уж, что испугалась! – Калерия шагала впереди, парень с фонарем шел рядом, освещая дорогу. – Посматривайте за нею, девчонки, как бы не сбежала в кусты!

Девочки тут же окружили ее – Конкордия пошла справа, а Анастасия – слева. Чувствуя себя под конвоем, Анна обиделась и замолчала.

Ночь и правда была прохладной. Задул ветер. Он завывал так, что Анна, хоть и не имела большого опыта, сразу догадалась – это не просто так. Где-то веселятся и развлекаются ведьмы. «Сестры» ее тети или другие? Разве ж угадаешь?

Звезды были скрыты облаками, и свет давал только фонарь в руках паренька. Дойдя до конца улицы, все пятеро свернули к огородам, с трудом пробираясь через заросшие бурьяном межи, неровные ряды старых грядок, на которых еще кое-где торчала неубранная капуста и валялись кучи свекольной и морковной ботвы.

Дебричев стоял на холме, который со стороны реки Дебрянки был довольно крутым, а с противоположной стороны постепенно понижался до равнины. Именно здесь был вырыт ров, и из выкопанной земли насыпан городской вал. Когда-то давно он был достаточно велик и даже укреплен, но ляхи, придя в Смутное время, сровняли большую часть вала с землей. Остатки вала и сам ров, превратившийся в заросший овраг, сохранился только здесь. В прежнее время у подножия его протекала речка, впадавшая в Дебрянку, но сейчас захилела и заросла травой и она. В памяти народа осталось только ее имя – Лебёдка.

– Пришли. – Голос Калерии дрогнул. – Дом внизу, если спуститься.

– Провка, ступай вперед, – распорядилась Анастасия. – И смотри, чтоб мы в кустах ноги не переломали!

Парень с фонарем направился к оврагу. Девочки – за ним. Деревья встречали их шуршанием последних листьев и скрежетом сучьев. Они стояли стеной, как деревянные стражи, а за ними царила непроглядная тьма – словно там, за стволами, не было уже ничего. Ощущение пустоты было таким сильным, что невольно перехватило дыхание, как от удушья.

– Мне страшно, – прошептала Конкордия.

– Молчи! – цыкнула на нее Калерия.

Анастасия ничего не сказала, но придвинулась к Провке поближе.

Анна первая решилась сдвинуться с места. Добралась до крайнего дерева, обхватила руками ствол, прильнула к коре.

Сестра Клара учила ее, что у деревьев есть душа. Не такая, как у людей. Души деревьев слагаются в единую Душу Леса. По отдельности большинство деревьев бездуховны и все равно что мертвы. Лишь отдельно стоящие самые старые дубы и сосны-великаны обладают чем-то вроде собственной души. Те, у подножия которых еще тысячу лет назад совершались старинные обряды и жертвоприношения. Эти деревья были отмечены древними богами и духами. Они могли разговаривать.

Но деревья, росшие на краю и по склонам этих оврагов, таковыми не были. Обычные клены, ясени, липы, березы. Под рукой девочки как раз была кора клена. Анна прижалась щекой к коре, зажмурилась, мысленно прося дерево о помощи. Она точно не знала, какими словами просить – лесная ведьма не торопилась обучать ее заклинаниям, – просто очень пожелала… И получила ответ. Дерево тихо задрожало под ее рукой, одна из нижних веток шевельнулась, поворачиваясь и указывая на склон оврага. Анна присмотрелась…

– Тут есть тропинка, – прошептала девочка. – Она ведет вниз.

– Откуда знаешь? – ревниво ответила Калерия. – Ты тут уже бывала?

– Нет. Я ее просто увидела. С этого места она заметна очень хорошо! Идите сюда! Видите?

Одной рукой все еще держась за ствол, другой она указала вниз. Провка подошел первым, посветил лампой.

– Кусты одни, – сказал он. – И крапива… А, нет! Тут впрямь можно пройти! Давайте, барышня! – Он протянул руку Анне, но девочка отступила.

– Помоги лучше этим, – кивнула на девчонок. – Я пойду впереди.

– Фонарь-то хоть возьмите! – Подросток сунул его прямо в руки.

Отказаться было невозможно – не бросать же вещь! – и как сказать, что она прекрасно видит в темноте?

Одной рукой цепляясь за кусты, маленькими шажками, подняв фонарь повыше, Анна начала спуск. За нею по пятам шли девочки. Анастасия цеплялась то за Провку, то за Конкордию. Та в свой черед постоянно хваталась за локоть Калерии. Девочки вскрикивали, попискивали, напряженно сопели, спотыкались, хватались за кусты, по очереди шикали друг на друга и на Провку. В общем, вели себя чересчур громко. Анна стискивала зубы, злилась, но помалкивала. Обернулась только один раз, когда Конкордия оступилась и шлепнулась на землю, заорав от неожиданности во все горло.

– Рот закрой!

– А! А! А… вдруг… А вдруг я себе что-то сломала? И юбка вся в грязи…

– А вдруг мы сейчас из-за тебя никуда не пойдем? Давайте вернемся!

– Нет! – чуть ли не хором воскликнули девочки, поднимая подружку и принимаясь ее отряхивать в четыре руки.

Спуск продолжался несколько минут – тропинка то шла круто вниз, то вилась вдоль склона на нешироких террасах, где идти было не в пример удобнее. Кусты и молодая поросль тормозили путь. Приходилось внимательно следить, куда ставишь ногу. Тут обильно росла колючая ежевика и высокая, тощая от недостатка света крапива. Кусты цеплялись за одежду, крапива жалила руки. Даже Анне пару раз попало – она ведь шла первая.

Старый дом спал, но сон его был неспокоен. Он был голоден. Очень голоден. Хорошо, что во сне голод ощущается не так сильно. Он спал, и во сне видел свежую плоть и юные жизни. То, что нужно для существования. Рано или поздно он их получит. Он всегда получал их.