лицемерным с его стороны начать расспрашивать ее о прошлом Мёрфи.
Почувствовав проявление легкого холода на другом конце стола, Страйк не стал допытываться дальше. Когда они заказали еду, и Страйк попросил хлеба, он сказал:
— Итак, что ты думаешь о Нив?
Робин опустила меню.
— Ну, помимо того, что мне ее по-настоящему жаль, думаю, она предоставила нам кое-что интересное. В частности, фотографию своей матери. По описанию Генри Уортингтон-Филдса, это беременная женщина, которую он увидел падающей в обморок во время вспахивания земли…
— Да, похоже, это была Дейрдре Доэрти, — сказал Страйк, — и теперь мы знаем, что у нее было больное сердце, которое, наряду с тяжелым физическим трудом и четвертой беременностью, казалось бы достаточным основанием для обморока или что там с ней было.
— Но нам известно, что она пережила обморок, нормально перенесла роды и прожила еще как минимум два года, — добавила Робин.
Официантка поставила воду для Робин, безалкогольное пиво для Страйка и корзинку с хлебом. Страйк взял булочку (диету можно было возобновить, как только Робин окажется на ферме Чапмена) и вновь заговорил, когда официантка отошла подальше:
— Ты думаешь, Дейрдре мертва?
— Я не хочу так думать, — сказала Робин, — но следует допускать такую возможность, не так ли?
— А письма, которые ее муж всегда рвал?
— Возможно, они вообще не имели никакого отношения к Дейрдре. Я не могу поверить, что было бы так трудно разыскать семью, если бы она в 2003 году действительно покинула ферму Чапмена. И тебе не кажется подозрительным, что она там оставила свою младшую дочь, после так называемого исключения?
— Если Кевин Пёрбрайт был прав, и Линь была дочерью Джонатана Уэйса, он, возможно, не был готов расстаться с ней.
— Если Кевин Пёрбрайт был прав, — сказала Робин, — Линь была результатом изнасилования, и если Дейрдре была готова написать в своем дневнике, что Уэйс изнасиловал ее, она представляла реальную опасность для него и для церкви.
— Думаешь, Уэйс убил ее, похоронил на ферме Чапмена, а потом сказал всем, что ночью выгнал ее, чтобы избежать теста ДНК? Потому что стоило Уэйсу сказать, что секс был по обоюдному согласию, заставить нескольких членов культа официально заявить, что Дейрдре радостно вошла в его спальню по собственной воле, и уже было бы очень трудно добиться обвинительного приговора. Как ты только что отметила, Дейрдре осталась на ферме Чапмена даже после того, как остальные члены ее семьи сбежали. В суде это было бы воспринято не очень хорошо. Равно как и тот факт, что муж считал ее шлюхой и больше не хотел иметь с ней ничего общего.
Заметив выражение лица Робин, Страйк добавил:
— Я не говорю, что считаю какой-либо из этих аргументов справедливым или обоснованным. Я просто реалистично оцениваю шансы Дейрдре убедить присяжных.
— Почему она вообще написала об изнасиловании в своем дневнике? — спросила Робин. — Она знала, что дневник прочтет высшее руководство, что на самом деле не вяжется с тем, как Нив описывала свою мать. Это не похоже на поступок пассивной женщины.
— Может быть, она была в отчаянии, — предположил Страйк. — Возможно, надеялась, что дневник прочтет кто-то, кто, как она думала, поможет ей. — Он откусил кусочек булочки и сказал, — я продолжу попытки разыскать Дейрдре, пока ты будешь на ферме. Она была бы весьма полезным свидетелем, если бы мы смогли ее найти.
— Конечно, ее необязательно было убивать, — сказала Робин, все еще следуя за ходом своих мыслей. — Если у нее было слабое сердце еще до того, как она приехала на ферму Чапмена, и ее заставляли работать без достаточного питания, она могла бы умереть естественной смертью.
— Если это произошло, и они не зарегистрировали смерть, то мы имеем дело с преступлением. Проблема в одном — чтобы доказать это, нам нужно тело.
— Это фермерские угодья, — сказала Робин. — На площади в несколько акров она могла быть похоронена где угодно.
— И мы не получим разрешение перекопать все поля, основываясь на догадке, не имеющей доказательств.
— Знаю, — сказала Робин. — А еще есть такая штука, как отсутствие календарей и часов...
— Да, и я собирался обсудить это с тобой, — сказал Страйк.
— Даже если нам удастся найти людей, готовых говорить, возникнут проблемы с доказательством правдивости их слов, — продолжила Робин. — «Когда это произошло?» «Я попросту понятия не имею». Обеспечить себе фальшивое алиби проще простого. Только на самом верху знают, какое сейчас время суток — в буквальном смысле.
— Да, но более насущная проблема заключается в том, что тебе придется найти способ вести учет дней так, чтобы никто об этом не знал.
— Я что-нибудь придумаю, — сказала Робин, — но если бы вы могли указывать для меня даты и дни недели в своих записках, это помогло бы мне ориентироваться.
— Хорошая мысль, — Страйк доставал блокнот и сделал пометку на этот счет.
— И, — сказала Робин, чувствуя себя немного неловко из-за этого вопроса, — если я иногда буду оставлять записки для Райана в камне вместе со своим отчетом, не мог бы ты передавать их ему?
— Без проблем, — ответил Страйк, делая еще одну пометку с бесстрастным выражением лица. — Но сделай мне ответное одолжение: если тебе представится возможность вытащить окровавленный топор из дупла дерева, обязательно возьми его с собой.
— Хорошо, я попробую, — Робин улыбнулась.
— Кстати, твоя семья знает, что ты собираешься сделать?
— Без подробностей, — ответила Робин. — Упомянула только, что некоторое время побуду под прикрытием. Я не сказала им, куда направляюсь. Райан будет сообщать им последние новости… Я очень надеюсь, что Эбигейл Гловер решится поговорить с тобой, — добавила Робин, снова стремясь отойти от темы Мёрфи, — потому что хотелось бы побольше узнать о ее отце. Заметил, мало кто знает о прошлом Уэйса?
— Да, обратил внимание, хотя нужно признать, он не возражает против того, чтобы все были в курсе, что он получил образование в Харроу44.
— Согласна, но дальнейшая информация довольно обрывочная, не так ли? Отец был «бизнесменом», но никаких подробностей о том, что это за бизнес, а его первая жена трагически умирает, он находит себя в религии и основывает ВГЦ. В принципе, вот и все.
Им принесли еду. Страйк, который все еще воздерживался от жареного картофеля, с такой завистью посмотрел на Робин, что она рассмеялась.
— Могу поделиться. Я заказала ее только потому, что с завтрашнего дня собираюсь сесть на голодный паек.
— Нет, — мрачно
