Со второй попытки мне удалось произнести два слова:
— Что ты…
— Делаю здесь? — сказал он, изящно докончив мой вопрос. — Путешествие души и смерть очень похожи.
— Ничего не понимаю, — призналась я. — Мне надо чего-то бояться?
Парень наклонил голову и задумался, будто я задала очень трудный вопрос.
— В этом путешествии тебе нечего бояться. Она хочет лишь побеседовать с тобой. Идем.
Он махнул рукой, и в темноте появилась дверь. Меня притянуло к ней, как магнитом.
— Мы еще увидимся? — спросила я, но парень исчез.
Я попала в роскошную квартиру посреди небес. В ней не было ни стен, ни потолка, а сквозь прозрачный пол, далеко внизу, виднелись перемигивающиеся огни города. До них было несколько километров. Под ногами плыли облака. Казалось бы, на такой высоте должно быть жутко холодно. И воздух чем выше от поверхности земли, тем разреженнее. Однако ни холода, ни трудностей с дыханием я не ощущала. Мне было тепло и уютно.
Следующим, на что я обратила внимание, был черный кожаный диван, изогнутый в форме буквы «U». Он огибал стеклянный кофейный столик, стоящий на кроваво-красном ковре. В камине пылал огонь. В воздухе, возле несуществующих стен, высились книжные полки, а между ними висели картины. В углу я заметила черную гранитную барную стойку. Позади нее в сумраке какая-то женщина готовила чай.
— Здравствуй, дитя мое, — сказала она.
Потом она вышла на свет, и я едва не вскрикнула. На ней была длинная египетская юбка. А выше пояса — купальник-бикини. Но меня поразило не столько это, сколько ее кожа, голубого цвета… и покрытая звездами. Не нарисованными и не вытатуированными. Это был живой космос со звездами, созвездиями, галактиками и туманностями. Звезды светили и на ее лице, мешая разглядеть черты странной незнакомки. Забыла сказать, что волосы у нее были длинными и черными как смоль.
— Так ты… Нут. Богиня неба.
Богиня улыбнулась. Ее белые зубы сверкали, как новорожденная галактика.
— Да, дитя. Я — Нут. Я знаю, что в вашем языке есть похожее слово, и знаю все шутки, связанные с этим. Меня они очень веселят.
Она взяла с подноса пустую чашку.
— Давай-ка посидим и поговорим. Хочешь сахлаба?
— Это что, чай такой?
— Нет, это египетский напиток. Пила горячий шоколад? Сахлаб — это что-то вроде горячей ванили.
Честно говоря, я бы предпочла чай. Уже не помню, когда в последний раз его пила. Но спорить с богиней, пригласившей меня в гости, было невежливо.
— Я… я с удовольствием.
Мы с Нут сели на диван. Как ни странно, мои светящиеся руки крепко удерживали чашку. У сахлаба был сладкий и терпкий вкус, в котором я различила корицу и кокосовый орех. Внутри меня разлилось приятное тепло, а в воздухе запахло ванилью. Впервые за эти дни я ощущала себя в безопасности. Но потом вспомнила, что здесь сижу не я, а мой ба.
Нут поставила свою чашку и сказала:
— Думаю, ты сейчас пытаешься понять, зачем я позвала сюда.
— А где вообще находится это «сюда»? И кто тот парень, твой слуга?
Я надеялась что-нибудь узнать о парне в черном, но богиня лишь улыбнулась.
— Дорогая, у меня свои секреты. Незачем дразнить Дом жизни, иначе они попытаются меня найти. Скажем так: я построила себе дом с прекрасным видом на город.
— А сейчас ты… — я указала на ее голубую кожу, — сейчас ты находишься в теле своей хозяйки?
— Нет, Сейди. Небо и есть мое тело. А это лишь проявление.
— Но я думала…
— Знаю, о чем ты думала. За пределами Дуата богам требуются хозяева, у которых есть тела. Но мне легче оставаться духом, живущим в воздухе. Я — одна из немногих богов, которых не удалось пленить, поскольку Дому жизни никогда меня не поймать. Я привыкла к… свободной форме.
Вдруг Нут и все вокруг начало размываться и таять. Я испугалась, что провалюсь сквозь пол. Затем диван снова стал прочным.
— Пожалуйста, не надо больше свободной формы, — взмолилась я.
— Прости. Я просто хотела тебе показать. Понимаешь, каждый бог имеет свои отличия. Но сейчас все мои собратья свободны. Все они устраиваются в вашем современном мире. Больше их никто не заточит.
— Магам это не понравится.
— Еще бы, — согласилась Нут. — Это первая причина, отчего ты здесь. Война между богами и Домом жизни на руку только силам хаоса. Ты должна заставить магов это понять.
— Они меня не послушают. Они и так считают меня «потомством богов».
— Дорогая, но так оно и есть.
Нут осторожно коснулась моих волос. Я сразу почувствовала, как внутри меня встрепенулась Изида. Она изо всех сил пыталась заговорить через мой голос.
— Я — Сейди Кейн. Я не просила Изиду устраивать путешествие сюда.
— Сейди, боги очень давно знают ваш род. В прежние времена мы сообща трудились на благо Египта.
— Маги утверждают, что боги виновны в падении Египетской империи.
— Это долгий и бесплодный спор, — сказала Нут, и в ее голосе я уловила сердитые нотки. — Все империи рано или поздно заканчивали свое существование. Но идея Египта вечна: победа цивилизации, сил Маата над силами хаоса. Эта битва продолжается много поколений подряд. Теперь настал ваш с братом черед.
— Знаю, — торопливо сказала я. — Мы должны победить Сета.
— Думаешь, все зависит от победы над Сетом? Он ведь тоже мой сын. В давние времена он служил Ра и был непобедимым воином. Он защищал лодку бога солнца от змея Апофиса. Вот от кого исходит зло. Апофис — воплощение хаоса. Он возненавидел творение, едва из морской пучины поднялись первые горы. Он ненавидел богов, смертных и все, что они строили. И тогда Сет воевал против него. Сет был одним из нас.
— А потом перешел на сторону зла?
Нут пожала плечами.
— Сет всегда был таким. Хорошее и дурное перемешано в нем странным образом. Но он по-прежнему остается частью нашей семьи. Тяжело терять кого-то из близких. Ты согласна?
У меня перехватило дыхание.
— Это нечестно.
— Только не говори мне о честности, — отмахнулась Нут. — Вот уже пять тысяч лет, как я разлучена со своим мужем Гебом.
Я смутно помнила рассказ Картера. Но тогда это воспринималось просто как один из древних мифов. Нут говорила об этом с болью в голосе.
— А что случилось? — спросила я, сделав вид, будто ничего не знаю.
— Меня наказали за рождение детей, — все так же горестно ответила Нут. — Я воспротивилась пожеланиям Ра, и он приказал моему отцу Шу…
— Прости, я не ослышалась? Твоему отцу Шу?[30]
— Нет. Шу — бог ветра.
Я в очередной раз подивилась особенностям английского языка, где имена древних богов почему-то совпадали с обыденными словами.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
