Я перевел взгляд на Баст и оторопел. Волосы на голове богини кошек стояли дыбом. И вообще вид у нее был такой, будто она сунула палец в розетку. Мы с Сейди переглянулись, и сестра прошептала:
— Испугана.
Мне вспомнилось, что в минуты опасности хвост у Маффин стоял торчком. Уж если животное Сета испугало нашу богиню, значит, дела плохи.
— Как будем выбираться отсюда? — спросил я.
— Вы оба не понимаете, — досадливо вздохнула Баст. — Животное Сета — прекрасный охотник. Если он почуял наш запах, его ничто не остановит.
— Что за странное название — «животное Сета»? — поморщилась Сейди. — Разве у него нет своего имени?
— Если бы и было, тебе бы не захотелось произносить это имя, — заявила Баст. — Его так и называют — «животное Сета». Символ этого бога. Оно унаследовало все: силу, хитрость и злую натуру Сета.
— Как мило, — стуча зубами, произнесла Сейди.
Зверь обнюхал монумент и с рычанием отступил.
— Что, обелиск не по вкусу? — заметил я.
— Тут слишком велика энергия Маат, — пояснила Баст. — Но это ненадолго.
Словно по сигналу, животное Сета начало взбираться наверх. Я видел львов, влезающих на деревья. Но это чудовище лезло по гладкому камню!
— Нам действительно пора сваливать, — сказал я. — Как лучше: на лифте или по лестнице?
— Нет. Придется из окна.
С этими словами Баст своими кинжалами полоснула по стеклу. Посыпались осколки, и сразу же завыли сирены сигнализации. В комнату ворвался морозный ветер.
— Вылетайте отсюда. Это единственный способ! — крикнула Баст.
— Нет, — замотала головой побледневшая Сейди. — Я больше не хочу превращаться в «воздушного змея».
Сестренка была не на шутку испугана. Я схватил ее за руку.
— Я буду рядом с тобой и позабочусь, чтобы ты не застряла в птичьем теле.
— Мы теряем время. Животное Сета уже на полпути от нас, — сообщила Баст.
— А как же ты? Ты ведь не умеешь летать? — спросила встревоженная Сейди.
— Я прыгну. Кошки всегда приземляются на лапы.
— Но до земли больше сотни метров! — крикнула Сейди.
— Сто семьдесят, — уточнила Баст. — Я отвлеку животное Сета, и у вас будет дополнительное время.
— Ты разобьешься, — всхлипнула Сейди. — Баст, я не могу потерять еще и тебя.
Такие слова несколько удивили богиню кошек. Она улыбнулась и потрепала Сейди по плечу.
— Не волнуйся. Все пройдет как надо. Встречаемся в аэропорту имени Рейгана, возле терминала А. Не удивляйтесь, если нас опять будет ждать пробежка.
С этими словами Баст выпрыгнула из окна. Мне было страшно смотреть вниз. Богиня кошек летела прямо на асфальт — к своей неминуемой гибели. Она приземлилась на вытянутые руки и ноги, потом по-кошачьи выгнула спину.
Забыл сказать, что она пролетела мимо животного Сета и чудовище сразу изменило свое намерение. Оторвавшись от стены, оно прыгнуло вниз.
Богиня кошек рванула с места и понеслась со скоростью шестьдесят миль в час. В это время на асфальт плюхнулось животное Сета. Серая поверхность покрылась трещинами. Я искренне надеялся, что чудовище разбилось. Увы! Оно встало на свои тощие ноги и погналось за Баст.
— Ей от него не уйти, — бубнила Сейди.
— Кошки — существа непредсказуемые. Тем более — их богиня. Нам пора. Ты готова?
Сейди глубоко вздохнула.
— Готова. Давай, пока я не передумала.
И в то же мгновение передо мной замелькал серый коршун, боровшийся с сильным ветром. Я мысленно приказал себе превратиться в сокола. Это оказалось еще легче, чем в прошлый раз.
Вскоре мы парили в утреннем небе над Вашингтоном. Отыскать Национальный аэропорт имени Рейгана было просто. Он находился достаточно близко, на другом берегу Потомака. Там едва ли не каждые несколько минут взлетали и садились самолеты.
Труднее было помнить, что я — человек, временно ставший соколом. Стоило мне увидеть внизу мышь или белку, как меня инстинктивно тянуло спланировать на них. Пару раз я пошел на снижение и только усилием воли прекратил эту охоту. Сейди находилась в миле от меня и тоже охотилась. Я заставил себя лететь к ней.
«Чтобы оставаться человеком, нужна сильная воля, — услышал я внутри голос Гора. — Чем дольше ты пребываешь в теле хищной птицы, тем больше начинаешь думать, как хищная птица».
«Будешь мне рассказывать!»
«Я могу помочь. Передай управление мне».
«Не сегодня. Понял, птицеголовый?»
Наконец я все-таки направил Сейди в сторону аэропорта. Мы искали укромное местечко, чтобы снова превратиться в людей. Ничего лучше крыши гаража не нашли.
Я мысленно приказал себе превратиться в человека и… не превратился.
Меня захлестывала паника. Я закрыл глаза и представил лицо отца. Я думал о том, как мне тоскливо без него и как важно его найти.
Открыв глаза, я увидел, что снова стал человеком. Но Сейди по-прежнему оставалась коршуном. Она прыгала вокруг меня и тревожно кричала. По ее блестящим птичьим глазам чувствовалось, как она испугана. Ей и в первый раз было трудно выбраться из птичьего облика. Сейчас на это требовалось больше сил, а она глупо тратила их на беспокойство.
Я присел на корточки.
— Все будет хорошо. Не надо напрягаться. Расслабься, и у тебя получится.
Какое там «расслабься»! Сейди нахохлилась и тяжело дышала.
— Знаешь, у меня тоже не сразу получилось. Но потом я стал думать об отце. Вспомни что-нибудь важное для тебя. Закрой глаза и думай о своей человеческой жизни.
Сейди послушно закрыла глаза, но вдруг закудахтала и захлопала крыльями.
— Только не улетай! Мы что-нибудь придумаем.
Сейди наклонила свою серую головку. Я понимал: она умоляла меня сотворить чудо. Этого я не умел. Я просто стал разговаривать с ней, как говорят с испуганной кошкой или собакой. Я не обращал внимания на то, о чем говорю. Главное было не сбиться со спокойного, уверенного тона. Однако вскоре я понял, что рассказываю о путешествиях с отцом. О том, как однажды мы застряли в аэропорту Венеции. От нечего делать я съел слишком много каких-то итальянских сластей, и меня начало тошнить. Потом я поведал про скорпиона, обнаруженного в носке. Это было уже в Египте. Отцу удалось прихлопнуть скорпиона телевизионным пультом. Следом мне вспомнился случай в лондонском метро. Толпа пассажиров оттеснила меня от отца, и я боялся, что он никогда меня не найдет. Я рассказывал Сейди странные, но правдивые истории. Я вообще рассказывал их впервые, поскольку раньше было некому их слушать. А Сейди, кажется, меня слушала. Во всяком случае, она перестала хлопать крыльями, затихла, и в глазах ее уже не было такого страха.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
