за спину. — Понятия не имею, что случится дальше, но лучше тебе где-нибудь спрятаться. На всякий случай…
— Ты знаешь, что делаешь?
— Нет.
— Отра всемогущая…
— Уходи! — я наклонился и просунул пальцы под нижний ободок цепи.
— Хорошо, — Мин прикоснулся к заблестевшему глазу, но тут же убрал палец. — Найдёшь меня в Хандо, когда закончишь!
— Опять ты за своё!
— Помнишь, где мой дом?
— Ещё бы…
— Пока, Тродос!
— Пока, Мин!
… … …
Дождавшись, когда травник спрячется за мельницей, я посмотрел на город. Красные ореолы Наблов, будто огненные муравьи, шуршали в руинах Шэлеса.
— Надеюсь, ты приведёшь меня туда…
С этими словами я наполнил руки тёмной энергией и поднял цепь весом в пару сотен килограммов. Тело дрогнуло, в голову ударил сквозняк. Холодный и бушующий ветер прорвался сквозь череп прямиком в мозг. Мир окрасился фиолетовым, будто я надел очки с цветными линзами. Пульсирующие волны распространились от головы к конечностям, а вместе с ними — непереносимый жар и зуд. Поначалу неприятные ощущения казались фальшивыми, надуманным, плодами воображения. Однако с каждой секундой жар и боль нарастали и спустя минуту полыхали в жилах так, будто по венам текла не кровь, а кислота. Боль сжигала меня изнутри. Не мнимая или эфемерная — настоящая, материальная и охрененно болючая боль. Боль от которой хотелось кричать, рвать и метать.
Я чувствовал, как теряю сознание. Не падаю в обморок с закрытыми глазами, а будто забываю всё. Сидящие в подкорке традиции, учения, принципы жизненные уроки и скопированное поведение родителей вымывались из сознания. Оно очищалось, становилось пустым, нетронутым, девственным.
За миг до того, как окончательно потерять управление, я разогнул колени и поднял цепь на высоту груди. Корка тёмного покрыла всё тело, взбугрив доспехи, разорвав бельё. Меня распёрло между деревом и намотанной цепью. Ржавые звенья впились в грудь. Дыхание превратилось в звериное фырканье, челюсти слегка разъехались из-за мутировавшего лица, перекосились зубы.
Боль всё нарастала. Хотелось кричать. Из горла рвались хрипящие рычащие звуки.
В глубине сознания зародилась мысль. Из задумки или намерения она переросла в навязчивую и неотступную идею: лишь причиняя боль другим, я смогу избавиться от своей боли. Вскоре я верил в эту идею настолько сильно, насколько она была нелогична. Перед глазами мелькнули красные ореолы Наблов — моё спасение от боли. Ублюдские тела, разорвав которые, я получу физическое облегчение. Я рванулся к ним, но меня что-то остановило. Долбанные цепи!
Мне не нужно было управлять тёмной энергией, чтобы переместить её в руку, ногу или плечо. Любое силовое движение приравнивалось к тёмному удару. Я рванулся влево, вправо, вперёд.
Митра 9050/12000.
Темная энергия 13000/13000.
Физические усилия сопровождались вспышками магического киселя. Боль расползалась изнутри, а казалось, будто меня стягивали раскалёнными докрасна цепями. Будто загнанный в угол зверь, я метался из стороны в сторону, расходуя тёмную энергию. Впрочем, больше она не расходовалась. Наоборот — стремительно увеличивался её запас.
Митра 9050/12000.
Темная энергия 22000/22000.
Больше всего я боялся, что исчезнет само понятие моего «Я», когда я стану тёмным. К счастью, этого не случилось. К несчастью — моё «Я» больше не способно было сдерживать природные и звериные инстинкты, а также противиться мысли о боли для других, которая принесёт облегчение мне. Я всё ещё находился в своем теле, но больше не управлял им. Мои собственные мысли находили лишь косвенное отражение в действиях, будто я передавал их через «глухой телефон» — искажёнными и с большой задержкой. Так, например, подумав, что с правой стороны цепи выглядят менее прочными, я постепенно заставил обезумевшее тело биться в том направлении.
Митра 9050/12000.
Темная энергия 43000/43000.
Я по-прежнему мог читать всплывающие надписи и следить за ростом тёмной энергии. Иногда мне удавалось отвести взгляд от мерцающих ореолов Наблов в Шэлесе. Словно голодный хищник, я просматривал лес вокруг и силился оглянуться. Что-то подсказывало. Где-то позади, гораздо ближе, чем Наблы, есть кто-то или что-то, что поможет мне избавиться от боли. Нужно лишь догнать его и оторвать конечности. Можно расплющить его голову! Чем больше боли для него — тем меньше для меня!
Митра 9050/12000.
Темная энергия 71000/71000.
Звон цепей усиливался. С каждым рывком увеличивался размах колебаний. Я не особо-то верил в успех затеи тёмного. Разве способен человек разорвать цепь в девять слоёв? Ему и одна-то не по силам! Тем не менее жажда избавиться от боли была сильнее логики. Раз за разом тёмный долбился в цепи, испуская в воздух всполохи магического киселя.
Митра 9050/12000.
Темная энергия 118 000/118 000.
Мучения длились долго. Очень долго. Прошло около часа, а по ощущениям от постоянной жгучей боли — не меньше суток. Треснула верхняя петля и разорвалась через три рывка. Вторая и третья разорвались вместе. Остальные растянулись и лопнули, будто их слепили из пластилина.
Митра 9050/12000.
Темная энергия 1 624 000/1 624 000.
Тёмный освободился…
Глава 21
В один конец
Армия Наблов стояла у западной стены. Тёмный рвался туда. Чем больше увечий, разорванных тел и переломанных костей, тем меньше боли. Меня он почти не слушал. Только из-за того, что расстояние до армии было около километра, я кое-как сумел переключить его внимание на Набла поближе.
Набл. Уровень Митры — 15 вышел из секретного прохода в стене. Мы приближались быстро. Заряженные темной энергией ноги несли нас, словно поезд, который набрал полных ход. До Набла оставалось пятьдесят метров, пришелец вскинул булаву и двинул навстречу. Я посоветовал тёмному уйти в сторону и ударить в челюсть, а он просто замахнулся и снёс Набла внешней стороной руки, будто ударом теннисной ракетки. Отброшенное тело врага ударилось о стену и сползло на землю, оставив отпечаток коричневой крови.
Вы нанесли 21 690 урона.
Набл. Уровень Митры — 15 убит.
Получено Митры — 0.
Митра 9050/12000.
Темная энергия 1 625 000/1 625 000.
Боль отступила. Надпись об убитом Набле, словно внутримышечное обезболивающее, сняло жжение. Я предпочел бы остановиться и перевести дух, а тёмный предпочел раскроить ещё пару голов, чтобы продлить наслаждение.
Мы ворвались в секретный переход и отбросили появившегося на пути Набла пинком. Враг отлетел метров на двадцать и сбил стоящего позади. Удара хватило, чтобы убить двоих. Я несся вперёд, будто перед глазами у меня стоял прицел. Попадающиеся на пути Наблы отлетали в стороны, падали и впечатывались в землю. Кажется, тёмный считал себя бессмертным, я же прекрасно осознавал обратное. В сражении один на один мы выигрывали за счёт силы и скорости. Полтора миллиона тёмной энергии
